ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Гляди-ка, мы тут все собрались!

– Привет, Пол.

– Редкостное мероприятие! Давненько уже никто не собирал в одном месте столько влиятельных людей. Сегодня здесь присутствуют почти все, кто дергает за ниточки, заставляющие двигаться мир. Не хватает только президента.

– Это не очень заметно.

– Мы можем поговорить?

– Думаю, это самое лучшее место для того, чтобы спокойно поговорить. Здесь на нас никто не обращает внимания: все болтают друг с другом, улаживая свои делишки. Как только ты найдешь подходящий для твоей руки бокал…

Они окликнули официанта, и Роберт заказал виски с содовой. Затем они нашли укромное местечко и стали болтать, как старые добрые знакомые.

– Альфред может создать для нас проблемы, – заявил Дукаис.

– Сообщи мне что-нибудь такое, чего я не знаю.

– Я сделал то, о чем ты просил. Один из моих лучших людей – бывший полковник, командир «зеленых беретов», которого зовут Майк Фернандес, поедет с Ясиром в Каир на встречу с Альфредом. Я доверяю Майку – он башковитый.

– Латиноамериканец…

– Сейчас в армии уже почти не осталось людей англосаксонского происхождения, так что за нашу славную родину теперь бьются негры и латиноамериканцы. Среди них, кстати, много толковых ребят. Им, чтобы выбиться наверх, приходится изрядно потолкаться, а потому не относись к ним так пренебрежительно.

– Я вовсе не отношусь к ним пренебрежительно, а просто сомневаюсь, что латиноамериканец сумеет найти общий язык с Альфредом. Альфред – это Альфред.

– Ну что ж, Майку придется найти подход к Альфреду. Я уверен, что Майк ему понравится.

– А твой Майк сам откуда: из Доминиканской Республики, Пуэрто-Рико, Мексики?

– Он представитель третьего поколения его семьи, проживающей в США. Он родился здесь, и его родители тоже. Иммигрантами были его бабушка и дедушка: они перебрались из Мексики через Рио-Гранде. Так что ты зря чего-то опасаешься.

– Да не люблю я этих латиноамериканцев!

– Так ты вообще не любишь никого из тех, у кого кожа не такая белая, как молоко.

– Не говори глупостей! Среди моих хороших друзей есть и арабы.

– Да, но арабы для тебя – совсем другое дело. Не знаю почему, но совсем другое. Хотя сейчас, конечно, иметь друзей-арабов – политически некорректно.

– Мои арабские друзья не торгуют всяким барахлом на грязных базарах.

– Ладно, давай не будем тратить время на бессмысленные разговоры. Лучше скажи мне, какой уровень полномочий у Майка?

– Ты о чем?

– Ну, если Альфред окажется несговорчивым, если он станет вести нечестную игру, то что тогда мы должны будем делать?

– Для начала пусть они познакомятся и приступят к операции, а там уж мы посмотрим – смотря какие новости будет сообщать твой человек. Однако больше всего меня интересует информация, которая поступит от Ясира.

– А как быть с внучкой Альфреда?

– Если она найдет «Глиняную Библию», вы должны будете забрать эти глиняные таблички, ни в коем случае их при этом не повредив. Эти таблички не принадлежат ни Альфреду, ни его внучке. Задача твоих людей состоит в том, чтобы забрать эти таблички и доставить их сюда в целости и сохранности.

– А если девчонка окажет сопротивление?

– Пол, если Клара окажет сопротивление, тем хуже для нее. Твои люди должны выполнить то, о чем я тебе сказал, чего бы им это ни стоило.

– Если эти таблички будут найдены еще до того, как мы начнем операцию, нам придется вступить в конфликт с Альфредом.

– Тогда нам нужно будет постараться избежать крайних мер в отношении Клары – если, конечно, не окажется так, что забрать таблички каким-то другим способом будет просто невозможно. Ты на всякий случай должен иметь под рукой план относительно того, как нам провернуть операцию уже без Альфреда. Ясир тебе скажет, каким образом действовать.

«Покровитель» Роберта незаметно подошел к ним, – так незаметно, что, неожиданно увидев его рядом с собой, они оба вздрогнули. Вагнер улыбнулся, заметив их испуг, но его улыбка скорее была похожа на гримасу.

– Обсуждаете дела?

– Обговариваем мелкие детали операции. Пол хочет знать, какой у него уровень полномочий относительно Альфреда и его внучки.

– Всегда трудно найти золотую середину, – сказал Вагнер, глядя куда-то в пустоту.

– Да, и именно поэтому я хотел бы получить подробные инструкции, чтобы меня потом ни в чем не упрекали, – сказал Дукаис, – и чтобы не возникло какого-нибудь недоразумения. Я рад, что ты здесь и что я, таким образом, имею возможность услышать от тебя, каковы мои полномочия.

Старик надменно посмотрел на Дукаиса. Его взгляд красноречиво выражал то пренебрежение, которое Вагнер испытывал по отношению к Дукаису.

– На войне никто не устанавливает четких правил и запретов, друг мой, и единственное, что имеет значение, – это победа.

Он отвернулся и, подойдя к расположившейся неподалеку группе людей, присоединился к их разговору.

– Мне всегда казалось, что он не испытывает ко мне особых симпатий, – сказал Дукаис, судя по всему, не очень огорчившись.

– А он ни к кому не испытывает симпатий. Он просто хорошо знает, кто ему нужен, а кто нет.

– И в нас он нуждается.

– Именно так. В общем, ты слышал: на войне не бывает запретов.

Франк Душ Сантуш и Джордж Вагнер поприветствовали друг друга без излишних сантиментов. Вечеринка была в полном разгаре, и оркестр струнных инструментов слегка заглушал голоса переговаривающихся гостей.

– Не хватает только Энрике, – сказал Джордж.

– И Альфреда тоже. Не будь к нему так суров.

– Он нас предал.

– Альфред на этот счет совсем другого мнения.

– Вот как? Ты с ним разговаривал?

– Да. Он звонил мне в Рио три дня назад.

– Какая беспечность!

– Я уверен, что он выполнил все требования безопасности. Я находился в отеле, и его звонок был для меня неожиданным.

Что он тебе сказал?

– Он хочет, чтобы мы знали, что его целью не было предать нас или спровоцировать между нами конфликт. Он повторил свое предложение: успешно провести запланированную нами операцию, но чтобы мы, со своей стороны, отказались от «Глиняной Библии». Это щедрое предложение.

– Ты называешь его щедрым? А ты знаешь, сколько будут стоить эти таблички, если их удастся отыскать? Знаешь, какую власть они дадут тому, кто станет их обладателем? Послушай, Фрэнки, не дай себя одурачить. Меня очень беспокоит то, что вы с Энрике явно потакаете Альфреду. А ведь он нас предал.

– Не совсем так. Еще до того, как его внучка отправилась в Рим, он пытался уговорить нас отказаться от «Глиняной Библии» – если, конечно, сумеет ее найти, – в обмен на всю прибыль от других наших предприятий.

– Мы ему отказали, и он решил действовать так, как считает нужным.

– Да, и это с его стороны было ошибкой. Но сейчас он в ярости, потому как думает, что именно мы послали тех парней следить за его внучкой.

– Но это были не мы!

– Поэтому нам необходимо узнать, кто эти люди и почему они это сделали. Я не успокоюсь, пока мы это не выясним.

– Ну и что ты предлагаешь? Выкрасть директора того итальянского охранного агентства и заставить его признаться, кто был его заказчиком? Это было бы глупостью, мы не можем себе такое позволить.

– Я что-то тебя не понимаю. Я не понимаю, почему ты так благодушно относишься к этому инциденту. Кто-то следил за Кларой, и это вызывает тревогу.

– Клара замужем за одним из чиновников Саддама. Тебе не приходит в голову, что кто-то мог заподозрить, что Ахмед Хусейни – шпион? Саддам никому не позволяет покидать Ирак, а этот Хусейни ездит за границу и возвращается в Ирак, когда ему вздумается. Найдется немало людей, желающих разобраться, почему это возможно. Кто знает, может, в этом замешаны какие-то секретные службы Италии или даже НАТО. Организовать слежку за Хусейни мог кто угодно.

– Они следили не за Хусейни, а за Кларой.

– В этом мы не можем быть уверены.

– Это доподлинно известно, и ты об этом знаешь.

50
{"b":"172126","o":1}