ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда носилки появились на платформе, трое или четверо пассажиров, увидав их в окно, выскочили из вагона, чтобы помочь тащить. Вчетвером носилки с трудом занесли в вагон. Бережно, чтобы не причинить вреда спящему больному, его перенесли с носилок на специально занятое сиденье. Под голову ему подсунули надувную подушку. Шерстяное одеяло всё так же прикрывало его до носа.

Пришёл главный кондуктор. Оглядел больного:

— До Гифу дотянет?

— Дотянет, — ответил ему мужчина средних лет, представившийся настоятелем храма Синъэндзи. — Ему стало легче, вот он и заснул. Вы уж извините за беспокойство. Мы тут как-нибудь поухаживаем за ним.

— Да уж смотрите, — сказал кондуктор и торопливо ушёл.

Другие пассажиры поначалу глаз не могли оторвать от этой компании с больным, но когда поезд тронулся, занялись каждый своим делом.

В назначенное время, двадцать восьмого апреля, в три часа сорок минут пополудни, точно по расписанию, экспресс «Западное море», в вагоне которого лежал больной, миновал станцию в префектуре Сидзуока. Это как раз был тот час, когда автомобиль с Хакидзаки Тацуо и Тамура мчался в район Готанда, направляясь к дому стюардессы Танака Митико.

3

С проспекта, вдоль которого в Нихон-Эноки ходил местный трамвай, машина въехала в квартальчик, состоящий из узких переулков. Водитель лавировал по ним в поисках нужного номера дома. Наконец он остановился на углу возле питейной лавки.

— Где-то здесь. — Водитель навёл справки в кабачке и, вернувшись, открыл дверь.

Дом Танака Митико оказался третий от угла. Из-за чёрного забора выглядывал декоративный кустарник.

Когда Тамура предъявил визитную карточку журналиста из газеты, родители девушки, встретившие их, слегка всполошились:

— Что-то случилось?

— Нет, ничего. Я только хотел немного порасспросить Митико-сан о пассажирах, летевших в самолёте. Она дома?

— Да. Будьте добры, проходите.

— Нет, давайте прямо здесь. Она ведь отдыхает.

Тамура и Тацуо присели в узкой прихожей.

Вошла Танака Митико. У неё была короткая стрижка, и выглядела она года на двадцать три — двадцать четыре. На лице — заученная улыбка стюардессы.

— Меня зовут Танака Митико, — бойко произнесла она.

— Извините, что потревожили вас. — Тамура поправил очки и торопливо раскрыл записную книжку. — Вы ведь летали вчера последним рейсом в Нагоя?

— Да, я обслуживала этот рейс.

— Хочу вас спросить о пассажирах этого рейса.

— Хорошо.

— Не помните ли вы этих двоих?

В записной книжке были подчёркнуты красным фамилии Такахаси Кэйити и Маэда Канэо.

Танака Митико мельком поглядела на них большими глазами, но взгляд её остался безучастным.

— Может, они и летели этим рейсом, но я ведь не имею понятия о том, кто мои пассажиры. Так что ничего не могу сказать.

— Как же это? — Тамура от удивления широко раскрыл глаза. — Разве вы не сличаете в самолёте билеты?

— Нет, я этого не делаю, — с улыбкой ответила Митико. — У меня есть копия списка пассажиров, где значатся их имена. Но я не сличаю по списку, кто есть кто. Я только подсчитываю общее число пассажиров.

— Ах вот оно что.

Тамура был разочарован.

— Но вам в самолёте достаточно приходится общаться с пассажирами?

— Да. Я ведь обслуживаю их. Раздаю конфетки, разношу чай.

— Не обратили ли вы внимание на странное поведение какого-нибудь мужчины?

Митико задумалась.

— Ну-у…

— Попробуйте вспомнить. Это ведь было только вчера. Может, что-то вспомнится, — подсказывал Тамура. Ему отчаянно хотелось получить от стюардессы хоть какую-нибудь зацепку.

— Нет, ничего особенного не осталось в памяти, — ответила Митико, поразмыслив.

«Нельзя на этом успокоиться, надо её ещё порасспрашивать», — подумал Тацуо.

— Этот пассажир — мужчина лет тридцати. Таких там было несколько человек.

— Да, верно. — Танака Митико подняла на него свои большие глаза: — А какое у него было лицо?

— Продолговатое. Объяснить трудно, так как особых примет у него нет. В общем, некрасивое. Очки обычно не носит, но мог и надеть.

— А какая одежда?

— Ну, этого я не знаю.

Митико подпёрла щёку рукой и задумалась. Мужчина лет тридцати. Она, видимо, старалась вспомнить, где он сидел.

— А какая у него профессия? — задала Митико встречный вопрос Она, очевидно, привыкла, глядя на пассажиров, определять, кто они по профессии.

— Что-то вроде бармена в ресторане, — сказал Тацуо.

Митико снова задумчиво склонила голову. Она явно была девушка рассудительная.

— Может, кто-то излишне суетился и нервничал? — добавил Тацуо.

— Он сделал что-то нехорошее? — спросила Митико.

— Да, что-то в этом роде. По правде говоря… — Тацуо не мог открыть девушке, что речь идёт об убийстве. — Этот человек замешан в одном преступлении.

Только теперь Митико, очевидно, поняла, почему к ней пожаловал корреспондент газеты.

— Не знаю, был ли он неспокоен, — начала Митико, — но этот человек очень интересовался, успеет ли он на поезд. Ему как раз было лет тридцать.

Тацуо и Тамура невольно насторожились и посмотрели на Митико.

— Успеет ли на поезд?

— Да. Он сказал, что хочет сесть на поезд, выходящий из Нагоя в десять десять. Самолёт прибывает в аэропорт Комаки в половине десятого, и он непрерывно спрашивал, не опоздаем ли мы. Ему надо было ещё тридцать минут добираться на автобусе, вот он и бормотал: «Эх, хорошо бы успеть!»

— А куда идёт этот поезд со станции Нагоя?

— Этого он не сказал, так что я не знаю.

— Он отправляется из Нагоя в десять десять? — уточнил Тацуо.

Зная время отправления, можно было справиться в расписании. — А кроме этого вы ничего не заметили?

— Нет, больше ничего не вспомнить.

Они поблагодарили девушку и встали. Танака Митико проводила их до ворот. У неё была стройная фигурка, и можно было представить, как идёт ей форма стюардессы.

— К сожалению, все мои вчерашние и сегодняшние разыскания по списку пассажиров пошли прахом, — сказал Тамура с горькой усмешкой, садясь в машину.

— Ну что ты, это пригодится, — утешил его Тацуо. — Хотя бы одно то обстоятельство, что обнаружены пассажиры с вымышленными именами.

— Но отыскать их я не смог!

— Так теперь сможешь. Слушай, давай-ка остановимся перед каким-нибудь книжным магазином.

— Ну, давай.

Минут через пять они заметили, что проезжают мимо книжного магазина, остановили машину, и Тамура побежал покупать расписание поездов.

— Так, значит, Нагоя… — Тамура тут же принялся листать его.

— Главная ветка линии Токайдо. Отправление со станции Нагоя в двадцать два часа пять минут. Обычный поезд, следует из Токио. Может, это он. Разница с указанным временем всего пять минут. А вот поезд, идущий в Токио. Отправление в двадцать два часа тридцать пять минут. Это совсем не то.

Тамура принялся листать дальше.

— Линия Кансай. Поезд, следующий до Канэяма, отправление в двадцать два часа ровно. Это тоже сомнительно, всё-таки на десять минут раньше. Так, остаётся ещё линия Тюосэн.

Тамура торопливо стал искать нужную страницу.

— Так, так… Нагоя, Нагоя… — водил он пальцем по расписанию и вдруг толкнул Тацуо коленом: — Слушай, есть! Вот смотри. — Он показал нужную строчку пальцем с траурной каймой под ногтем и сунул набранное мелким шрифтом расписание Тацуо под нос. — Двадцать два десять. Обычный поезд.

Тацуо впился глазами в строчку расписания, а Тамура сопел у него над ухом. Тацуо кивнул:

— В самом деле. Может, действительно линия Тюосэн? — пробормотал он.

— Но поезд какой-то странный. Он следует до станции под названием Мидзунами.

— Так, так. А может, этот человек сошёл где-то по пути.

Тамура пересчитал станции от Нагоя до конечного пункта Мидзунами.

— Основных станций семь. Возможно, он и сошёл на какой-то из них, — сказал он.

27
{"b":"174869","o":1}