ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Ягодное настроение. Пироги и разная выпечка для летних дней
Когда проснется Марс
iPhuck 10
Позывной «Волкодав». Выжечь бандеровскую нечисть
Этот дождь решает всё
Еда и мозг. Кулинарная книга
Трансерфинг реальности. Ступень I: Пространство вариантов
Вымпел мертвых. Балтийские кондотьеры
Мама на нуле. Путеводитель по родительскому выгоранию

Он вопросительно поднял брови и глянул на нее поверх оправы очков. Кандида молча кивнула.

— Я думаю, нам нужно встречаться один раз в неделю, — начал разъяснения мистер Балантайн. — Первые четыре или шесть встреч будут чисто подготовительными. После этого, надеюсь, мы копнем глубже, и тогда я смогу определить наилучший способ вашего лечения и его длительность. Тревожащие вас причины, возможно, связаны с выбором карьеры, но возможно, и не связаны. У меня нет никаких предписаний по поводу того, о чем мы будем говорить, все в ваших руках. Единственное мое правило — если вы примете решение прекратить визиты ко мне, то мы проведем последнее собеседование, для обзора итогов проделанной работы и закрытия лечения. Можете вы принять это соглашение?

— Ну, не знаю... я не предполагала, что это затянется так надолго. Кажется, я уже многое поняла, — спину Кандиды словно обожгло холодом, струйка ледяной воды пробежала между ее лопатками. Кандида обернулась, чтобы взглянуть на психотерапевта. — Вы очень хорошо работаете. Я уже чувствую себя много лучше. Я уверена, что вы правы относительно моей работы брокером. Я знаю это — фактически, вы помогли мне это понять. Я должна вернуться к этой работе. Я прервала ее и теперь скучаю по ней.

Она протянула ему руку.

— Очень вам благодарна, мистер Балантайн. Вы очень помогли мне, и, надеюсь, я не впустую потратила так много вашего времени. Боюсь, это была всего лишь маленькая глупая проблема.

Мистер Балантайн поднялся и взял руку Кандиды, но, казалось, вовсе не намеревался отпустить ее. Кандида боролась с желанием выдернуть руку — крепость его пожатия и спокойный взгляд проницательных, глубоко посаженных синих глаз вызвали у нее прилив паники.

— Кандида, я чувствую, что вы очень глубоко ранены чем-то, — мягко сказал он. — Вы не сможете нести такую тяжелую ношу. Я хочу, чтобы вы согласились прийти ко мне на следующей неделе, и хочу, чтобы вы серьезно отнеслись к договоренности приходить ко мне до тех пор, пока мы не не закроем наши встречи формально. Вы согласны?

— Хорошо, — выдохнула Кандида и, выдернув руку, захлопнула за собой дверь.

Глава третья

Недели, последовавшие за возвращением Майка из Токио, полетели быстро. Майк напряженно работал, часто оставаясь вечерами в офисе. Он терпеливо объяснил Тедди, что представлен в партнеры и должен многое сделать до выборов в октябре. Тедди чувствовала себя словно на автопилоте. Она вставала одновременно с Майком, они завтракали перед уходом, она работала, возвращалась домой, дожидалась Майка, они засыпали. Они занимались любовью, но редко. Тедди казалось, что Майк занимается этим только для того, чтобы не обидеть ее, сама она занималась этим только для того, чтобы не ухудшить ситуацию Майка. Это выглядело не совсем поддельным, но каким-то равнодушным. Тем не менее, они назначили дату бракосочетания. Майк хотел сыграть свадьбу в следующем январе.

— Давай дождемся, пока не пройдут выборы в партнеры и твой первый поиск, а затем и Рождество. Тогда 1993-й год будет нашим.

У Тедди заметно полегчало на сердце. Со времени поездки Майка в Токио она не могла избавиться от тайной мысли, что Майк ее больше не любит, словно от занозы, застрявшей глубоко в сознании. С тех пор, как день бракосочетания был определен, ее сомнения исчезли. В конце концов, все это было реальной жизнью, жонглирующей отношениями и карьерами, и если она собиралась иметь «все это», то должна была уяснить, что «все это» не всегда безупречно. Майк привез ей подарок из Токио — пару необыкновенных серег с квадратными изумрудами, в дополнение к кольцу. Тедди подавила мысль, что, возможно, Глория помогала выбирать их. Майк прав — они оба слишком заняты, чтобы пожениться в ближайшее время, а 1993 год уже не за горами.

Кандида также успокоилась. ЭРК был завален работой, все пятеро консультантов были перегружены. По крайней мере, в ближайшее время Тедди не могла взять отпуск для медового месяца. Кандида даже позволила в разговоре с Тедди легкий намек на свое прошлое: «Не спеши выходить замуж, Тедди, — посоветовала она. — Я выходила однажды, но не нашла в этом ничего хорошего. Такие женщины, как мы с тобой, не нуждаются в замужестве. Я не утверждаю, что нам не нужны мужчины, а просто нам нет необходимости выходить за них замуж».

Наступил апрель. Как-то утром Тедди и Майк поднялись в безбожную рань — без пятнадцати семь.

— Я задержусь вечером в офисе, Майк, — предупредила Тедди. — Мне нужно сделать несколько звонков в Штаты, а я не смогу приступить к ним, пока не закончу европейские.

Ответа не было.

— Майк?

— А? Извини, я был за много миль отсюда. Ладно. Я и сам приду поздно — в семь вечера мне нужно повидать Фица.

— Алекса Фицджеральда? Зачем?

— Он хочет поговорить о переназначениях в отделении, ничего серьезного.

— С тех пор, как я впервые встретилась с ним, я всегда считала его полным ублюдком.

— Он такой и есть — вот почему он так дьявольски хорошо работает. Я давно его знаю. В любом случае, я хочу, чтобы он поддержал меня на выборах в партнеры, а этот разговор поможет сохранить с ним хорошие отношения.

Тедди передернуло. Во время работы в «Стейнберге» она очень редко сталкивалась с Алексом Фицджеральдом, но при каждой встрече чувствовала себя так, будто стояла перед ним в одних трусиках. Весь женский персонал «Стейнберга» ненавидел Фица. После того, как он оглядывал женщину сверху донизу, был лишь один способ снова почувствовать себя чистой — отмыться с жесткой мочалкой. Тедди никогда не забывала ходящую в «Стейнберге» шутку, будто Фиц в лучшем случае — нечистая сила, а в худшем — накоротке с дьяволом.

— Ну, надеюсь, ты не забыл связку чеснока и свое распятие... одолжить мое? — пошутила она, делая вид, что хочет снять крестик, висевший на ее шее. — Встретимся в Кенсингтоне, о'кей?

— Конечно, но можешь оставаться у себя, если хочешь. Я вернусь очень поздно, я знаю, как тебя всегда тянет вернуться сюда.

— Да, конечно. Ты не забыл, что завтра я отбываю во Франкфурт? Я начинаю собеседования по своему заданию. Меня не будет здесь до пятницы.

Майк был совершенно глух к нотке тоски в голосе Тедди.

— Ну, ляг спать пораньше и, вообще, больше заботься о себе. И будь хорошей девочкой, дорогая.

Он высадил ее на Финсбари-сквер и уехал в «Стейнберг».

Тедди просунула голову в кабинет Кандиды и удивилась, увидев, что та уже на своем рабочем месте, увлеченная телефонным разговором. Она, должно быть, ночует в офисе, — подумала Тедди. Кандида приходила первой и уходила последней, если не бывала в поездках, и всегда выглядела свежей, как маргаритка. Это утро не было исключением. Кандида была в хорошем расположении духа, ее обычно бледные щеки светились румянцем, синие глаза были ясными и блестящими. Одета она была просто умопомрачительно — в узкую кремовую юбку длиной до лодыжек, соответствующую правилу Кандиды выставлять напоказ лучшие достоинства, которые сверкали в разрезе до середины бедра. Бледно-голубая шелковая блузка и тесно затянутый широкий пояс дополняли картину. Кандида с каждым днем выглядела самоувереннее и одевалась не менее, чем элегантно. Она кивнула Тедди на диван, чтобы та дождалась конца разговора. Положив телефонную трубку, Кандида откинула назад гриву волос и потянулась, словно огромный, расслабленный леопард.

16
{"b":"172138","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мертвый мир. Поселенец
Власть любви. Академия сиятельных
Агнец на заклание
Откровения оратора
Кашаладки. Программа «Сделаем из Тушки Фигурку!» Часть Очистительная
Сила
Поцелуй предателя
Боевая руническая магия
J-beauty. Японская революция