ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я не собираюсь здесь оставаться! — заорал Дэфин и, сорвавшись с места, побежал. Теперь он желал лишь одного: оказаться подальше от этой деревни, в которую заманил Черных Охотников Имиронг.

— Райгар, где ты? — горестно прошептал Берхартер и помчался следом: ему не больше Дэфина хотелось здесь оставаться. Охотник даже не смог удивиться внезапному осознанию одной странной вещи: хоть монах Лумиан и вернул себе добрую половину себя самого, но поступки у них были одни на двоих. Два существа продолжали делать одно дело. Берхартер выполнял заложенный в него создателем приказ, а Лумиан лишь был верен своему богу. Безумному и Незабвенному.

Они бежали из деревни не оглядываясь и не останавливаясь, благо выносливостью Райгаровы твари обладали нечеловеческой, равно как и силой. Охотники бежали, а вдогонку им несся веселый смех Имиронга, который все не смолкал.

Это была самая настоящая паника. Раньше Берхартер даже не думал, что может поддаться ей, но последние события изменили все в его жизни. А может, этот испуг принадлежал Лумиану? Девятый Охотник не в силах был ответить на этот вопрос, однако временами ему казалось, что монах полностью вытесняет его. Лишь очень больших усилий стоило Берхартеру удерживаться и сохранять собственный разум. Девятому Охотнику вновь стало страшно. Страх посетил его лишь второй раз за всю его недолгую жизнь: в первый раз это было прошлой ночью.

Охотники бежали все по той же дороге, даже не думая сворачивать, это просто не пришло никому в голову. Утрата лошадей угнетала, приходилось полагаться только на свои ноги. Хотелось есть, но еды не было. Только вот голод можно было перетерпеть, а унижение, которому подверглись Черные Охотники, не позабыть.

Никто не знал, что теперь делать. Точнее сказать, об этом никто и не думал. Охотникам хотелось оказаться подальше от деревни, превратившейся в ловушку: это было единственным их желанием.

Ночевать расположились прямо возле дороги, всего в нескольких шагах от обочины. Было прохладно, облака заволокли небо, но дождь, к счастью, не шел. Завернувшись в плащи. Охотники улеглись на землю. Никто не разговаривал, предпочитая обдумать случившееся в одиночестве. Девятый Охотник закрыл глаза и тотчас вспомнил о заветном камне — частице Шара. Пока что Дар Богов был в безопасности: те, кто искал его помимо Райгаровых тварей, были также далеки от него. Охотники еще могли успеть опередить всех и завладеть осколком Шара, если только им никто больше не помешает. Но Берхартер не верил в это, как не верил и Лумиан. Поставленная перед Охотниками задача теперь казалась невероятно трудновыполнимой.

— Незабвенный велик, он поможет, — пробормотал Берхартер, вторя мыслям Лумиана. Необычно и странно ощущать себя как двух совершенно разных людей и в то же время знать, что все это — ты сам. Девятый Охотник даже терялся: иногда он не мог различить, какая из мыслей принадлежит ему, а какая — монаху. Сам того не заметив, Берхартер уснул.

В этот раз он спал без сновидений. Впервые с того момента, как он стал Охотником. Возможно, виной тому был Лумиан, наконец обретший некое подобие покоя. Проснулся Берхартер лишь утром, разбуженный Энеросом. Без суеты собравшись и кое-как отряхнув испачканный грязью плащ, Охотник, постояв немного у дороги, двинулся следом за опередившими его тварями. Ноги повиновались нехотя. Возможно, потому, что подсознательно Берхартер знал, каков будет итог сегодняшнего пути.

* * *

Так минуло почти два месяца. Поздняя осень успела смениться настоящей зимой. Толстый слой снега скрыл землю, превратив разноцветие пейзажа в унылую серо-белую картину. Не менялось лишь одно: покидая деревню. Охотники рано или поздно вновь возвращались обратно. Выхода из сложившейся ситуации, казалось, не было. С завидной регулярностью Райгаровы твари предпринимали попытки вырваться из ловушки: они пытались вернуться назад, обойти деревню стороной, но ничто не принесло результатов — на пути у Охотников вновь и вновь возникала все та же деревня.

Имиронга им удалось увидеть еще трижды. Когда Дэфин выходил из себя и начинал буйствовать, сокрушая все вокруг, оставшиеся в живых крестьяне, подвластные богу огня, вновь пытались напасть на Охотников. Ощутимых плодов это не приносило, но все же тварям Незабвенного пришлось пережить немало неприятных минут. В такие моменты незамедлительно появляющийся Имиронг уже не требовал от крестьян убить Охотников. Он безмолвно наблюдал за происходящим, не обращая внимания на проклятия тварей и их призывы к Незабвенному.

Впрочем, выдавались и спокойные дни. Устав от попыток продвинуться дальше в поисках камня, Черные Охотники изредка задерживались в деревеньке на несколько суток. Энерос первым обратил внимание на то, что если не досаждать крестьянам при встрече, нападения с их стороны можно не ждать. Однако Дэфина это мало утешало. Берхартер замечал, что с каждым днем тот дичает все больше и больше, а припадки ярости становятся все безумнее. С Охотником уже справлялись с большим трудом, Дэфин все сильнее пугал Берхартера, и слова Девятого Охотника перестали вразумлять его должным образом. Для себя Берхартер решил, что, если все зайдет слишком далеко, Дэфина придется убить. И не важно, что скажет на это Райгар. Пусть даже бог будет в гневе, но зато удастся вздохнуть спокойно. Лумиану, правда, мысль эта пришлась не по душе, но он не знал, что можно противопоставить трезвому расчету Берхартера, и вынужден был смириться.

— Вы как знаете, а я не собираюсь никуда идти, — признался однажды Энерос. — Все равно в этом нет никакого проку: нам не выбраться из этой деревни.

Берхартер и сам уже начал подумывать об этом. Но отказаться от попыток уйти из поселения означало признать поражение и не выполнить приказ Райгара. Поиски Пламенеющего Шара — это единственное, для чего Незабвенный создал своих тварей, и Охотники не могли подвести Хозяина. В охоте за осколком был весь смысл их существования.

— Нет, я точно никуда не собираюсь, — вновь повторил Энерос. — Если мы понадобимся Райгару, он рано или поздно отыщет нас, а до того момента я не двинусь с места. Проку от наших мытарств — ноль, так стоит ли напрягаться?

— Лично я здесь не останусь, — почти выкрикнул Дэфин, вскакивая из-за стола. — Выход обязательно должен быть, и, кроме того, я хочу доказать Имиронгу, что твари Незабвенного кое на что способны.

— На что? — В голосе Энероса появились отсутствовавшие ранее горестные нотки. — На глупое и безрезультатное плутание по округе, итоги которого известны заранее?

Берхартер разрывался надвое. С одной стороны, он понимал, чем руководствуется Энерос, но с другой — Девятый Охотник не мог не поддержать Дэфина, несмотря ни на что остающегося верным своему богу. А вот Лумиан отчего-то безмолвствовал, предоставляя Берхартеру самому решить, к кому присоединиться.

Только выбрать Девятый Охотник так и не успел. Он медленно переводил взгляд с Дэфина на Энероса и обратно. Те напряженно молчали, ожидая, каково будет решение Берхартера. Каждый из них, похоже, рассчитывал, что Девятый Охотник встанет на его сторону. Дэфин и Энерос пока еще признавали главенство за Берхартером, а посему его выбор решал очень многое. Но и в том, и в другом случае раскол в их маленьком отряде казался неизбежным. Кому бы ни отдал предпочтение Берхартер, другой все равно продолжал бы стоять на своем.

Но тут в груди Берхартера приятно заныло, словно сердца коснулась жесткая и в то же время теплая рука. Судя по изменившимся лицам остальных Охотников, они почувствовали то же самое. Дэфин первым сорвался с места и ринулся наружу, отшвырнув со своего пути так некстати подвернувшуюся под руку хозяйку дома, в котором остановились твари на этот раз.

— Хозяин!!! — громовой вопль Дэфина разносился далеко окрест. — Незабвенный! Будь славен, Райгар!

Оказавшись снаружи. Черные Охотники окунулись в тишину. Столь полного безмолвия им ощущать не приходилось еще никогда. Не дул ветер, не шуршал под ногами примятый снег, не лаяли собаки, весьма чутко реагирующие на присутствие в деревне Охотников. Не слышалось и людских голосов — селение словно полностью вымерло. И только в конце улицы виднелись две далекие фигуры. Выбежав со двора. Охотники замерли: их отделяли от пришедшего на зов Незабвенного всего полсотни шагов, но ни одна из тварей не могла сдвинуться с места. Первым опустился на колени Берхартер, а следом за ним упали в снег Дэфин и Энерос, выражая тем самым глубочайшее почтение Райгару. Но, даже стоя на коленях. Охотники не могли оторвать преданных взоров от стоящего перед ними бога.

89
{"b":"1752","o":1}