ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Это верно, тебя тут эксплуатируют вовсю. Но как бы то ни было, я уверена, что у тебя на душе какая-то тяжесть.

– Вовсе нет! Ладно, пойду позвоню этому Ахмеду Хусейни, которого ты так не любишь…

Как и в предыдущих случаях, секретарша Хусейни сказала, что он очень занят, однако когда Джиан Мария сослался на Ива Пико, секретарша – уже совсем другим тоном – попросила егонемного подождать.

Через минуту трубку взял Ахмед Хусейни:

– Кто это?

– Прошу извинить за беспокойство. Дело в том, что я – знакомый господина Пико, и он сказал мне, что, если я захочу с ним связаться, мне следует позвонить вам…

Хусейни тут же его прервал. Джиан Мария понял, что говорил уж слишком сбивчиво и поспешно и тем самым произвел крайне неблагоприятное впечатление на этого весьма влиятельного функционера режима Саддама Хусейна.

Затем Джиану Марии пришлось отвечать на вопросы, которые ему стал задавать Хусейни. Заканчивая разговор, Хусейни сказал, что ждет Джиана Марию у себя в кабинете уже сегодня.

– Если вы намерены к ним присоединиться, то сейчас для этого самый подходящий момент. У них не хватает людей, а потому вы как человек, обладающий необходимыми знаниями, очень бы им пригодились.

По правде говоря, Джиан Мария вовсе не собирался присоединяться к бригаде Пико и, тем более, отправляться на юг Ирака в какую-то никому не известную деревню Сафран. Единственное, чего он хотел, – так это сделать то, чем нужно было заняться еще в первый день своего приезда в Багдад: расспросить Ахмеда Хусейни о его супруге Кларе Танненберг и объяснить, что ему, Джиану Марии, крайне необходимо с ней поговорить. Именно с ней, потому что только ей он мог рассказать о цели своего приезда в Ирак. Он ведь прибыл сюда, чтобы спасти эту женщину, однако немог объяснить даже ей, от чего и от кого он хочет ее спасти, ибо это означало бы предать все, во что он верил, и нарушить данную им клятву хранить тайну исповеди до конца своей жизни.

Увидев Ахмеда Хусейни, Джиан Мария подумал, что этот человек вовсе не похож на коварного прихвостня диктаторского режима, каким его описала Алия. Кроме того, бросалось в глаза, что он не носил так любимых иракцами усов. Своей внешностью Хусейни напоминал скорее менеджера транснациональной корпорации, чем чиновника правительства Саддама Хусейна.

Хусейни предложил Джиану Марии чаю, спросил его, что он делает в Багдаде и какое впечатление на него произвел Ирак, а также порекомендовал посетить некоторые местные музеи.

– Итак, вы хотите присоединиться к бригаде Ива Пико…

– Ну, это не совсем так…

– В таком случае, что конкретно вы хотите? – спросил Ахмед Хусейни.

– Мне хотелось бы связаться с ними. Я знаю, что они находятся где-то неподалеку от древнего Ура…

– Именно так, они в деревне под названием Сафран.

Джиан Мария в нерешительности покусывал губы: ему необходимо было спросить Хусейни о Кларе Танненберг, однако он не знал, как отреагирует этот – пусть даже внешне очень спокойный – человек на то, что явившийся к нему незнакомец вдруг станет задавать вопросы о его супруге.

Вы и ваша супруга тоже археологи, так ведь?

– Да, это верно. А вы что-то слышали о моей супруге? – удивленно спросил Ахмед.

– Да, слышал.

Очевидно, Пико вам рассказал, что археологическая экспедиция в Сафране была организована в том числе и благодаря усилиям моей супруги. В нынешней ситуации очень трудно мобилизовать ресурсы для проведения раскопок. Однако Клара любит археологию больше всего в жизни и активно занимается исследованием прошлого нашей страны. Ей удалось убедить господина Пико приехать помочь нам провести раскопки обнаруженного сооружения, которое, по нашему мнению, является развалинами либо дворца, либо храма – это пока не известно.

Дверь отворилась, и в кабинет Хусейни, широко улыбаясь, вошел его помощник по имени Карим.

– Ахмед, для отправки в Сафран уже все готово. Я позвонил Айеду Сахади, чтобы сказать, что выезжает грузовик, но так и не смог с ним поговорить. Однако мне повезло, потому что я разговаривал с Кларой…

Ахмед Хусейни приподнял руку, давая Кариму знак больше ничего не говорить, а у Джиана Марии тут же заблестели глаза. Наконец-то он нашел Клару Танненберг! Хусейни ведь уже сообщил ему, что Клара непосредственно занимается раскопками в Сафране, а вошедший человек даже только что разговаривал с ней! Теперь-то Джиан Мария уже точно знал, где искать Клару – в Сафране. И как раньше не пришло в его бестолковую голову, что Клара может принимать участие в археологической экспедиции Ива Пико?! Джиан Мария вдруг вспомнил, что когда он в Риме в поисках Клары Танненберг прорвался в помещение, где проходил археологический конгресс, кто-то из клерков язвительно спросил его, не собирается ли он принять участие в археологической экспедиции, которую хочет организовать эта иракская женщина. Кроме того, в газетах промелькнула информация о том, что Клара Танненберг сделала заявление на конгрессе: она сообщила о существовании глиняных табличек, назвав их «Глиняной Библией»… Стало быть, если Ив Пико приехал в Ирак, то явно для того, чтобы разыскать эти таблички вместе с супругой Хусейни, а он, Джиан Мария, только сейчас уловил логическую связь между этими событиями.

Карим, больше не говоря ни слова, вышел из кабинета. Он был раздосадован тем, что только что прервал разговор своего шефа с незнакомцем и ощутил брошенный ему вслед отнюдь недружелюбный взгляд Ахмеда Хусейни.

– Ваша супруга находится в Сафране…

– Да, конечно, – почему-то смутившись, подтвердил Ахмед Хусейни.

– Это вполне логично, – сказал Джиан Мария единственное, что в тот момент пришло ему в голову.

– Итак, скажите же мне, чем я могу быть вам полезен, – все еще пребывая в смущении, попросил Ахмед Хусейни.

– Дело в том, что я хотел бы поговорить с Ивом Пико и узнать, не будет ли он против, если я проведу пару месяцев в Сафране. Я не смогу там находиться дольше. Я приехал в Ирак добровольно, работаю на неправительственную организацию, которая называется «Помощь детям»… Однако я не смогу находиться в Сафране больше двух месяцев, а потому мне хотелось бы узнать, не будет ли Пико возражать, если я присоединюсь к его бригаде на такое короткое время.

Ахмед Хусейни, слушая Джиана Марию, подумал, что этот человек довольно странный. У Ахмеда почему-то сложилось впечатление, что его собеседник на ходу придумывает то, что говорит, поэтому, прежде чем отправить его в Сафран, Ахмед решил навести о нем справки.

– Я поговорю с Ивом Пико, и если он не будет против, не вижу причин не помочь вам добраться до Сафрана. Вам известно, что в нашей стране ситуация сейчас очень напряженная, а потому, к сожалению, уже нельзя просто поехать куда вздумается – на это нужно разрешение. Такой порядок установлен в целях безопасности.

– Понимаю. А сколько потребуется времени на то, чтобы организовать поездку в Сафран?

– Не беспокойтесь, я вскоре с вами свяжусь. Моя секретарша запишет ваш телефон и адрес, по которому вас можно будет найти.

– Думаю, я все же поеду в Сафран, – заявил Джиан Мария, с опаской ожидая, как отреагирует на эти слова Ахмед.

– Вам придется подождать, пока я вам не позвоню.

Ахмед Хусейни произнес это тоном, не терпящим возражений. Сидевший перед ним человек казался ему забавным и безобидным, однако в тех слоях общества, к которым принадлежал Ахмед, было принято не доверять никому.

Когда Джиан Мария вышел из здания министерства, он был настолько напряжен, что взмок от пота. Он понимал, что пути обратно уже нет и ему нужно быть готовым к тому» что теперь может произойти. Ахмед Хусейни наверняка попытается выяснить, кто он, Джиан Мария, такой. Напускная любезность Хусейни, по всей видимости, являлась всего лишь маской. Алия была права: Ахмед Хусейни, будучи влиятельным человеком в Ираке, вполне мог сделать так, чтобы Джиана Марию либо арестовали, либо выдворили из страны.

Ахмед Хусейни не стал попусту терять время и, как только Джиан Мария вышел, вызвал в свой кабинет Карима.

78
{"b":"172126","o":1}