ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ветер налетел вновь, выхватывая пряди волос из хвоста на затылке Миранды. Поежившись, она хотела надеть жакет, но, подумав, просто накинула его на плечи — не так-то часто хоть что-нибудь ощутимо задевало ее, даже холод или ветер.

Миранда знала, что поступает рискованно, но разобраться в своих чувствах была не в состоянии. Стоит позволить сейчас какому-нибудь из ощущений или эмоций всплыть на поверхность, и вряд ли она сможет сдержать остальные.

И все-таки так приятно хоть что-то чувствовать, кроме непреходящей, мучительной опустошенности, которой Миранда уже перестала сопротивляться. Она закрыла глаза и застыла на месте, подставляя лицо холодному, влажному ветру. Время шло, солнечный свет постепенно мерк. На берег выползал туман.

Миранда стояла, словно пригвожденная к дощатому полу веранды. Влажное дыхание ветра на лице напомнило ей о снеге.

Как любила снег Дженнифер! Она могла часами стоять у окна, не сводя глаз с неба. К тому времени, как затихал снегопад, стекло покрывалось отпечатками ее пальцев, носа и щек.

Жакет соскользнул с плеча, когда Миранда подняла руку, мысленно прикасаясь к тому окну, обводя пальцем смешные кривые домики, человечков с тоненькими ручками и ножками, неровные кружки и квадратики, которые Дженнифер рисовала на запотевшем стекле. Миранда обводила цветы и сердечки, и ее сердце разрывалось от вины, когда она слышала свой голос, строго отчитывающий девочку, единственным преступлением которой был возраст.

Стиснув челюсти, Миранда сдерживала перестук зубов. Чтобы удержать подступающие слезы, она плотно сжимала веки.

Миранда не помнила, чтобы когда-нибудь замерзала так же сильно — даже когда тонула. Но в то время она не думала о холоде.

Должно быть, можно замерзнуть еще сильнее. Миранда по-прежнему не двигалась с места, но мысли бежали в ее голове. Когда-то давно она читала, что, прежде чем замерзнуть до смерти, люди испытывают ощущение покоя. Такие рассказы всегда удивляли ее. Откуда автор знал, что чувствовали умирающие?

— С вами все в порядке? — спросил мужской голос.

Вопрос с трудом пробил кокон мыслей Миранды. Она среагировала машинально, в тревоге отпрыгнув к двери, но поскользнулась на сырой доске и зашаталась.

— Это я, Адам. — Он взял ее за обе руки, но вместо того, чтобы выпустить их, когда Миранда выпрямилась, крепко сжал. — Простите, если я напугал вас.

Миранда попятилась, пытаясь высвободиться, но его пальцы держали ее слишком крепко.

— Что вы здесь делаете?

— Я проезжал мимо, увидел, что вы стоите на веранде в полном одиночестве, и подумал... — Адам разжал пальцы, отпуская ее. — Я не знал, что подумать.

— Вы ворвались сюда без спросу. Вы не имели права входить сюда.

— Приехав домой, я обнаружил, что где-то посеял дрель. Может, оставил ее у вас на веранде, когда приделывал крюк для фуксии... — Не давая Миранде опомниться, он вновь повторил: — Так с вами все в порядке?

В его глазах читались беспокойство и смущение. Он пытался всего лишь помочь ей, но именно в помощи Миранда нуждалась меньше всего.

— Это не ваше дело.

— Верно. — Адам подхватил жакет Миранды и накинул ей на плечи. — Но я не из тех людей, которым ни до чего нет дела.

Холод наконец пробрался под одежду, и, к своему раздражению, Миранда задрожала. Она запахнула жакет.

— Я ухожу в дом, — произнесла она, надеясь, что этих слов будет достаточно.

Адам кивнул.

— Тогда увидимся утром.

— Утром?

— Мне понадобится еще пара дней, чтобы закончить с ремонтом.

С внезапной ясностью Миранда поняла, что за человек Адам Киркпатрик. Он не был одним из случайно встреченных посыльных или рабочих, которые появлялись в ее доме и жизни и уходили, не оглянувшись. Адам чего-то ждал от нее.

Он казался неглупым человеком. И как он не понимал, что от Миранды нечего ждать?

ГЛАВА 3

— Я уже думал, что вы не приедете, — заметил Адам.

— Сделка есть сделка. — Миранда развернула салфетку и разложила ее на коленях. Она выглянула в окно, наблюдая за чайкой, медленно спускающейся на лужайку перед рестораном. На расстоянии двухсот метров от него волны бились о скалы на маленьком мысу. В помещении же слышался только редкий звон посуды да ненавязчивая игра струнного квартета. Ресторан был старинным и неукоснительно придерживался давних правил, благодаря которым не раз попадал на обложки туристических проспектов.

— Знаете, при желании здесь можно неплохо провести время.

Адам явно пытался поддержать разговор.

— Я пришла сюда вернуть долг, а не коротать время.

Адам ответил ей долгим и пристальным взглядом.

— Я освобождаю вас от этого долга. Может, теперь вы хотите уйти?

В его словах Миранда уловила не гнев, а разочарование, и осознание этого больно укололо ее. Она вела себя отвратительно — с тех пор как заехала за Адамом.

— Нет, — с раскаянием ответила она.

Адам перевел взгляд на меню.

— Если вам нравятся «дары моря», моллюски в белом вине здесь лучше, чем где-либо еще.

Он умел прощать сразу — это понравилось Миранде.

— Я и не знала, что раньше вы бывали здесь.

— Всего пару раз, — признался Адам.

— Почему-то у меня создалось впечатление... нет, это неважно. — Адам выглядел вполне достойно — Миранда поняла, что не ожидала этого увидеть, пока не заехала за ним. Элегантный синий плащ, рубашка от Ральфа Лорана, слаксы цвета хаки и модные туфли совершенно преобразили грубоватого неотесанного работягу. Теперь он мог сойти за какого-нибудь помощника адвоката из ее офиса. Миранда взяла меню и наскоро просмотрела его, разыскивая блюдо, которое смогла бы проглотить без особых усилий.

— Вы ничего не имеете против людей, предпочитающих мясо?

— Простите, вы можете выбрать, что вам угодно.

— Значит, вы один из этих? — Выросшая в штате скотоводческих ранчо, Миранда всегда относилась с некоторым пренебрежением к людям, питающимся согласно последним советам журналов, специализирующихся на здоровом образе жизни.

— Если под «одним из этих» вы подразумеваете людей, предпочитающих дары моря, вы правы. — К столику приблизился соммелье[1] и протянул Адаму карту вин в кожаном переплете.

— Может, вы доверите выбор мне? — спросила Миранда. Официанты в любом солидном ресторане имели склонность относиться к непосвященным свысока. Несмотря на то, что Миранда не могла назвать себя знатоком вин, она достаточно разбиралась в них, чтобы произвести необходимое впечатление.

Адам протянул ей карту.

— Прошу вас. Я уже знаю, что хотел бы выпить, но окончательный выбор остается за вами.

— Может, вы предпочитаете что-нибудь определенное? — И не дождавшись немедленного ответа, Миранда добавила: — Красное или белое?

Уголок рта Адама дрогнул в снисходительной усмешке.

— О, это совершенно неважно. Не все ли равно, что пить?

Соммелье одарил Адама изумленным взглядом.

— «Камю Виньяр» выпускает замечательный «Каберне Совиньон», — заметила Миранда, увидев знакомое название. — И потом, здесь есть «Кло-дю-Буа Шардонне» — думаю, он подойдет лучше всего, — она отложила карту. Клиффорд гордился бы ею, подумала Миранда, вспоминая его лекцию о лучших сортах калифорнийских вин. Он часто повторял, что его партнеры просто обязаны разбираться в винах. — Полагаю, теперь остается выяснить, что лучше всего подойдет к выбранным блюдам.

— Каким именно? — вмешался соммелье.

— Для меня — свиное филе, — произнесла Миранда.

Соммелье повернулся к Адаму.

— Что угодно вам, мистер Киркпатрик?

— Пожалуй, что-нибудь рыбное... — Это прозвучало скорее как вопрос.

После краткого замешательства соммелье подсказал:

— Вы позволите предложить морского окуня, или, может быть, лосося?

— Лосося.

Соммелье кивнул и вновь повернулся к Миранде.

— Итак, вы остановили выбор на «Шардонне»?

— Да, — подтвердила Миранда.

9
{"b":"171960","o":1}