ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

III. Лагуна Лахо

Стервятник над сосновым лесом
Парит, высматривая жертву.
За фордом пыль волной белесой.
Летим, как вихрь, навстречу ветру.
К орлам в объятия — в скалы! В кручи!
А вспышки солнца, как зарницы…
Застывшей лавы вал могучий
Минувшее рисует в лицах…
Исчезли даже кипарисы…
Потоки бесконечной лавы…
Но снизу потянуло бризом:
Прозрачное явилось — Лахо.
Лагуна Лахо и Антуко[6] —
Вулкан с серебряной вершиной.
Стрелою пущенной из лука —
Вдаль вьется путь на Аргентину.
1957

Перевал в Вальпарайзо

Беспредельны, как зыбь океана,
Белоснежны от края до края,
Предо мной разметались туманы,
Как гравюры Мильтонова Рая.
Горизонт окаймляют вершины,
Выступающие островами,
И несется в пространство машина,
Окруженная явью, как снами…
Вижу зелень — все будто весною.
И сжимается сердце от боли:
Мысль о Родине вечно со мною,
На Чужбине живешь, как в неволе…
Так о птицах, посаженных в клетки,
И о тех, кто звенит кандалами,
Распевают славяне нередко
Завывающими голосами…
1956

Летопись

Наитягчайшее — врачует время.
Печальное — туманит отдаленье.
Но, вдруг, очнешься, вложишь ногу в стремя
И — вдаль несет тебя сердцебиенье…
Толпа и город глушат чувства эти.
Кладешь свой труд в протянутые руки…
И дни идут, затягивая сети,
И нет себя, — и нет тоски и муки…
Вы говорите — я люблю «толпиться»…
Ну, коль, хотите — думайте, пожалуй…
О том, что грезится и только снится
Всего охотней расскажу я скалам.
Когда шумит река и я над нею
И солнце южное слепит и греет,
А дали бесконечно зеленеют…
Я уношусь в любимую Корею…
Я там жила одна — десятилетья…
Пройдет сезон наездов и охоты —
И канешь ты в своей прекрасной Лете,
Где ждет тебя твой лучший друг — Природа…
Стояла фанза там в горах над речкой.
Жила, как в сказке я, — неповторимо…
Ту боль мою и время не излечит.
Оно пройдет околицей и мимо.
Ведь не замолкла и сейчас ТА речка?
Остались ли развалины от дома?
Об этом не имею и словечка…
Разбито прошлое мгновенным громом.
И разбросало вновь нас всех по свету.
И редко глаз на глаз одна с Природой
Я снова повторяю сказку эту
И чувствую на краткий миг свободу…
Чтоб боль убить — приходится «толпиться»:
Давая — о себе ты забываешь.
И прошлое все реже снится.
И летопись свою ты не листаешь.
Шагри-Ла, 3 февраля 1959

Волны

Море, как расплавленное олово,
Пышет жаром и сверкает ослепительно
Ветер рвет и волосы и голову,
И швыряет нас то вверх, то вниз стремительно.
Иногда маяк мелькнет заброшенный;
Изредка корабль привидится на траверсе;
Чаще мы одни, как гость непрошенный,
Но, по-видимому, морю все же нравимся…
Тайный груз везем мы частным образом,
Как всегда, как все: надежды эмигрантские…
Но волна поет все тем же голосом:
Ведь волна же вовсе не американская…
Волны — это странницы извечные.
Их истории — сплошные путешествия…
У людей есть станции конечные
И обещано им Новое Пришествие.
1961. По дороге из Южной Америки в США

«Без искания Земли Другой…»

Расцветают купами гортензий
Пышные густые облака…
Мачты корабельные, как вензель,
Как иероглифы издалека.
Лучезарно-теплое дыханье.
Козерог и Рак обняли нас.
И хотя наш путь опять скитанье,
Но оно похоже на Парнас…
Беспечально-далеки, как боги,
Мы от грешной суеты земли,
Не подводим горькие итоги:
Мы на корабле, как корабли…
Дух плывет себе, качая тело,
И бездумье светлое царит…
О тяжелом думать надоело,
А иное вряд ли предстоит!..
Там простерла Статуя Свободы
Факел свой на Новом Берегу —
Там — частицы всех земных народов
Ту свободу свято берегут.
Мы внесем и нашу лепту тоже.
Дал бы Бог нам маленький покой:
Век дожить спокойно-бестревожно,
Без искания Земли Другой…
Океан, 1961

Синьцзин (бывший Чань-Чунь)

Новая столица Маньчжу-Ди-Го

Он с Западом слил устремленья Востока.
Повсюду мы видим его образцы:
Как пагоды, башни взлетели высоко,
А снизу колонны скрепляют дворцы.
Колонны — модерн, но вершины все те же:
Экзотика в ярких цветах черепиц.
Здесь все гармонично и взора не режет
Решение стилей в пределах границ.
Рожденный мгновенно, как будто из праха,
Уже характерен Великий Синьцзин —
В нем есть выраженье большого размаха,
Не сходен с ним город теперь ни один.
Флоренция с ним на одной параллели…
Быть может, поэтому в воздухе утр,
Всегда доминирует тон акварели,
А в небе нежнейший морской перламутр…
А в нем вездесущи — охрана и око.
Моторы взрезают имперский эфир.
Беснуется Запад… Но здесь на Востоке
Покой, тишина… Новый строится мир!
1940
вернуться

6

Название вулкана.

8
{"b":"175393","o":1}