ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Приручи, если сможешь!
Остров перевертышей. Рождение Мары
Любовь и секс: как мы ими занимаемся. Прямой репортаж из научных лабораторий, изучающих человеческую сексуальность
Князь Холод
В нежных объятьях
Пакт Молотова-Риббентропа. Тайна секретных протоколов
Ученица. Предать, чтобы обрести себя
Как приручить герцогиню
Оружейник. Приговор судьи
A
A

— Это, возможно, комнаты слуг. Или когда-то были ими, — предположил один из воинов, и Коридон медленно кивнул. В этом был смысл; в конце концов, человеческая составляющая флота не требовала помещений тех же размеров, что и для огромных сверхлюдей.

— Проверьте все боковые комнаты, затем направимся к мостику, — приказал он. Присев на корточки, он зачерпнул пригоршню пыли с пола. У нее был едва различимый охристый цвет, почти как у ржавого металла, раскрошившегося на атомы.

Он задумчиво наблюдал, как она струится между пальцами. Она была мелкой и порошкообразной, и если бы он не носил шлема, который отфильтровывал воздух до пригодного для дыхания состояния, то вдыхал бы ее с каждым глотком воздуха.

Коридон растер пыль между пальцами, обратив внимание, как она пачкает синий керамит охристым оттенком. Тилисс, который закончил осмотр боковой комнаты, остановился рядом.

— Я склоняюсь к мысли, что эта пыль может быть тем, что осталось от бывшего экипажа, — сказал он тихим тоном.

Сержант посмотрел на него, а затем снова на пыль. В этой мысли было что-то отталкивающее. Он шагал среди выпотрошенных и обезглавленных тел по полю битвы как призрак смерти и никогда не испытывал отвращения. Но из-за мысли, что сам воздух, которым он дышит, наполнен высохшими останками, Коридон брезгливо сморщил нос.

Он поднялся и рассеянно вытер руку о бедро, оставив красную полосу.

Когда отделение собралось, воины подтвердили что ничего не нашли в боковых комнатах. Коридон не удивился, так как ничего и не ожидал.

Прежде чем отдать приказ продолжить движение, он краем глаза заметил странное движение слева от себя. Он повернулся к стене и отпрянул, когда по ней начала бежать широкая струя крови. Она стекла идеально прямой линией к полу, а затем, невероятным образом начала ползти сквозь пыль к собравшимся космодесантникам.

Он отступил назад и двое боевых братьев, стоявшие сразу за ним, с громким лязгом металла неуклюже врезались в стену.

— Сержант? — Тилисс мгновенно насторожился, обнажил клинок и привел его в боевую готовность. — Что это?

— Там! — Коридон указал на ручеек ихора, который тек к ним. Вот только когда он оглянулся, там ничего не было.

Тилисс посмотрел. Он покачал головой и Коридон тут же почувствовал стыд.

— Прошу прощения, братья. Мне показалось… — Он покачал головой и хрипло, невесело рассмеялся. — Ничего. Ошибся. Что-то в этом месте пытается добраться до меня. Идем.

И тогда начался шепот; и он не ограничился головой Коридона. В маленькой комнате раздавались бессловесные звуки, которые колебались между шипением и хихиканьем. Каждое оружие поднялось, и каждый Звездный Дракон напрягся, приготовившись к засаде, которой не было.

Шум вырос до оглушительного рева, наполнившего тесную комнату, в которой стояли Адептус Астартес. Затем из пыли на полу поднялась первая фигура. Слившись в единое целое со страшной скоростью, прах образовал твердую фигуру, человеческую по форме, но лишенную характерных черт. Она несколько секунд колыхалась, наклоняясь то в одну, то в другую сторону, уравновешивая себя. В конце концов, существо перестало качаться и застыло неподвижно.

Отвратительный разрез разделил его голову почти надвое в ужасной пародии на рот. Оно протянуло руку к космодесантникам, частица за частицей сформировали палец. Тот вытянулся и указал на Коридона.

Вы умрете сейчас.

Хотя никто не говорил, слова вошли в разум каждого боевого брата. Коридон не ждал ни секунды.

— Мы не умрем, — ответил он, нажав на спусковой крючок болтера. Снаряд застрял в теле существа из пыли, и оно наклонило голову, что посмотреть на него. Отверстие закрылось, и Коридон с надвигающимся ужасом испытал необъяснимое чувство, что это был смех. Оно снова подняло голову.

Вы умрете сейчас.

Несколько секунд спустя оно взорвалось. Прах разорвался наружу, осыпав отделение красной пылью и уничтожив существо. Только теперь появилось несколько существ, поднимаясь в такую же гуманоидную форму.

Они медленно двигались вперед, словно само движение было для них сложной задачей. Коридон уничтожил еще двоих, выкрикнув приказ отступать через другую дверь. Очень быстро их окружили со всех сторон медленно надвигающиеся духи. Болтерные снаряды проходили насквозь и уничтожали их так же, как и первые выстрелы Коридона.

Существа не делали попыток атаковать, просто продолжая свое медленное движение к космодесантникам. За исключением шепота, порождающего их передвижение, они были безмолвны. От них больше не исходило словесных угроз, но само их присутствие было достаточно опасным.

Арион снова воспользовался болтером, когда очередная тварь направилась к нему. Снаряд разрушил мнимого противника, и весь силовой доспех покрылся с ног до головы слоем мелкой пыли. Порошкообразным потоком она проникла через решетку его шлема. Большая часть была тут же отфильтрована, но застигнутый врасплох неожиданностью произошедшего, Арион не смог активировать герметизацию доспеха вокруг решетки. Он проглотил полный рот пыли.

Согнувшись, он почувствовал внезапный рвотный позыв, когда его физиология Адептус Астартес взялась за инородную грязь, которая попала внутрь.

Коридон искоса взглянул на него. — Ты в порядке, брат?

Арион поднял руку, словно отмахиваясь от заботы Коридона, и решительно кивнул головой. Прошло несколько короткий мгновений, прежде чем он выпрямился, снова защищаясь от нападения.

Еще одно существо взорвалось, затем еще одно… пока воздух в комнате не наполнился насыщенной, густой дымкой. Пылевые существа по-прежнему не делали попыток напасть; они просто подбирались все ближе и ближе. Потом произошло что-то необъяснимое. Каждое существо откинуло голову назад в немом крике.

Казалось, шепот превратился в долгое, свистящее шипение. А затем наступила тишина, и пронесся сильный порыв свежей пыли, когда все до последнего существа просто утратили свою подвижность. Они одновременно рассыпались на миллион песчинок, которые лениво перемещались по полу, снова покрыв его бледно-желтым ковром.

Все закончилось.

Что бы Эвандер ни заметил в конце коридора, оно исчезло к тому времени, как два отделения и инквизитор добрались до него. Однако это привело их закрытой переборке, первой, которую они увидели за все время нахождения борту этого отвратительного корабля.

— Девятая, это Коридон. Мы только что столкнулись…

Вокс-передача затрещала и исказилась, затем ненадолго прервалась. Когда она возобновилась, в голосе Коридона было сомнение. — Мы только что столкнулись с чем-то. Я не могу сказать более определенно, но что бы это ни было, кажется, оно отступило.

— Есть раненые, брат-сержант? — задал вопрос Якодос и получил отрицательный ответ.

— Нет, капеллан. Мы продолжим путь к мостику, но мы получили первое доказательство, что этот корабль определенно не мертв. Советую ко всему быть очень внимательными. Что бы ни управляло этим кораблем, наверняка оно знает о нашем присутствии. Мы будем постоянно на связи. У вас были контакты?

— Дума… — начал Эвандер, затем покачал головой. — Ничего, Кор. Я буду держать тебя в курсе событий.

— Понятно.

Коридор прервал передачу. Эвандер освободил от магнитного зажима мельта-заряд и начал устанавливать его на двери. Капеллан прикоснулся к его руке, и почти незаметно покачал головой. Повернувшись к инквизитору, Якодос внимательно посмотрел через красные линзы черепа-шлема на человека. Когда он заговорил, в его тоне была тщательно отмеренная угрожающая нотка.

— Инквизитор Ремигий, я считаю, что вы утаили от нас жизненно важную информацию, касающуюся природы этого судна. Если вы хотите от нас дальнейшей помощи и содействия, тогда вы расскажите нам все, что знаете. Если вы откажетесь, тогда я свяжусь с сержантом Коридоном и посоветую ему прервать нашу операцию.

— Вам не нужно бояться…

— Контролируй свой гнев, сержант, — Якодос был вынужден поднять руку, чтобы остановить Эвандера, направившегося к Ремигию. — Инквизитор, воздержитесь от оскорбления моих братьев. Мы не боимся. Считайте, что мы предельно осторожны. Вы не были искренне с нами. Это не способствует доверительным отношениям. Но вы очень просто можете исправить эту ситуацию.

8
{"b":"171962","o":1}