ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Ты должна была знать
Лувр делает Одесса
Целлюлит. Циничный оберег от главного врага женщин
Блокчейн от А до Я. Все о технологии десятилетия
Кровавые обещания
Самогипноз. Как раскрыть свой потенциал, используя скрытые возможности разума
Бессмертный
Сын лекаря. Переселение народов
Сплетение
A
A

– Как вы относитесь к своей популярности?..

– Нравится ли вам быть знаменитым?..

– Что вы думаете о своих поклонниках?..

Он уже ничего не думал, ему уже ничего не нравилось, он уже ни к чему никак не относился. Он просто хотел, чтоб его поставили ногами на пол…

Очнулся он уже у себя в номере, совсем голый. Сильно болела голова и укушенная кем-то ягодица.

– Что со мной случилось? – тихо спросил он у склонившегося над ним зеленоволосого негра.

– Ничего. Ты отрубился. Прибежала охрана и стала теснить твою публику на улицу. Тебя еле вырвали из этих лап.

– А почему я голый? И кто укусил меня за жопу?

– Твою одежду разорвали на сувениры. А укусил тебя какой-то мальчик, которому не хватило материи.

Рэбидж сел на постели, мутным взглядом обвел номер и тихо сказал:

– Это круто. Надо будет обязательно написать об этом песню…

Глава 35

– Занятный старикан, – говорил после ухода Пайпса Рэт.

– Побольше бы Штатам таких – и мы никогда бы не проиграли косоглазым. Заметил, как он держался в этой душегубке? – спросил Пэт.

– А может, он и в плену побывал.

– Кожа дубленая, точно.

– Только я не понял с этой бабой… У него с потенцией не в порядке и она его вылечила? – спросил Рэт.

– Правду говорят, до жирафа все доходит в последнюю очередь. И почему ты решил делать карьеру в гостиничном бизнесе, а не в «Чикаго булз»? Старик не хотел платить. Хотел по любви, – пояснил Пэт.

– А по мне, так он просто скряга.

– Просто знает, что хочет. Запиши в свою книжицу, что реклама отеля не соответствует действительности.

– Имеешь в виду девицу с афиши?

– И девицу тоже.

Рэт достал записную книжку и нацарапал в ней условный знак. Пэт заглянул ему через плечо и хмыкнул:

– Если ты умрешь в России, мне никогда в жизни не составить отчет по твоим закорючкам.

– Очень удобно. Эту систему я разработал как средство против лентяев. Сидишь на лекции, записываешь за профессором, потом какой-нибудь сынок придет и канючит: дай списать. Пожалуйста, бери, все равно ничего не поймешь… Ненавижу сынков.

Рэт демонстративно передернул плечами.

– А я бы брал выпивкой, – мечтательно протянул Пэт.

– Тогда едва ли после универа попал в Ассоциацию.

– Много она тебе дала?

– А Россия? Когда бы ты мог сюда приехать?

– Брось. Мы попали сюда не потому, что сами захотели, а потому, что из отдела контроля все в штаны наложили. Россия – не Гавайи.

Пэт протянул коллеге косметичку:

– Забываешь, подружка…

– Боже, как мне все надоело. Вся твоя гомосексуальная затея настолько нелепа, слов нет. Не представляю, кого мы можем этим обмануть? Я на пятнадцать дюймов выше тебя. Видел когда-нибудь такую нелепую пару? Она выше его… Абсурд.

– Разве тебе никогда не приходило в голову: чем нелепее ложь, тем больше охотников в нее верить. Это аксиома, подружка. Местные всегда считают приезжих придурками. Они просто хотят, жаждут найти этому подтверждение. А мы им и являемся. Знаешь, международный стандарт – это не пустой звук. Посмотрим, в самом ли деле в этом отеле соблюдается политкорректность. Кроме того, плохое дерево в сучок растет. Так что все правильно, подружка.

– Это ты-то в сучок? В массажном кабинете я этого как-то не заметил.

Не надо было Рэту так говорить. Все маленькие люди крайне чувствительны, когда речь заходит об их мужских достоинствах. Пэт побагровел и, встав, вытянулся во весь свой возможный рост и даже чуть привстал на цыпочки.

– Что ты сказал? Повтори.

– Я ничего особенного не сказал.

Это еще больше взбесило коротышку. И он вдруг залепил такую затрещину Рэту, что тот отлетел в угол комнаты отдыха и повалился на палас.

Неизвестно, чем закончился бы этот поединок, но в дверь ворвались два массажиста. Один кинулся помогать и приводить в чувство Рэта, а другой встал стеной перед Пэтом.

– А ну, господа-товарищи-дамы, брэк. Можете бить друг дружку по морде у себя в номере, если так хочется. У нас лечебно-оздоровительный комплекс, а не ринг и не публичный дом! У нас отель!

Едва ли Пэт понял хоть что-то из сказанного русским массажистом, но по общему тону догадался, что скандал неминуемо выйдет за рамки стен комнаты отдыха и последствия его будут ужасны для обеих сторон.

Рэт вообще физически еще не был готов что-либо воспринимать.

С помощью массажистов, а главное – подгоняемые страхом, американцы постарались одеться как можно быстрее. Быстрее не значит аккуратнее. Вот потому-то и получилось, что, выйдя в коридор отеля, они были застегнуты не на те пуговицы. Перепутаны были также и части туалета. Во всяком случае, майка на Рэте смотрелась как топик, поскольку раньше принадлежала Пэту.

– Во девки дают! – сказал ассистент своему боссу.

– Я минут десять в щель наблюдал… Много на свете видел, но чтобы педы подрались, никогда…

– Так это американские педы. Что ж ты хочешь. Пойдем пивка попьем.

– Правильно мыслишь, дорогая…

И невдомек было двум мужикам из российской глубинки, как крепко они ошибались. Ни долговязый Рэт, ни коротышка Пэт никогда не состояли в любовных отношениях. Оба работали в учреждении с длинным названием и функциями гораздо более серьезными, чем наш Союз защиты прав потребителей. Но поскольку в означенное время все в отделе контроля скоропостижно заболели, ушли в отпуск или нашли предлог отказаться от поездки в Россию, выбор пал на двух сотрудников с экономическим и юридическим образованием, которые еще не успели обрести чувство самосохранения. И хотя они были из другого отдела, обоих отправили инкогнито в Россию инспектировать совместные предприятия. Легенду придумали они сами. Вернее, ее придумал Пэт и по праву первооткрывателя взял на себя почетную роль «мужчины».

Теперь они шли по коридору. Оба кипели возмущением, но, как люди долга, они ничего не показывали окружающим. Впрочем, из окружающих им навстречу попалась только горничная Наташа, эффектная брюнетка-вамп, инструктирующая свою коллегу, небольшого роста девушку, которая, будь дело в театре, от поступления и до смерти могла бы играть только роли травести. Инструктаж проходил на английском, и потому оба контролера уловили суть. Девушке предстояло пойти в один из номеров и провести уборку, поменять постельное белье. Обычная во всех отелях операция, но почему-то советы, которые давала Наташа, вызвали тревогу у обоих проверяющих. Особенно когда старшая и опытная вручила травести свой сотовый телефон и та положила его в карман передника. Предварительно Наташа набрала на нем определенный номер без последней цифры. Травести в случае чего должна была нажать всего одну кнопку, и тогда телефон в служебной комнате зазвонит, возвещая тревогу.

Пэт и Рэт присели в ближайшем холле, откуда была видна часть коридора и дверь номера, в который с такими устрашающими приготовлениями собиралась войти девушка-травести.

Они видели, как она постучалась и ей открыли. Ни Пэт, ни Рэт не имели ни малейшего представления, кто жил в номере и почему ради смены белья надо было прибегать к подобным ухищрениям.

Это был один из тех номеров, который занимали соотечественники Ахмата Калтоева.

– Махмат, смотри, кто к нам пришел… – сказал в глубь номера открывший.

Он стоял так, что даже миниатюрной девушке было невозможно войти, не коснувшись стоящего в двери.

– Разрешите пройти. Мне необходимо поменять постельное белье. Впрочем, можно сделать это в любое другое время, – сказала горничная, стараясь не смотреть на постояльца.

Собственно, никто толком и не знал, кто является хозяином номера, так как в нем постоянно менялись люди.

– Махмат, нам хотят поменять белье, – чуть, но недостаточно для того, чтобы свободно пройти, посторонился открывший.

В дверях показался Махмат.

– Надо же, а мы заказывали шампанского, – удивился он. – Все-таки сервис, да? Сначала меняют кровать.

Горничная, не обращая внимания на царивший в номере беспорядок, сняла с кровати смятое покрывало. Видимо, здесь и возлежал до ее появления Махмат.

40
{"b":"1724","o":1}