ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– А как же!

– Грядет полное акционирование. Как вы на это смотрите?

Собравшиеся дружно пожали плечами.

– А если вам предложат купить акции?

Реакция та же.

– Я уже одни купила, – подала насмешливый голос администраторша. – Нет такого обманутого вкладчика, которого нельзя было бы обмануть дважды.

– А если не обдурят? Если мы сами будем во всем участвовать? Если мы подпишем серьезные договоры, если обговорим все условия, если, черт побери, тоже станем хозяевами отеля? А?

Женщины смотрели на него все так же доверчиво, Ставцов понял, что даже еще более доверчиво. И что ж тут странного – им снова предлагают стать людьми. Не простыми исполнителями, а хозяевами.

– Вот знаете, социализм, капитализм – мне наплевать, как называется, – продолжил он горячо. – Да, думаю, и вам тоже. Только вот какая штука – мне надоело, не знаю, как вам, – что за меня все решает какой-то там неизвестный дядя или тетя. Вот честно, вы же думаете иногда: я это делаю, я убираю, мою, готовлю, принимаю людей, я каждую стеночку, каждую половицу в этом отеле знаю как родную, каждое полотенце через мои руки прошло, на мне вообще здесь все держится, а меня и за человека не считают – так, исполнитель. Да все мы так думаем. А тут нам предлагают – ну берите, возьмите все в свои руки. И мы еще раздумываем?

– На мою зарплату особо не акционируешь, – сказала горничная.

– Это же денег стоит, действительно, – подхватила администраторша.

– А если нам помогут? Беспроцентная ссуда, например.

Все дружно задумались.

– Это кто такой благодетель?

– Да Пайпс.

– Во! А ей это зачем? Она ж и так хозяйка.

– Нет, сударыни, она не хозяйка. Чеченцы – хозяева, банкиры – хозяева. И уж если выбирать, так я на стороне Пайпс.

– Это понятно, – согласилась администраторша.

– Как-то уж очень неожиданно…

У Ставцова было еще много слов, но он понял: уже достаточно. Не дуры же они, сами все поняли.

– Ладно. Думайте, – сказал Ставцов. – Только, сударушки, это пока между нами.

– Естественно… – чуть ли не хором заверили присутствующие.

– Ну ступайте, ступайте. По местам, – улыбнулся он.

– А мне что делать? – спросила гардеробщица.

– Как что? Работать. Я думаю, все уладится.

Проводив посетителей, менеджер с удовольствием глотнул холодного кофе.

Теперь проблема – звонить или не звонить? Нет, не жене. Мисс Пайпс. С одной стороны, вопрос о взыскании находился целиком в его компетенции. С другой – если эти Хлестаковы поднимут пыль, потом не прочихаешься. И он решил разыскать гомиков, или, если хотите, инкогнито, и поговорить. Он сам все решит. Раз уж сказал «а» – давай дальше по алфавиту.

Возле их номера с удивлением заметил смотрящую на него сверху камеру. Батюшки святы, а это еще зачем? Постучал. На его стук никто не откликнулся. Зато горничная, проходящая мимо, посоветовала ему искать постояльцев в оздоровительном комплексе.

Они еще и оздоравливаются!

Его встретила милая девушка. Ставцов отметил про себя, что девушка не накрашена, разве что губы подчеркнуты. Она тут же положила телефонную трубку – ошибка всех секретарей-референтов и младшего персонала вообще: никогда резко не обрывай разговор, не то любому станет ясно, что говорили на неслужебные темы.

Ставцов сделал вид, что не заметил мелкий проступок служащей:

– Прекрасно выглядите. Вот что значит молодость и вкус.

Он говорил на английском, чтобы заодно проверить еще одно профессиональное качество. Их знаний хватило, чтобы понять друг друга. Девушка покраснела, и это тоже понравилось Ставцову.

Лесть, как бы она ни была прямолинейна, не может не тронуть. Особенно женщину.

– Спасибо. Вы тоже выглядите на все сто.

– Честно говоря, я сам любитель поболтать в рабочее время, но как взглянешь на текущие дела, так и хочется расправиться с ними побыстрее.

– А вот и не угадали. Моя смена уже кончилась. Напарницу жду. И ни одного клиента.

– Что, и так с самого утра?

– Ну почему же. Были. Еще как были. Костю-банщика еле холодной водой отлили, так упарил, что сам упарился.

– Он же профессионал!,

– У нас все профессионалы. Хотите, маникюр сделаем? – Девушка заметила, как Ставцов по давнишней скверной привычке обкусил заусенец. – Для вас все услуги бесплатно.

Она показала Ставцову на цветную афишу с перечнем услуг. Ставцов бросил взгляд на девицу, лукаво подмигивающую со стереоизображения, и подумал, что и фотограф, и девица явно перестарались. Такая афиша больше подходила для стриптиз-клуба, чем для солидного отеля. Надо бы поговорить с менеджером по рекламе и дизайнером, подумал он.

И еще он подумал, когда уходил из комплекса: странно, когда ее приняли на работу? Почему он не в курсе? Лицо знакомое, а когда приняли, он не знал. Где же он мог ее видеть?

А видеть он ее мог неоднократно. Это была Света, девушка, мелькавшая каждый вечер в ресторане и барах отеля, основным занятием которой было предоставление интимных услуг постояльцам. Просто срочно вызвавший ее помощник массажиста не дал времени ни одеться соответственно, ни накраситься. Так что все красноречие и знание принципов делового общения с сотрудниками по Карнеги пропали даром. Ставцов делал комплименты и завуалированный выговор за телефонный разговор проститутке, которую принял за диспетчера.

Теперь, так и не найдя этих малахольных американцев, Ставцов поднимался к себе и все не мог понять, что смутило его в девушке. Да, красивая. Да, глаза не прячет. Он остановился на половине пути и понял – одета не по форме. А как по форме? Он просто не помнил, во что должны быть одеты служащие комплекса.

Глава 27

Это было невыносимо скучно. Так скучно, что Дусе хотелось выть. Но Дуся считала себя слишком солидной собакой, чтобы выть, как простая дворняга. Сначала было весело, когда они тут все ели и пили, а потом они ушли, и опять стало скучно. Спать Дуся не хотела, но тем не менее залезла на кровать и принялась кататься по ней.

Габриела ушла куда-то с Трифоном, оставив на столе недоеденную соленую капусту и недопитое вино. Капуста, кстати, пахла неплохо, правда, на вкус была совсем несъедобной. А вот если раскидать ее по номеру, то Дусе показалось, наверное, какой-то толк от капусты будет.

Это было очень весело – стащить блюдо на пол и катать его по всей комнате, подкидывая носом и толкая лапами. Дуся даже залаяла, когда оно спряталось от нее под шкафом и никак не хотело оттуда выцарапываться. Зато бутылка вина очень смешно гудела, катясь по ковру и оставляя за собой красный пахучий след.

Потом Дусю заинтересовала подушка – интересно, много в ней перьев? И решила проверить…

Но совершить это кощунство Дуся уже не успела. Да, не надо было так громко лаять. Теперь вот…

Сначала в дверь несколько раз постучали. Потом она тихонечко открылась и в номер заглянула Наташа.

– Собачка! – тихим голосом позвала она. – Собачка, ты почему так громко…

Голос ее оборвался на полуслове, а челюсть непроизвольно поползла вниз.

Весь ковер был усыпан квашеной капустой, огрызками от огурцов, помидорной кожурой и вдобавок полит вином, бутылка из-под которого валялась посреди комнаты. Из-за кровати на нее смотрела псина с бешеными от восторга глазами и вывалившимся наружу языком.

– Это ты сделала? – Первым желанием Наташи было достать из подсобки швабру и хорошенько проехаться по спине этого гадкого существа.

– Что же ты, дура такая, сделала? – Наташа никак не могла прийти в себя. – Мне же тут теперь часа три возиться. Сиди тут и не шевелись, а то все зубы повырываю!

А Дуся уже и не думала ничего делать. Потому что порядком запыхалась, пытаясь поймать скользкую бутылку зубами. А с подушкой разобраться время еще будет.

Через минуту Наташа вернулась, толкая перед собой целую тележку. А за ней шла еще одна горничная.

– Вот, это вы видели? Посмотрите только, что эта сука натворила. – Наташа поставила на пол огромный моющий пылесос.

29
{"b":"1724","o":1}