ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Тогда почему убийцы спокойно вошли? — спросила хозяйка, глядя на его залитое лунным светом лицо.

— Очевидно, потому, что привратник их знал, — ответил тот. — И без опаски впустил.

Тут их разговор прервался. На крышу поднялась Мерисид.

— Соседские слуги ушли, госпожа. Они благодарят тебя и господина Небраа за доброту и щедрость.

— Спасибо тебе, — улыбнулась Анукрис. — Расскажи господину Тусету, что ты видела в его доме.

— Мудрец, — Мерисид поклонилась. — Позволь мне сделать это завтра. Праздник, новоселье. Я так устала, что могу позабыть что-то важное.

— Ты права, — легко согласился жрец. — Отдыхай, а завтра утром мы побеседуем.

Чтобы лишний раз подчеркнуть свое расположение, Анукрис приказала поставить кровать для Мерисид в своей комнате.

— Когда ты принесешь клятву слуги и окончательно переселишься в дом, сможешь занять любую комнату, — пообещала молодая женщина. — А пока отдыхай здесь.

— Ты так добра, госпожа, — растроганно хлюпнула носом танцовщица, присаживаясь на раскладную кровать. — Я не достойна такой заботы.

— Поверь, мне лучше знать, — улыбнулась Анукрис и, присев рядом, шепотом спросила. — Ты так и не рассказала мне, что с Алексом?

Мерисид вздохнула.

— Я понимаю, как ты вымоталась и устала, — хозяйка взяла в руку её ладонь. — Но… скажи, как он?

На осунувшемся лице танцовщицы появилась снисходительная улыбка, еле различимая в тусклом свете масляного фонарика.

— Я отвезла его в старый храм Баст, что у Роянского канала. Там его никто не найдет.

— Как его раны? — расспрашивала Анукрис. — Он очень… плох?

— У него жар, госпожа. Я оставила ему мазь и еду. Если боги помогут, он выздоровеет.

— Может, лучше спрятать его где-нибудь поближе? — предложила госпожа. — Чтобы я смогла за ним ухаживать?

— Даже не думай, — грубо отрезала Мерисид. — Тебе жить надоело?

— Но он может умереть, — пробормотала Анукрис, чувствуя подступавшие к горлу рыдания.

— А если его найдут, то бросят крокодилам! — быстро зашептала танцовщица. — И тебя вместе с ним!

Потом погладила её по плечу.

— Не бойся, он парень здоровый, выкарабкается.

— А если нет? — госпоже вдруг захотелось разреветься.

— Ой! — всплеснула руками танцовщица. — Я же забыла тебе сказать самое главное.

— Что? — молодая женщина схватила её за плечо.

— Алекс просил передать, что еще дня два, и он сможет набить морду не то Тастору, не то Кастору.

— Растору! — вскричала Анукрис, и счастливо засмеявшись, обняла Мерисид, вымазав её щеку своими слезами. В глубине души её грыз червячок сомнения. Несмотря на то, что танцовщица с первой встречи проявила к ней столько сочувствия и доброты, молодая женщина опасалась, что с юношей что-то случилось, а келлуанка просто обманывает, чтобы вытянуть побольше золота. Но эти слова развеяли все страхи. Анукрис решила, что может полностью доверять новой подруге.

— Спасибо тебе! Спасибо!

Мерисид тоже хлюпнула носом.

— Давай спать, госпожа. Я так устала.

— Прости, я тебя заболтала — хозяйка встала и направилась к своей кровати.

Она лежала поверх одеяла, глядя в потолок, и улыбалась. Алекс оправится от ран, и вдвоем с Тусетом они разберутся со всеми врагами.

— Ты его любишь? — вдруг спросила Мерисид. Чуть слышно заданный вопрос громом прозвучал в тишине спальни.

Анукрис вздрогнула.

— Кого?

— Не притворяйся, госпожа, — складная кровать скрипнула. — Он же тебе нравится?

— Не знаю, — промямлила молодая женщина, но в душе уже росло непереносимое желание хоть с кем-то поделиться мучившими её сомнениями. Тусет для этого не подходит. Он же брат Небраа и искренне считает, что облагодетельствовал её этим замужеством. Треплос куда-то пропал, да и не стала бы она с ним говорить. А Мерисид — женщина. Только она сможет понять те чувства и сомнения, что разрывали сейчас душу Анукрис.

— Тогда почему ты не вышла за него замуж? — напрямик спросила танцовщица. — У тебя же такое богатое приданое!

— Он не захотел взять меня, — ответила молодая женщина, радуясь, что темнота скрывает краску, огненной волной залившую её лицо.

— И у вас ничего не было? — в голосе Мерисид читалось откровенное недоверие.

— Ничего, — вздохнула Анукрис. — Небраа мой первый мужчина.

— О боги! — вздохнула келлуанка. — Почему вы создали их такими слепыми?!

— Наверное, чтобы не завидовать женщинам, — вспомнила хозяйка слова своей наставницы Шило.

Какое-то время Мерисид молчала, потом задала новый вопрос:

— Это ты сама придумала?

— Нет, конечно, — тихо засмеялась Анукрис. — Так говорила одна женщина, у которой я жила в Нидосе…

Не в силах удержаться, она рассказала келлуанке всю историю своей короткой, но насыщенной событиями жизни. Увлекшись, молодая женщина проболталась и о сокровищах Энохсета, и о нападении налетчиков на гостиницу, и даже про таинственные папирусы, за которыми охотятся могущественные враги Тусета. К счастью её новая подруга давно спала, время от времени сладко причмокивая губами.

Тусет медленно шёл к своему дому, и с каждым шагом ноги словно наливались свинцом. Беседа с Мерисид не внесла никакой ясности. Куда делся Треплос? Кто и как убил домашних?

Жрец с силой постучал в ворота. Тишина. Разозлившись, он стал барабанить кулаками, потом посохом.

— Ну, чего надо? — раздался сонный, недовольный голос. — Иди отсюда. Тут никого нет.

— Это пока еще мой дом! — вскричал разъяренный второй пророк.

— Мудрец! — испуганно вскрикнул кто-то, и калитка резко распахнулась. Высокий, смуглый мождей поклонился, вытирая крошки с подбородка. — Прости, господин. Мы тут…

Он замолчал, отступая в сторону и пропуская жреца во двор. Тот огляделся. Второй стражник шел от дома, отрясая юбку.

— Господин Тусет! Извини, что заставили тебя ждать, — мужчина развел смуглыми, мускулистыми руками. — Сюда давно никто не ходит. Ну, вот мы и подумали, что кто-то… безобразничает.

— Сегодня должен прийти жрец-чтец для совершения ритуала, — сухо проговорил второй пророк.

Мождей взглянул на солнце, медленно поднимавшееся над горизонтом, и неуверенно пробормотал.

— Так вроде рано еще?

Не глядя на них, Тусет прошел в дом. От непривычной, мертвой тишины сердце сжало, словно каменными тисками. Еще пару дней назад он так стремился сюда, но сейчас замер на пороге главного зала, как будто кто-то удерживал его силой. Жрец тяжело дышал, крупные капли пота, выступив на бритом черепе, скатывались на лицо.

— С вами все в порядке, господин? — озабоченный голос мождея разорвал охватившие его путы.

— Да, — глухо ответил Тусет, решительно шагнув в зал, сразу заметивл большое темное пятно на полу, а чуть дальше еще одно.

Обойдя их стороной, он заторопился в комнату Нефернут. Здесь царил полный беспорядок. Покрывало с кровати лежало на полу, возле опрокинутого столика кучей валялись баночки с красками. Очевидно, их хозяйка приводила себя в порядок, когда кто-то ворвался в комнату. Но следов крови нигде не видно. Не в силах тут больше оставаться, жрец, пошатываясь, отправился в свои покои.

Здесь царила идеальная чистота и порядок, все вещи лежали на своих местах. Тусет прошел к кровати, сел на аккуратно разглаженное покрывало и заплакал. Слезы катились из стариковских глаз, оставляя на морщинистых щеках мокрые дорожки, капали на белый подол рубахи, темнея мокрыми пятнами. В двери мелькнула смуглая физиономия в платке. Мождей не решился нарушить его скорбь и отошел на цыпочках.

Тяжело опираясь на посох, жрец встал, подошел к сундуку и откинул крышку. Он был уверен, что сверху лежит аккуратно сложенный льняной платок. Так и есть! Нефернут позаботилась о чистом белье. Тусет вытер слезы и повязал платок на шею, как делают многие старики с больными глазами.

Стражники сидели за столом в главном зале и о чем-то перешептывались. Заметив его, мождеи встали.

— Кто-нибудь из вас был здесь… когда это случилось? — спросил жрец, часто моргая.

148
{"b":"171967","o":1}