ЛитМир - Электронная Библиотека

Пашкой и молитовками. Помощи-то ведь нам ждать неоткуда, по крайней мере, до

вечера — разве что повезет и мы тут случайно наткнемся на охотника, геолога или

же на самих спасателей, но в это что-то уж никак не верилось… Одна лишь

маленькая избушка была тут сейчас для нас всем, самой дорогой и желанной. И я

был бесконечно благодарен тем людям, что оставили ее для одиноких заплутавших

путников! Слава Богу, мы не сбились с пути и вышли к заимке лишь на небольшом

отдалении от нее. Последние сотни метров мне уже пришлось тащить девчонку на

себе. Вконец измученные мы с превеликим удовольствием снова ввалились в

избушку. Здесь ничего не изменилось. Хлипкие половицы то ли печально, то ли, наоборот, радостно заскрипели, приветствуя нас. Похоже, заимка все же была

счастлива снова оказать помощь людям. Мы вновь увидели железную печурку в углу, стол у окошка и… улыбки журнальных звезд… Остро почувствовался запах покоя

и уюта, такой сладостный и волшебный, такой неожиданный после пыльной избы в

ночном поселке-призраке, после ледяных залов черной горы, после гнилой духоты

промокшего покалеченного леса…

Одно вот только теперь

поменялось: в прошлый раз я был болен, а нынче мое место на лежанке заняла

Пашка. Я бережно уложил ее на постель, укрыл шкурой и, как бы мне ни было

самому тяжело и голодно, принялся хлопотать по хозяйству. Первым делом сбегал

на родник за водой, затем кое-как растопил печку и поставил на нее чайник.

Пашка часто просила пить. Я дал ей выпить таблетки от высокой температуры и

простуды. Стал варить кашу. Повар из меня, конечно, никудышный, поэтому в итоге

получилась какая-то бурда. Прасковья обедать не стала вовсе не из-за того, что

есть мое «поварское чудо» было весьма сложно, а потому, что ей было совсем

плохо. Она лишь попила немного горячего чая, который я заварил покрепче, добавив туда еще и листьев брусники и клюквы. Потом вновь приняла таблетку и

обессиленно откинулась на подушке.

«Неужели воспаление

легких? — с холодом в душе подумал я, глядя на метавшуюся в горячке девчонку. —Если да, то дело наше — труба!» Мне не хотелось даже и думать о таком итоге!

Вскоре Прасковья

забылась и задремала. Я уселся около нее на лавочку и с большим аппетитом поел

своей кашки. И скажу вам, стряпня моя показалась тогда вполне сносной! Потом я

попил чаю с сухарями и вышел на улицу поглядеть, не ушел ли туман. Погодка

стояла скверная. Сырость, серая непроницаемая мгла. Усиливающийся ветер путал

клочья тумана и забрасывал их высоко в небо. Иногда в разрыве туч блестело

солнышко. День был уже в полном разгаре. Где-то высоко-высоко прогудел боевой

самолет. И я поежился, представив, как мы одиноки, затеряны среди бескрайнего

моря лесов, завалов, гор и холмов, топей и болот, озер и рек, тумана и дождя…

Я вернулся, снял с себя майку, отжал ее и повесил сушиться у печки. В избушке

стало тепло и уютно. Под лежанкой трещал сверчок. Я склонился над Пашкой.

Она стонала. Жар был

страшный. Губы раздулись и потрескались. Девчонка жадно, словно выброшенная на

берег рыба, глотала ртом воздух. На лбу выступил пот. Я нашел на полочке

тряпочку, обернул ее несколько раз бинтом, смочил в воде, отжал и протер ею

лицо Прасковьи. Она немного утихла. И тут я отчетливо услышал треск сучьев, донесшийся со стороны леса. Я вскочил и выглянул в окошко. Метрах в

двадцати-тридцати от избушки мелькнула чья-то фигура, скрываемая сосновым

молодняком. Кто там был, я не смог разглядеть. Взяв топор, я выскочил из заимки

и осторожно приблизился к зарослям. Здесь явно кто-то был: потрескивали сухие

сучья, колыхались ветви, в тумане мелькало что-то черное.

— Эй, кто там? — негромко

окликнул я, и сердце тревожно заколотилось.

Мне не ответили.

— Эй, слышите? — крикнул

я уже громче, напрягая свои неокрепшие еще голосовые связки.

Треск усилился, и кто-то

быстро пошел в глубь леса. Я покрепче сжал в руке топор и решился заглянуть за

заросли.

Моему взору открылся огромный лось, важно удаляющийся в сторону Берендеева

царства. Я выдохнул, утер лоб и быстро вернулся в избушку. Закрыв дверь, я взял

еще один сухарь и, усевшись в уголке на сундуке, стал листать журналы, прислушиваясь к звукам, доносящимся с лежанки. Я все-таки надеялся, что Пашке

станет получше и она пойдет на поправку. Над лесом вновь прогудел реактивный

самолет. Жаль, что спасатели на таких не летают… Время шло. Ничего вокруг не

менялось. Туман хоть и нехотя убрался на болота, но зато его место заняла

низкая и густая облачность. Дождь тоже успокоился, и солнце ярко светило где-то

высоко, но лучи его с большим трудом проникали к земле. Да, увидеть что-то с

вертолета было весьма и весьма сложно, а добраться к нам по суше после такой-то

бури будет тоже архи-нелегко. Оставалось только уповать на чудо и на то, что

облака к вечеру все-таки разойдутся. И еще я подумал, что с этой заимки мы

больше никуда и ни за что не пойдем! Хватит с нас всех приключений и

злоключений! Рано или поздно нас тут найдут. Теперь уже недолго остается ждать.

Геологи наверняка знают о существовании заимки и сообщат об этом спасателям. А

жить в избушке вполне можно еще пару дней. Еще осталось немного крупы, заварки, сахара, малость муки и сухарей… Вот поправится Пашка и снова напечет вкусных

оладушек! И дров здесь кругом навалом, и печка есть, и лежанка, а главное —стены да крыша над головой. Даже родник рядом протекает. Все прямо как на

даче… Будем просто сидеть и ждать. Будь что будет. Нам бы вот только поскорее

покончить с болезнью. Пашка умела приготовить лечебное зелье, а я мало чем могу

ей помочь. Таблеток-то осталось уже несколько штук… Да и помогают они что-то

не так уж и эффективно…

Над лесом что-то

загудело. Вертолет? Я отбросил журнал и вышел из избушки. Небо просматривалось

очень плохо. Разрывы в облаках то возникали, то быстро затягивались вновь.

Что-то пролетело в некотором отдалении от нас. Спасатели все же пытались нас

обнаружить в районе гор и холмов. Там, на вершинах, видимость сейчас была, наверное, более-менее подходящей. Но нас-то там уже не было… Мы то

появляемся, то исчезаем, точно играем с парнями из МЧС в прятки. Еще подумают, что мы дурачимся, и вообще искать перестанут! А ведь нам тут совсем не до

игр… Я прошелся по окрестностям, присматривая подходящую поляну на случай, если придется разжечь костер-маяк, и для того, чтобы на нее мог опуститься

вертолет. И, знаете, кажется, кое-что нашел! Метрах в трехстах от избушки

имелась поляна, вполне способная принять вертолет. Правда, буря здорово ее

замусорила, закидав большими сухими сучьями и оторванными лапками елей. Но если

тут немного поработать, то можно будет подготовить приличный аэродромчик. Да и

с воздуха это пространство легко просматривалось. Вот очистится небо, и можно

зазывать долгожданных гостей. Не желая оставлять Пашку надолго одну, я поспешил

обратно на заимку. И тут увидел небольшой островок малины, на котором, несмотря

на жуткую бурю, сохранилось еще немножко крупных спелых ягод. Я бегом вернулся

в избушку, проведал Прасковью, утер ей пот и смочил водой губы и, взяв котелок, полетел в малинник. Пока собирал ягоды, комары изрядно меня натыкали своими

острыми и жгучими хоботками. «Надо было бы намазаться мазью!» — вздрагивал я от

укусов. Но я так спешил, чтобы сделать Пашке приятное, что даже забыл накинуть

на себя майку. Над горами опять кто-то пролетел. Судя по звуку и скорости

передвижения это был, вероятнее всего, вчерашний «кукурузник». Наверно, там

проходил его обычный маршрут. В лесу уже стало вечереть, так как солнце сюда не

40
{"b":"172074","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Как бы ты поступил? Сам себе психолог
Стройка, которая продает. Стандарты оформления строительных площадок
Дама Великого Комбинатора
Код благополучия. Как управлять реальностью и жить счастливо здесь и сейчас
Чаролес
Татуировка цвета страсти
Метод Сильвы: помощь от вашего подсознания
Рыбак
Черная карта судьбы