ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Анукрис кивнула и тут же схватила её за руку.

— А ты куда?

— К Нефернут, — объяснила Мерисид. — Узнать, не вернулся ли Треплос?

— Что-то случилось?

— Ренекау привела Алекса к убийцам!

— О Сет! — Анукрис в ужасе зажала рот, потом опомнилась. — Беги, конечно, беги. Но будь очень осторожна. Не попади в беду!

Танцовщица улыбнулась, чувствуя себя виноватой перед этой молодой женщиной. Но Небраа…

Она встряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли, и побежала к воротам.

— Что это ты мечешься туда-сюда? — проворчал привратник.

— Надо, старик, — резко ответила Мерисид, выскакивая на улицу. — Очень надо.

Женщина торопилась, но узкое платье мешало бежать. Оглянувшись, она сняла сандалии, подтянула повыше подол и припустила бегом, не обращая внимания на редких прохожих, провожавших танцовщицу недоуменными взглядами.

Мерисид выскочила из-за очередного поворота и остановилась как вкопанная. У раскрытых ворот усадьбы Тусета стояла густая толпа. Люди тихо переговаривались, разглядывая что-то в глубине двора.

Нехорошее предчувствие сжало сердце женщины. Она хотела броситься вперед, но остановилась, кстати, вспомнив о предупреждении Анукрис. Да и у Мерисид, полжизни прожившей в храме среди интриг, зависти и борьбы за влияние, давно выработалось свое чувство опасности. Сейчас она просто физически ощущала приближение беды.

Танцовщица расправила платье, быстро надела сандалии, торопливо, но без спешки направилась к толпе.

— Все убиты… Чужаки… Мождеи… Служанка…

Она осторожно тронула за рукав какую-то немолодую женщину в юбке.

— Что случилось?

Та оглянулась, и танцовщица узнала служанку из дома напротив.

— Ой, Мерисид! — вскричала та, всплеснув руками. — Не иначе боги оставили нас!

— Убийство! — крикнул стоявший рядом мужчина в грязной набедренной повязке. — Чужаки убили всех слуг мудреца Тусета.

— Что! — вскричала пораженная танцовщица. — Как всех? А Нефернут?

— И её тоже! — гневно рыкнул мужчина.

Не слушая больше никого, она прорвалась вперед. Трое мождеев удерживали толпу, грозя самым любопытным бичами из кожи бегемота.

— Я подруга хозяйки! — крикнула им Мерисид. — Я знаю господина Моотфу. Пустите меня!

Сквозь раскрытые ворота она видела лежавшие на песке тела старого Минту и его жены Мермуут в нелепом бусте.

Из-за угла вышел высокий смуглый мужчина в ослепительно белой юбке с полосатым передником и с широким ожерельем из серебряных пластин. Глубокая печаль застыла на его мужественном лице, а сильные руки сжимали рукоятку короткого меча.

— Пропустите её! — приказал старший мождей.

Мерисид бросилась к нему.

— Где Нефернут? — спросила она, и забыв о почтении, схватила мужчину за пояс.

Тот глубоко и прерывисто вздохнул, разжимая её пальцы.

— Пойдем.

Её подруга лежала у двери. Кто-то заботливо прикрыл тело голубым покрывалом.

— Вот наша сестрица, — Моотфу отвернулся, мужественно борясь с подступающим рыданием.

Не помня себя, Мерисид опустилась на колени и осторожно отогнула края покрывала. Огромные мертвые глаза красавицы с ужасом смотрели в никуда. На груди тускло блестела запекшаяся кровь.

— Её ударили трижды, — проговорил мужчина. — Два раза в спину и один в грудь. Мы нашли её в саду. Я приказал перенести сюда. Сейчас ждем главного инспектора и господина Небраа.

— Кто это сделал? — тихо спросила Мерисид, закрывая лицо покойной.

— Чужаки, слуги Тусета! — прорычал Моотфу, бешено вращая глазами. — Они убили всех!

— Как!? — удивленно вскричала женщина. — Откуда ты знаешь?

— Ренекау рассказала, перед тем как умерла, — ответил старший мождей. Он всхлипнул, вытер глаза кулаком, отвернувшись, чтобы Мерисид не видела его слез, и прерывистым голосом заговорил:

— Соседские слуги услышали дикие крики, пришли к воротам, но побоялись заходить. А тут как раз мимо шли мои мождеи. Они то и нашли несчастных. Ренекау была еще жива. Служанка рассказала, что Алекс словно спятил, схватил меч и стал всех убивать.

Моотфу на секунду замолчал.

— Когда прибежал гонец, я не стал медлить и примчался, как ветер… Ты знаешь, что для меня значит Нефернут. Но её прекрасное тело уже ждало бальзамировщиков… Ренекау успела рассказать мне, что случилось, и умерла до прихода лекаря.

Он сурово свел брови.

— Но я найду этого демона в человеческом обличье и убью его! Клянусь, я отыщу его даже на дне Лаума и заставлю страдать так же, как моя ненаглядная Нефернут.

Мерисид опустила глаза. Как и все танцовщицы, кому приходилось обслуживать богатых мужчин, она умела не только прекрасно обманывать, но и хорошо чувствовать ложь. Сейчас женщина просто знала, что Моотфу разыгрывает перед ней представление. И от этого становилось еще страшнее.

— Где Ренекау? — спросила она, поднимаясь.

— В доме, — ответил мужчина. — Я не стал её переносить. Сейчас прибудет господин Небраа и отдаст необходимые распоряжения.

Танцовщица заметила сорванную циновку у домика привратника и перевернутый сундук.

— А где второй слуга-чужеземец? — поинтересовалась она.

Старший мождей пожал плечами.

— Ренекау ничего не говорила о нем.

— Это все чужаки! Надо найти их и убить! — донеслось из толпы.

В Абидосе редко совершались убийства. А о таких жестоких и кровавых люди не слышали со времен гражданской войны. Не удивительно, что горожане оказались страшно разгневаны происходящим и требовали немедленного наказания виновных.

«Анукрис! — испуганно подумала молодая женщина. — Люди могут подумать, что она чужестранка, и просто растерзают её! Но может так будет даже лучше?»

Мерисид вдруг почувствовала страшное головокружение. Она села на корточки и закрыла глаза.

«Чужачка умрет, и он станет только мой», — сердце колотилось, готовое выскочить из груди. Перед глазами встало улыбающееся лицо Анукрис, которое через миг сменили огромные, мертвые глаза Нефернут.

Женщина, покачиваясь, встала.

— Я должна идти, господин Моотфу, — глухо сказала она.

— Ты не станешь дожидаться господина Небраа? — удивился старший мождей.

— Я очень скоро вернусь, — пообещала танцовщица.

Не помня себя, она протиснулась сквозь все более увеличивавшуюся толпу, заметив в руках людей палки и ножи. Не оглядываясь, Мерисид зашла за угол, и без сил прислонилась к стене.

— Бедная, бедная Нефернут, — пробормотала женщина сквозь стиснутые зубы, и тут из глаз её потоком хлынули долгожданные слезы.

Не прекращая реветь, танцовщица сползла вниз по стене.

Анукрис спустилась в свою комнату. Выгнав чрезмерно любопытную служанку, быстро надела под платье трусики. Воткнула в парик длинную бронзовую заколку, и придав лицу выражение легкого недовольства, отправилась на кухню.

Во дворике у печки хлопотала кухарка, переворачивая на противне румяные пирожки с курагой. Кроме пива Небраа обожал сладкое. Рядом сидела служанка, вставшая при её появлении.

— Госпожа, — поклонились женщины.

Анукрис величественно кивнула.

— Самхия, — обратилась она к девушке. — Принеси мне маленькую корзиночку и циновку. Я хочу посидеть в саду.

— Да, госпожа.

— А ты, Иясшем, заверни мне парочку пирогов, — продолжала она отдавать распоряжения.

Прибежала служанка. Взяв у девушки корзинку, Анукрис сама отправилась в кладовую. То и дело оглядываясь на раскрытую дверь, наполнила бурдюк вином, завернула в тряпку две горсти сушеных фиников, отыскала в старой корзине веревку, обломок ножа и сунула все это на самое дно.

— Вот, госпожа, — кухарка протянула ей завернутые в листья пироги.

— Спасибо, добрая Иясшем, — поблагодарила хозяйка.

Она прошла весь сад, остановилась у ограды и велела служанке расстелить циновку в тени низкой раскидистой яблони.

— Можешь идти, — отпустила она девушку. — Я тут подремлю маленько.

— Но здесь скоро будет солнце и мухи, — проговорила Самхия. — Я принесу опахало и буду оберегать ваш сон.

138
{"b":"171967","o":1}