ЛитМир - Электронная Библиотека

Майор взглянул на Гаунта, вытирая кровь с губ.

— Комиссар-полковник, при всем уважении… стоит ли? Ну, в смысле… ведь эта штука могла бы все изменить.

В глазах Гаунта сверкнула ярость.

— Хочешь поглядеть, как погибает еще один мир? — Он исподлобья взглянул на Роуна.

Майор только замотал головой.

— Вот и я не хочу! Это единственный выход! Я… У меня есть причина так считать… Или, может, ты ослеп? Хочешь — иди, пожелай им доброго утра!

Роун огляделся, будто только что заметил Железных Людей. И вздрогнул, посмотрев в ледяные глаза.

— Уже выполняю! — В голосе Роуна появилась решимость. Майор бросился к машине, Маколл и Каффран подавали ему взрывчатку.

— Эти существа — воплощенная ересь, Роун! — кричал ему вслед Гаунт. — Богомерзкая ересь! И если тебе этого недостаточно, они тысячелетиями спали на планете, зараженной чумой Хаоса! Кто-нибудь здесь хочет узнать, как это повлияло на их образ мысли?!

— Фес! — откликнулся на его слова Дорден. — Хочешь сказать, всей этой штукой управляют Темные Силы?

— Нужно быть распоследним идиотом во всей Вселенной, чтобы выяснять это на практике, — ответил Гаунт.

Он бросил взгляд на останки Ферейда.

— Похоже, изменился не я, а кто-то другой… — прошептал комиссар.

26

Гибель марионетки была последним, чего ожидал Хелдан. Какая это была победа — раскрыть жалкого шпионишку Макарота! Какое удовольствие получил инквизитор, работая над его мозгом. Ферейда было тяжело обратить в раба. Так много и так долго пришлось резать. Но все же как это приятно — взять лучшего агента разведки военмейстера и сделать его своим инструментом. Через Ферейда инквизитор узнал много интересных вещей, недоступных большинству штабных офицеров. Обманывать, переманивать, вести двойную игру… Использовать одного из тех людей, которых военмейстер выставил против самого инквизитора. Что ж, это было дерзко. Блистательный ход.

В свои последние минуты Хелдан успел пожалеть о том, что не успел закончить с Роуном. Пусть и пустой, его разум был в чем-то близок инквизитору. Но эти двое, Корбек и Ларкин, вмешались так не вовремя! Поэтому Роун просто чувствовал присутствие Хелдана, а не подчинялся его командам.

Теперь уже не важно. Хелдан просчитался, причем самым непростительным образом. Близкая гибель затуманила его разум, и он поспешил. Он влил слишком много своего духа в марионетку. Отдача от смерти этой оболочки оказалась слишком сильной. Надо было защитить разум от возможной смертельной травмы. Инквизитор забыл об этом.

Гибель Ферейда была самой тяжелой и болезненной из всех возможных. И весь ее кошмар проскользнул по психическому каналу в сознание Хелдана. Он прочувствовал каждое мгновение смерти Ферейда. Она сплелась с его собственной кончиной.

Тело Хелдана забилось в конвульсиях и взорвалось. Неуправляемая психическая энергия вырвалась из груды ошметков, продолжая сокрушать все материальные преграды. Смерть умножала сама себя. Наверху, на командном мостике, Гектор Дравер почувствовал дрожь палубы и завертелся в кресле, выискивая причину.

«Левиафан» исчез в яркой вспышке взрыва, поднявшейся к небесам колоссальным огненным грибом. Освободившаяся энергия инквизитора просто расщепила огромную боевую машину на атомы.

27

— Готово! — крикнул Роун.

Майор и Каффран бросились вон из зала. Остальные Призраки уже ждали их у выхода. Ревущую машину за их спинами окутали клубы пара.

— Скорее, Маколл! — позвал комиссар.

Одна из решеток вдалеке наконец упала и жалобно захрустела под стальными ногами. Железные Люди покинули свою камеру. Их собратья набросились на решетки с новой силой, продолжая бормотать свои бинарные коды. Только в глазах все ярче разгоралось мертвое пламя, подобное огненному шлейфу ракеты.

Железные чудовища беспорядочно разбрелись по залу, будто разбуженные среди ночи люди, не понимающие, что происходит. Маколл, устанавливавший последние заряды, в оцепенении следил за их отрывистыми движениями.

Потом трясущаяся машина оглушила его громким ревом. Один из люков распахнулся и окатил диверсанта волной пара. Маколл повалился на колени, задыхаясь от жара.

— Маколл!

Оглушенный танитец не видел, что вдруг появилось из клубящегося дыма за спиной.

Новорожденный Железный Человек. Первое дитя системы СШК, дремавшей многие века. Он сделал первый, еще неуверенный шаг. И все Железные Люди в зале и в темноте клеток издали протяжный вой. Долгий, скорбный плач. Будто в машинный язык вдруг влился человеческий крик.

Что-то не так с новорожденным. Среди идеальной симметрии анатомической брони Железных Людей он казался уродливой карикатурой на своих собратьев. Его огромное тело, покрытое черными изуродованными бронепластинами, горбилось под собственной тяжестью. Одна рука была непомерно длинной и массивной, другая — едва сформировавшейся, тонкой, изломанной. Над длинным звериным черепом высились гнутые рога. Озаренные злым желтым светом, его глазницы сочились густым, маслянистым гноем. Бездумно щелкала кривыми зубами отвисшая челюсть. Чудовище неуклюже подалось вперед.

Дорден кричал о том, что комиссар был прав. Гаунт не слушал. Со всех ног он бросился к давящемуся кашлем Маколлу и повалил его на пол. Над ними мелькнула огромная рука механического урода.

Все только начиналось. Гаунт выбрался из-под тела Маколла и попытался поднять его на ноги, когда Железный Человек снова направился к ним. Огромные челюсти хищно лязгали. За его спиной туман выходного люка исторг второе чудовище.

На новорожденного обрушился лазерный огонь, заставив отступить на шаг. Усилия Каффрана оказались напрасны. Тусклая броня чудовища была слишком крепкой. Все, что могли сделать выстрелы гвардейца, — это слегка толкнуть его.

Громко матерясь, комиссар подхватил Маколла и стал оттаскивать подальше от железного монстра. Еще две пары рук подняли диверсанта. Дорден и Браг не остались в стороне.

Неожиданный удар сбил Гаунта с ног. Когтистая лапа новорожденного скользнула по его спине, вспарывая одежду и плоть. Монстр был слишком далеко, он просто не мог дотянуться… Комиссар перевернулся. Огромная рука чудовища росла, ее механическая структура сама создавала новые поршни, блоки и механические суставы.

Железная тварь продолжала бить. Гаунт из последних сил лавировал в каскаде гремящих ударов. Черная сталь когтей рвала серебро пола, желая добраться до живой плоти.

Роун, Каффран и Ларкин бросились на помощь. Каффран пытался стрелять, но ему мешал Ларкин. Тот бегал перед чудовищем и беспорядочно палил из ружья, отвлекая тварь. В следующую секунду снайпер уже летел к ближайшей стене, отброшенный мощным ударом.

Майор не успел перезарядить шипомет и просто махал им, как топором. Широкое лезвие штыка звонко врезалось в темный череп. Один из ударов перерубил сухожилия проводов, и голова чудовища завалилась набок.

Разъяренная машина повернулась и резким движением отшвырнула Роуна. К тому времени рука чудовища выросла до пяти метров. Пользуясь моментом, Гаунт подхватил шипомет майора и вогнал штык в другой локоть истончающейся железной конечности.

Второй удар он нанес в голову. Клинок с хрустом пробил железную кожу. Из головы новорожденного брызнул фонтан масла и белесой жидкости.

Чудовище с грохотом упало и замерло. Свет в его глазах стремительно тускнел.

К тому времени люк СШК покинула шестая тварь. В глубине зала упало еще несколько решеток, выпустив на волю четыре десятка Железных Людей. Остальные бились о прутья темниц и надрывно выли.

— Бежим! — крикнул Гаунт. — К фесу все это, бежим!

28

Они пробирались сюда около четырех часов. Четыре часа пути со дна шахты на склоне холма до ворот Эдикулы. Каменные двери наконец преградили путь кошмарам с глазами холодного пламени, и гвардейцы просто бросились бежать. Гаунт понимал, что, даже возвращаясь по своим следам, они потратят больше времени, поэтому, устанавливая таймеры взрывчатки, Роун дал им лишние три четверти часа.

63
{"b":"172135","o":1}