ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Черные крылья
Как сильно ты этого хочешь? Психология превосходства разума над телом
Вся правда о гормонах и не только
Народный бизнес. Как быстро открыть свое дело и сразу начать зарабатывать
Призраки Черного леса
Вурд. Богиня вампиров
Взлет Роя
Маска призрака
Моя босоногая леди
A
A

— А вы кто ей, сестра, что ли?

— Нет, я из милиции... — Наталия достала свое удостоверение общественного помощника следователя, которое ее еще ни разу не подводило. — Так что скажите, встретились вы с ней или нет?

— Нет. Должны были встретиться, но она не пришла.

Наталия тем временем разглядела, что лицо Хрусталевой было перерезано двумя тонкими шрамами, отчего глаза ее казались узкими, а скулы — широкими. Так что никакая она не татарка... Может, когда-то получила травму...

— Вы давно знакомы со Златой?

— Погодите... Вы сказали: «перед смертью»? Вы хотите сказать, что она умерла?

— Да. Но сначала вы ответьте на мой вопрос: как давно вы были знакомы со Златой?

— Я познакомилась с ней всего несколько дней тому назад...

— При каких же обстоятельствах? И зачем собирались с ней встретиться?

— Мы разговорились с ней в автобусе...

— Номер автобуса, — Наталия специально достала свой блокнот, чтобы Хрусталева поняла, насколько важны ее сведения. — Конечно, не помните?

— Почему... В одиннадцатом.

— Где села она, а где вы?

— Мы обе сели с ней на конечной, у церкви, а вышли у рынка... Она сказала, что ей надо что-то купить... Кажется, мясо...

— Так, хорошо. Вы разговорились. О чем?

— Да так, о разных мелочах...

— О французском белье?

Хрусталева покраснела.

— Почему вы так решили?

— Не важно. Так что там у вас получилось с французским бельем?

— Ничего. Потому что она не пришла...

— Кто? Точнее, пожалуйста!

— Злата не пришла. Она обещала мне принести ночную сорочку для продажи...

— Вам, совершенно незнакомой девушке?

— А что в этом странного?

— Французскую?

— Да...

— Просто я вижу, как вы живете, вот и подумала, что это как-то странно... Вы бы перепродали ее? Сорочку я имею в виду?

Опустив голову, она призналась:

— Да, конечно. Но Злата почему-то не пришла... Так что с ней?

— Ее кто-то сильно избил... И это могло произойти как раз в пять часов вечера — именно в то время, когда вы с ней должны были встретиться. Вы понимаете, о чем я говорю?

— Да... Так вот, значит, почему она не пришла... Какое несчастье...

— Вам нечего больше сказать?

— Да нет... Я же ее почти не знала... Вернее, СОВСЕМ не знала.

— А может, она разговаривала с вами о чем-нибудь, что имеет отношение к произошедшему? Знаете, как это бывает: встретятся люди в транспорте — разговорятся, разоткровенничаются...

— Нет, Злата, по-моему, не из таких... Это я с ней разговорилась, потому что поняла — деньги она не считает, и ей можно будет при случае что-нибудь продать...

— Вы сами-то где работаете?

— Нигде. Я безработная...

— Понятно. Я вас попрошу: если вы что-нибудь все-таки еще вспомните, позвоните мне, пожалуйста, вот по этому телефону...

Когда она вышла на улицу, то поняла, что Хрусталева, как вампир, выкачала из нее всю энергию. Сильно болела голова, мысли разбегались — она с трудом смогла собрать их, пытаясь проанализировать разговор. Все, что наговорила ей эта Катя, показалось как-то неубедительным, неправдоподобным. Злата навряд ли ходит на рынок за мясом и ездит на автобусах. Тем более она не стала бы разговаривать с этой уродкой, спекулянткой и авантюристкой... У нее же на лице написано, что она нечиста на руку! Что-то здесь не так...

И она решила съездить на работу к Малышеву.

Строительная фирма «Дрофа» располагалась на первом этаже административного здания, куда можно было пройти без пропуска, поскольку там же находилось кафе, где обедали служащие всех контор, находившихся поблизости.

Наталия застала заплаканную секретаршу, которая прикрепляла черный шелк к большому овальному зеркалу.

— Здравствуйте. Можно мне поговорить с вами об Олеге Николаевиче Малышеве?

— А вы откуда, с «Водоканала»?

— Нет, я из милиции. Скажите, вы видели вчера своего шефа? И в какое время?

Секретарша, похожая на школьницу, настолько худы были ее голые ноги и наивны глаза, машинально поправила кружевной воротничок темного шерстяного платья, напоминавшего школьную форму.

— Видела, конечно, но только утром и в обед... А потом он уехал, — ответила «школьница».

— Как он выглядел? Постарайтесь вспомнить все, особенно его лицо... Какое у него было настроение? Может, ему кто-то позвонил?

— Знаете, звонков всегда много, но я их все записываю...

— Можно взглянуть?

— Конечно. А какой конкретно день вас интересует?

— Мне трудно ответить на ваш вопрос. Будет лучше, если я сама взгляну в ваш журнал... И все же: какое у Олега Николаевича было настроение вчера?

Секретарша передала ей журнал с закладкой, раскрыла его и сказала неуверенно:

— Знаете, мне показалось, что он был сильно расстроен чем-то... И еще: он попросил меня купить ему одну вещь... Очень дорогую, но, как мне показалось, срочно нужную. Он даже дал мне машину...

— Что за вещь?

— Полевой бинокль.

«Так я и думала...»

— А почему же он сам не поехал за ним? Был так занят?

— Мне показалось, что он ждал звонка...

Наталия принялась листать журнал. «Вот, 16 декабря...» Но звонки были преимущественно производственного характера: звонили прорабы с участков (Наталия расспрашивала секретаршу подробно о каждой фамилии), из Горэнерго, с электромеханического завода... И только один звонок заинтересовал Наталию: «одноклассница».

— Она назвалась?

— Нет. Просто позвонила какая-то женщина, представилась одноклассницей Малышева и попросила ее соединить с ним.

— А что Малышев?

— Взял трубку.

— Он был в своем кабинете?

— Вы хотите спросить, не видела ли я выражения его лица? Нет, не видела... Но когда он вышел спустя приблизительно час после этого разговора, выглядел он подавленно. Я еще спросила его, что случилось... Но он сказал, что ничего. Знаете, я еще подумала тогда: может, позвонила его старая любовь, к примеру... Это глупо, конечно... — Девушка засмущалась и натянуто улыбнулась, показывая мелкие зубки.

— А Злата, жена, часто ему звонила?

— Нет, очень редко.

— Вы можете что-нибудь мне сказать об их отношениях? Я понимаю, конечно, что сейчас, когда Олега Николаевича нет, об этом как-то неудобно говорить... Он же нравился вам, ведь так? И все же постарайтесь вспомнить!

— Понимаете, вы можете, конечно, не поверить, но для Олега Николаевича Злата была всем. Он очень любил ее.

— Неужели это так бросалось в глаза?

— Может, кому-то и не бросалось, но когда работаешь с человеком с утра до вечера, то многое становится понятным... Взять хотя бы то, что он всегда сам составлял список необходимых покупок и отправлял меня с водителем за ними... Если бы вы только видели эти списки! Там было все, вплоть до сорта шоколада... Он очень внимательно относился к своей жене, мне кажется, он делал все, чтобы она была счастлива!.. Билеты в консерваторию, театр, на концерт... Он очень беспокоился, что она весь день одна и скучает... Ее жизни, мне кажется, можно только позавидовать... Не знаю, как она будет теперь, без Олега Николаевича?..

— Так вы ничего не знаете?

— О чем?

— Дело в том, что Злата тоже умерла. Вчера.

— Умерла?!

— Да. Ее кто-то сильно ударил по голове, и она скончалась... Так что... сами понимаете... Вы извините, но я должна продолжить... Итак, вы купили ему бинокль. А что было дальше?

— Он... он уехал, и больше я его не видела...

— Это было вчера?

— Да. А вы не знаете, зачем он ЭТО сделал?

— В том-то и дело, что мы не знаем... Ваша фирма вроде бы процветает, вы планируете открыть три дочерних предприятия и завод железобетонных конструкций, ведь так?

— Так... Только не знаю, как мы будем теперь, без Малышева...

***

Подъезжая к своему дому, она увидела, как школьники, которым отменили занятия из-за сильного мороза, катаются с ледяной горки. Вывалявшись с головы до ног в снегу, они гонялись друг за другом, совсем не замечая холода...

14
{"b":"172059","o":1}