ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Человек, который приносит счастье
Книга челленджей. 60 программ, формирующих полезные привычки
Сирена
BIG DATA. Вся технология в одной книге
Как стать организованным? Личная эффективность для студентов
Железный Человек. Экстремис
Эмпайр Фоллз
На грани серьёзного
World Of Warcraft: Перед бурей

— У меня есть другие дела, о которых я хочу поговорить с тобой, — многозначительно сказал Фиц. — Более важные. С более далеко идущими последствиями. Я добился некоторого прогресса касательно следующих выборов в партнеры.

Глаза Майка расширились от удивления, он подался вперед, страстно желая послушать, как Фиц сражается на его стороне отныне и до века.

— Ты и впрямь не хочешь есть, приятель? — спросил тот. — Я готов съесть лошадь. В любом случае, это наверняка все, чем могут обслужить в этой дыре! Хочешь бифштекс?

Майк отмахнулся, и Фиц сделал себе заказ.

— Принесите бифштекс. Особый. Не добавляйте к нему никаких гарниров, никакой кроличьей закуски — ничего. И повторите нам выпивку. — Он выжидающе взглянул на Майка. — Что ты сказал, приятель?

— Ничего, Фиц. Ты упомянул, что слышал что-то — добился некоторого прогресса...

— Это нельзя назвать прогрессом, Майк. Гораздо больше это похоже на неудачу. Я подразумеваю, что узнал плохие новости, и хочу высказать их тебе напрямик. Не рассчитывай попасть в партнеры в этом году.

Фиц дождался, пока его слова дойдут до Майка. Наблюдая за его лицом, Фиц не мог понять, почему у этого парня такая великолепная репутация. Следовало бы ожидать от торговца большего притворства, большего лицемерия и хитрости, а этот парень выглядел так, будто вот-вот расплачется. Что за ничтожество!

— По правде говоря, Майк, я не знаю, станешь ли ты партнером и в следующие годы.

Вспышка гнева мелькнула на лице Майка.

— Чего они хотят, Фиц? Я работаю лучше, чем любой другой торговец отдела. Какого им еще черта нужно? Они, что, думают, будто на таком рынке легко делать деньги? Даже если учесть потерю на кроне, я все еще хорошо выгляжу в этом году. Хотел бы я знать, сколько еще торговцев в этом проклятом городе могут похвастаться этим.

— Успокойся, Майк. Будь сдержаннее. С этим решением ничего не поделаешь. Норман Белл забаллотировал тебя...

— Норман — что?

— ...но это из-за обстоятельств в правлении. «Стейнберг» подумывает совсем закрыть собственную торговлю — в Нью-Йорке, возможно, что-то и останется, но все остальное прикроют.

— Это безумие. — Майк на мгновение забыл собственные заботы. Закрытие собственной торговли выглядело стратегическим самоубийством. В эти дни торговля была единственной надеждой инвестиционных банков для получения серьезных денег.

— Разве я этого не знаю, приятель? Я делаю все, чтобы отстоять ее, поверь мне. И, может быть, это решение не пройдет. Но есть у нас недоумки, которые пытаются протолкнуть его в управление — Фримен, Хирш и еще кое-кто. Пока оно висит в воздухе, они не хотят принимать никаких торговцев в партнеры. Временно.

Майк задумался, может ли сегодняшний день оказаться еще хуже. У него была плохая ночь с Глорией. Глория замучила его, желая заниматься любовью в ванной, на кухонном столе, чуть ли не на стенке. А Майк оказался совершенно неспособным ни к чему. Он просто переутомился — с Тедди у него таких проблем не было. То, что Глория хохотала над ним, как проклятая гиена, не улучшило его настроения. Затем звонок от Свена. Затем отчаянные попытки закрыть позицию, превратившие его в комок нервов. И наконец, когда он надеялся услышать хоть какие-то хорошие новости, Фиц выложил ему это.

— Фиц, если не возражаешь, я оставлю тебя и пойду домой, — Майк чувствовал, что от шума в баре у него голова идет кругом. — Мне нужно обдумать все, что ты сказал.

— Я не отпущу тебя, Мичинелли, — остановил его Фиц. — И скажу тебе, почему. Я все уже обдумал. Я хочу поговорить с тобой минут десять. В течение десяти минут ты будешь слушать меня внимательно и не перебивая. Если после этого ты захочешь идти домой, я тебя отпущу, но сначала выслушай меня.

Майк нехотя кивнул. Фиц не мог сказать ничего, что улучшило бы положение, но сидеть и напиваться здесь можно было точно так же, как и дома.

— Итак, начнем, — заговорил Фиц. — Я знаю, что обо мне думают, Майк. Меня не считают приятным парнем — нет, не прерывай. Я знаю, что по общему мнению, я — двуличный подонок, и все они правы. Я стою сам за себя, как и любой другой. Поэтому забудь на минуту о своем положении, и поставь себя на мое место. Я состою в партнерах уже четыре года. Я хорошо справляюсь с делами. Я отвечаю за торговлю в «Стейнберге» и за торговые книги лондонского отделения. Я зарабатываю для банка кое-какие деньги, но недостаточные, понимаешь? Дьявол, да кто их зарабатывает достаточно!

Фиц засмеялся и подмигнул Майку.

— Серьезно, Майк. Мне не поможет, если они прикроют частную торговлю. Мне не поможет, если они так описают моих торговцев, что те разбегутся. Я должен выбраться из этого положения, и при этом прекрасно выглядеть и пахнуть как роза. Вот почему я так сражаюсь за тебя. Я учитываю, что ты — парень, благодаря которому я могу выглядеть наилучшим образом, и не собираюсь менять это мнение. Кроме того, ты мне нравишься. В тебе я узнаю самого себя. Поэтому я говорю тебе, что занимаюсь твоими делами не из-за филантропии — я сам в них очень заинтересован. Улавливаешь?

Майк кивнул. В конце концов, Фиц вел себя честно, что нельзя было сказать о некоторых других ублюдках. Таких, как Норман Белл.

— Итак, я думал всю прошлую ночь, — продолжал Фиц. — Думал о торговле, о тебе, о том, как уменьшатся источники моей силы к концу года. И я подумал — дьявол, Фиц, ты слишком глубоко завяз в «Стейнберге», чтобы уйти оттуда. Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду? Я слишком стар, чтобы уходить, да и в любом случае, партнеры не уходят. Либо они выбивают богатство, либо их выметают, как мусор, а я еще не готов лезть в мусорный бачок. Ладно. Я нашел для борьбы кое-что другое. Все это между нами, Майк, потому что информация очень доверительная. Нам нужно сделать небольшое приобретение. Допустим, купить акции английского торгового банка. Если нам удастся купить их тихо и по дешевке, это усилит отдел финансовых корпораций, и тогда мы сможем прикончить сторонников основных инвестиций. Значит, нам нужно найти способ купить эти акции. Я думал об этом всю прошлую ночь, думал, как мне справиться с обеими трудностями — как спасти моих торговцев и как купить акции — обе мысли вертелись и вертелись у меня в голове, видишь, что я говорю? И вдруг я подумал, бинго! В точности, как в бинго, эврика! И я увидел, как совместить их обе.

— Я не уловил, что ты имеешь в виду, Фиц. — Майк заслушался, но не представлял, какое отношение все это имеет к нему и зачем Фиц все это ему рассказывает.

— Я тебе это вот для чего рассказываю, Майк. Все очень просто, — Фиц взял солонку. — Давай назовем ее целью, торговым банком, о'кей? — он поставил ее в центр стола и взял перечницу. — А это назовем «Стейнберг Рот», понял? Если о солонке пойдут дурные слухи, что произойдет со стоимостью ее акций? Она упадет, верно?

— Конечно. Не нужно быть магистром экономики управления, чтобы видеть это.

— Правильно. Не нужно быть магистром экономики управления, чтобы подгонять своего осла. А теперь, что случится, если торговец «Стейнберг Рот», — Фиц указал на перечницу, — заключит огромную сделку с торговцем целевого банка, — он указал на солонку, — причем такую, что целевой банк теряет один или два миллиона фунтов?

72
{"b":"172138","o":1}