ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

На острове рассказывали, что сбитый на Сырве фашистский ас просил показать ему, где находится эта неуловимая и невидимая с воздуха тяжелая батарея, наносившая гитлеровцам такие потери.

По оценке генерал-лейтенанта Елисеева, «капитан Стебель прекрасно организовал управление. Широкая сеть наблюдательных постов позволила 315-й батарее наносить своим огнем сокрушительные удары по врагу».

И вот существование и этой батареи подходило к концу. Около 22 часов к КП — крутому зеленому холму, где под толстым слоем бетона разместился целый подземный городок, подошла легковая машина. У артиллеристов оставалось всего по нескольку снарядов на орудие. Дежурил секретарь парторганизации батареи коренастый, похожий на цыгана младший сержант Николай Николаевич Пушкин. Приехал начальник артиллерии майор Харламов.

— Где командир?

— На маяке, товарищ майор.

— Немедленно вызвать сюда. Подготовить батарею к взрыву.

Днем 4 октября полковой комиссар Михаил Захарович Шкарупо, оставшийся за начальника политотдела БОБР, приказал редактору газеты «На страже» политруку Крылову вместе с сотрудниками редакции срочно перейти на Хийумаа.

Они разбили типографскую машину, высыпали шрифт в воронку от бомбы и тщательно перемешали его с землей. По лесной дороге от госпиталя работники редакции прошли к батарее капитана Стебеля. Там им разыскали старенькую рыбацкую лодку с подвесным моторчиком. В ночь на 5 октября шлюпка с редакционными работниками вышла в море.

С докладом о положении на батареях в штаб гарнизона вызвали представителя Береговой обороны. Отправился полковой комиссар Шкарупо. Начальник артиллерии майор В. М. Харламов и начальник штаба майор И. П. Шахалов были где-то на передовой. Не оставалось сомнений, что бои на Сырве заканчивались. Артиллеристы выпускали по наступающим последние снаряды. Даже патроны и те были на исходе. Многие красноармейцы и краснофлотцы вооружались трофейными винтовками и автоматами. К ним боеприпасов хватало.

До доклада оставалось полчаса, когда полковой комиссар в рощице увидел походную кухню. Кок с перебинтованной головой ожесточенно чистил миски. Длинные дощатые столы стояли под соснами, и осыпавшаяся хвоя покрывала их. Только возле кухни доски были вытерты. Видимо, там недавно обедали люди. Лицо краснофлотца показалось комиссару знакомым. Конечно, это его в начале боев принимали в партию. И фамилия даже припомнилась: Кузьменко.

— Здравствуйте, товарищ Кузьменко. Давно ли стали коком? — Краснофлотец удивленно взглянул на подошедшего, застегнул ворот гимнастерки.

— Здравствуйте, товарищ полковой комиссар. В боях под Техумарди осколком зацепило, с тех пор вот и кашеварю. Не хотите ли отведать?

Полковой комиссар вспомнил, что с утра ничего не ел, и охотно согласился. Моряк полотенцем протер миску, щедро зачерпнул половником из котла. Рассыпчатая рисовая каша, заполнив посудину, попала на стол, просыпалась на землю. Заметив осуждающий взгляд Шкарупо, краснофлотец сказал:

— Все едино — немцам достанется. Поверьте, товарищ комиссар, закладка в котел — на всех, а есть придут — четвертой части народа не наберется.

Каша была хорошая, маслянистая. Полковой комиссар ел с аппетитом, а кок, пригорюнившись, присел напротив.

— Как вы думаете, придут этой ночью за нами шхуны?

— Должны прийти.

В рощице гулко ухнуло орудие. Только сейчас Шкарупо заметил замаскированную зенитную пушку. Хвоя с сосен снова посыпалась на столы.

— Не вешай носа, Кузьменко. По всему берегу ребята сколачивают плоты, чинят шлюпки и рыбачьи баркасы. Если не придут этой ночью катера, будем переходить на латвийский берег. А он не так далеко, каких-нибудь 30–40 километров.

Сказал так полковой комиссар, а у самого на сердце легче не стало. Сколько из остатков гарнизона смогут забрать шхуны с Хийумаа? А что делать остальным? И если они все-таки переберутся через Ирбенский пролив, там тоже оккупированная фашистами территория, а до линии фронта добрых 500 километров? В тяжелом, очень тяжелом положении оказался советский гарнизон.

У Ключникова в штабе собралось человек десять командиров. Были здесь начальник штаба бригады полковник Пименов, начальник связи майор Кузнецов, капитан Двойных, несколько моряков из Береговой обороны.

Полковник коротко обрисовал обстановку: снарядов и мин больше нет, потери личного состава достигают 70–75 процентов, раненых эвакуировать некуда, пристань Мынту занята противником. Шансов на то, что шхуны прорвутся к Сырве, очень мало.

— Наш командный пункт заминирован, — закончил Ключников, — если фашисты прорвутся — все взлетит на воздух. Один я не вправе решать судьбу оставшихся. Давайте сделаем это сообща.

Мнения выступавших командиров разделились. Одни предлагали перейти на плотах и рыбацких лодках на латвийский берег, а оттуда пробиваться к линии фронта. Другие считали, что лучше прорываться в глубь острова, уйти в лес, а с наступлением морозов по льду перейти на материк.

Сошлись на одном: всем командирам разойтись по местам и сделать все, что в их силах, чтобы еще хоть на день задержать противника. Ночью, оставив на дорогах заслоны, отвести людей к маяку, где ожидается посадка на катера. Если помощи с Хийумаа снова не будет, объявить красноармейцам и краснофлотцам о прекращении боевых действий, уничтожить всю технику, материальные ценности и на подсобных средствах переправляться в Латвию илр мелкими группами просачиваться на север острова. Последний снаряд оставить для подрыва пушки, последний патрон — для себя.

4 октября в Москве была принята радиограмма с Сааремаа, имевшая гриф: «Вне всякой очереди». Она была дана открытым текстом. «Радиовахту закрываю, иду в бой, в последний бой». На вопрос принимавшего радиста, каково положение на Эзеле, было отвечено: «Прощайте, прощайте…» В 16 часов 10 минут связь с героическим гарнизоном, находившимся на Сырве, прервалась.

В ночь на 5 октября 1941 года катера с Хийумаа вновь не пришли. Утром бои возобновились, главным образом южнее пристани, в районе аэродрома и по дороге на Церель.

Интересные подробности об этом дне, последнем дне обороны полуострова Сырве, рассказал офицер штаба ПВО капитан Михаил Федорович Морковкин.

День стоял теплый и солнечный. На севере продолжалась перестрелка, но вражеской авиации в воздухе не было. Машины ЗИС-5 легко тащили за собой уцелевшие зенитные орудия. Батарея отходила к маяку. Пушки расставили в орешнике. В отличие от прошлых дней никто не рыл укрытий. Не требовали этого и командиры. Многие перебирали свои вещи, рвали фотографии и письма.

Красноармеец у окопа чистил винтовку. Руки его действовали быстро и уверенно, а взгляд был отсутствующий, и мыслями он был далеко-далеко, может быть, дома, с близкими.

На юг тянулись журавли. Зенитчики с завистью провожали их. Вот бы тоже подняться и полететь. А краснозвездных журавлей, давно обещанных гарнизону, все не было и не было.

Около девяти утра командиров вызвали в штабную землянку.

— Боевые действия на Сааремаа закончены. Все взорвать и уничтожить. Затем действовать по своему усмотрению. Объявите это бойцам.

Слова последнего приказа поползли от одного к другому. То там, то здесь начали раздаваться взрывы, вспыхивали яркие костры. От склада военторга местное население уносило продукты: сахар, крупу, муку. Их раздавали населению, чтобы не оставлять противнику.

У вещевого склада солдаты и матросы переодевались в новое обмундирование. Кое-кто натягивал на себя по две пары — зимой сгодится. Вскоре, облитый бензином, запылал и этот склад.

Не по сезону выдался теплый день на Сырве, не по настроению — светлый и тихий день. Словно солнце напоследок хотело обогреть уцелевших героев.

Где-то совсем близко сухо щелкнул одиночный выстрел. Кажется, никто не обратил на него внимания. Только ветер зашевелил ветки можжевельника. Под кустом, похожим на маленький кипарис, аккуратно расстелил на земле черную шинель молодой командир. В перевернутой фуражке распечатанная пачка папирос. Рядом на земле два изжеванных окурка — следы последних мучительных раздумий. Кажется, еще дымится один, или это идет пороховая гарь от выпавшего из руки пистолета?

26
{"b":"172046","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Черный вдовец
Моя жирная логика. Как выбросить из головы мусор, мешающий похудеть
Духи рваной земли
Счастливая жена. Как вернуть в брак близость, страсть и гармонию
К западу от заката
Музыка ветра
Девушка в голубом пальто
Теория заговора. Правда о диетах и красоте
Князь Холод