ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ну, вот ни на столечко! — Тосико сделала красноречивый жест рукой. Щеки ее пылали.

— И ладно! — равнодушно бросил я, разворачиваясь и собираясь уходить.

— Максим! — позвала она меня неожиданно тихим и робким голосом.

Я обернулся к ней.

— Ты не проводишь меня? — так же тихо спросила Тосико, опуская глаза.

Ее потупленный взгляд и нерешительно сцепленные пальцы придавали ей вид смущенной школьницы, хотя под плотно облегающей тканью платья просматривалось великолепное тело и гордая осанка молодой женщины. Я удивленно уставился на нее, совсем не узнавая этой, всегда холодноватой и чуть насмешливой Тосико, притягательной и неповторимой в своей «восточной» красоте. Она без труда могла выглядеть надменной и властной царицей древности, и в тоже время быть простой и доверчивой девушкой нашей эпохи. Но такой вот смущенной и робкой я не видел ее еще никогда. Похоже, она опять подшучивает надо мной? Или нет?.. Как же поступить?

Я недоверчиво покосился на нее. Она заметила мою нерешительность, гордо вскинула подбородок.

— Спешишь к ней?

Темный взгляд, брошенный на меня, выдал все ее мысли. И снова в ее глазах появилась насмешка. Мне стало обидно за себя и за Юли.

— Вэй! Прошу тебя, не иронизируй хотя бы на эту тему!

Тосико равнодушно пожала плечами, давая мне понять, что ее совершенно не волнуют мои поступки. Она развернулась на каблуках и стала быстро спускаться по боковой лестнице, а я остался стоять перед красочным витражом, пронизанным лучами солнца, в полной растерянности, глядя ей вслед.

Глава пятая Юли

Я вошел в огромный тенистый парк, в одну из широких аллей, приводивших к подножью пологого холма, склоны которого поросли раскидистыми кленами и липами. Сквозь густую листву проступало белоснежное многоярусное здание воспитательной школы, примостившееся на самой вершине холма. Длинные полосы окон верхних этажей сверкали на солнце громадными зеркалами. Задумчивые клены в аллее хранили покой и тишину наступающей осени. Следов ее еще не было видно, лишь изредка среди зелени крон проступали позолоченные листья, и казалось, что это солнечный свет отражается от них.

Я углубился в этот живой туннель и заметил впереди несколько тонких гибких фигурок девушек. Они только входили в аллею с яркого солнечного света, и ослепительное сияние делало их контуры призрачными и таинственными, словно это были сказочные феи, легко парящие над землей. Девушки шли мне навстречу, оживленно переговариваясь между собой и не замечая меня. Короткие, выше колен, платья их играли яркими красками легких тканей, сплетались замысловатыми узорами, ме-нявшимися при каждом движении. Им было лет по шестнадцать-семнадцать — совсем юный возраст в наше время. Это без труда угадывалось по той беспечной веселости, которая расцвечивала их лица, играла улыбками на губах, по застенчивой изящности их маленьких фигурок, по жизнерадостности, с какой они бодро шагали рука об руку по травяному ковру. Обнаженные руки и ноги их радовали глаз золотистым загаром, а их молодым телам, привыкшим к ежедневным прогулкам и спорту, могли позавидо-вать все богини Олимпа.

Я пригляделся, замедляя шаг, но Юли среди них не было. Когда я поравнялся с ними, они притихли, дружно приветствуя меня и в тоже время с любопытством разглядывая. В темных, как южная ночь, прозрачно-голубых, как родниковая вода и таинственно зеленых глазах девушек я увидел озорные искорки. «Святое небо! — подумал я. — А ведь какое прекрасное поколение придет вскоре нам на смену. Вот у этих совсем еще юных девочек когда-нибудь родятся такие же красивые дети, ведь Человечество год от года становится все совершеннее и прекраснее. Много веков назад, еще до Мирового Воссоединения, об этом можно было только мечтать, а сейчас человеческая красота стала совершенно обыденной и повседневной».

Девушки прошли мимо меня, и я, провожая их взглядом, порадовался за тех парней, которых они когда-нибудь полюбят… Впрочем, мне не за чем было завидовать им, ведь у меня была Юли, а такой девушки, как она, не сыщешь на целом свете. Как-то раз я сказал ей об этом, и она шутливо ответила мне: «Значит, ты очень хороший сыщик! Не понимаю, почему папа бывает тобой не доволен?» Но искать любовь — занятие бесполезное и неразумное. Могут пройти недели, месяцы, а то и годы томительных ожиданий, неясных предчувствий и неоправданных надежд, прежде чем судьба вынесет тебя на гребне счастливой удачи навстречу родному сердцу. И ни как иначе! А ведь такого может не случиться никогда! И тогда человек пускается в дальние странствия, устремляется к недоступным звездам, открывать новые миры, только бы заглушить в себе смутную тоску, заполнить пустоту в сердце. К счастью, все это прошло мимо меня, и я был рад, что случай подарил мне встречу с Юли!

Пологий подъем закончился, и я вышел на обширную лужайку перед зданием главного учебного корпуса. Удивительная атмосфера школьной жизни сразу же нахлынула на меня. Здесь были дети самых разных возрастов, начиная от пятилетних малышей и заканчивая будущими выпускниками — двадцатилетними юношами и девушками. Последние особенно заметно выделялись среди остальных своей нарочитой серьезностью и напускной солидностью. Но, то и дело кто-нибудь из них забывался, и от показной взрослости не оставалось и следа, — старшие носились с малышами по лужайкам, играя в забавные игры, весело смеялись, и беззаботно резвились, наравне с остальными детьми.

Самые маленькие воспитанники — от года до пяти лет — жили в отдельных «тихих» корпусах, располагавшихся вдоль системы сообщающихся озер, спрятанных в густой зелени сиреневых кустов и жасмина. Там подрастающие граждане Трудового Братства узнавали новый для них мир, учились комфортно жить в нем, впитывали доброту и заботу, отдаваемую им чуткими воспитателями и наставниками. Став взрослее, они перейдут в следующий цикл, охватывавший возрастной период от пяти до десяти лет, затем следующий пятилетний цикл и, наконец, последний период их жизни станет для каждого ступенькой перед стартом во взрослую жизнь.

Обширный школьный городок для детей третьего и четвертого циклов, с его жилыми корпусами, множеством игровых залов, фильмотеками, бассейнами, спортивными площадками и учебными зданиями начинался сразу за зданием главного учебного корпуса, и занимал обширную территорию, со своими парками, аллеями и оранжереями. В общем, это была самая обычная воспитательная школа, какие встретишь в любом уголке многоликой Земли.

Остановив двоих ребят лет семнадцати, я спросил у них, где сейчас находится учебная группа А-3-ЦВ (это была группа Юли). Ребята оказались весьма осведомленными во всех школьных делах и указали мне на лекционный зал третьего этажа. Там шел урок «Духовного наследия». Поблагодарив их, я вошел под матовый козырек входа. Несмотря на оживленное передвижение воспитанников по просторным коридорам и многочисленным лестницам, здесь стояла спокойная тишина. Если кто и переговаривался между собой, то только в полголоса, так, чтобы не мешать другим. Ведь в то время как у одних групп начинался отдых, у других шли учебные занятия. И хотя все лекционные залы и аудитории были звуконепроницаемыми, детей с детства приучали вести себя сдержанно, без особой надобности не повышая голоса. В других учебных корпусах, где учились дети помладше, шума было больше, но и там царил полный порядок. Непродолжительные занятия сменялись азартными играми, забавными и увлекательными состязаниями на спортивных площадках, дававшими выход бившей через край детской энергии. От такого чередования учебный процесс становился не утомительным и интересным. И, конечно же, кроме всего прочего, изо дня в день, из месяца в месяц шло незаметное, ненавязчивое и осторожное формирование личности молодых членов Трудового Братства — будущих бескомпромиссных и честных борцов за светлое будущее Человечества, за прорыв к звездам, за создание Единого Космического Братства Людей. Эту кропотливую и трудную работу выполняли воспитатели и наставники, в рядах которых были и умудренные жизненным опытом люди, и совсем еще молодые, сами вчерашние школьники, увидевшие свое призвание в работе с детьми.

30
{"b":"172181","o":1}