ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Благодать божия

Без насилия над собой, с кротостью предайся в руки Божии

Отец Порфирий рассказывал:

«Однажды летом, когда я еще служил в Афинах, один мой друг, зубной врач, вместе со своей женой предложили мне съездить с ними на Патмос, где был в ссылке апостол Иоанн Богослов. Мы спустились к пещере Апокалипсиса, подошли к месту, где во время откровения треснула скала, к выемке в стене, куда апостол опирался, когда поднимался…

Ты знаешь, эти места освятились. Они передают святость и радость.

Я скоро почувствовал, что мое сердце как бы открывается, и поспешил выйти из пещеры, потому что там были и другие люди. После полудня, желая снова прикоснуться к благодати, разливающейся на святом месте, я предложил снова сходить к пещере.

— Преклоните головы, сидите спокойно и молитесь. Не поднимайтесь и не удивляйтесь, что бы ни случилось, — сказал я своим спутникам.

Я тоже склонился к земле и молился. Но благодать, как это было утром, не приходила. Поднявшись, я покадил в алтаре и храме, вернулся на свое место, и тут мое сердце открылось. Я распростер руки и оставался в таком положении довольно долго. Моя душа насытилась. Только один человек спустился в это время в пещеру и, наверное, видел меня, точно не знаю. Мо–БЛАГОДАТЬ БОЖИЯ

жет быть, это был седмичный священник. Он скоро ушел.

Мы поднялись и молча вышли из пещеры. Весь вечер мы провели в молчании. Я поел совсем немного, чтобы только их не обидеть. Они меня ни о чем не спрашивали.

Об этом не стоило бы говорить, потому что это непередаваемо и необъяснимо.

Но как это произошло? Я ни к чему себя не принуждал, не спешил. Встал, покадил, и благодать пришла сама, когда пожелала.

И ты так же делай. Воспари умом ввысь: «Господи, Иисусе Христе…»

Без насилия над собой, с кротостью предайся в руки Божии, и Он придет и умилостивится над твоей душой».

Хилиасты (свидетели Иеговы)

Так хилиазм не победишь

Мы с другом на машине отправились на работу, в монастырь. Вместе с нами поехал и отец Порфирий.

По дороге я обратил его внимание на то, что мы проезжаем мимо нескольких построек, принадлежащих иеговистам. Меня охватили скорбь и негодование, когда я подумал о той растлевающей души работе, которую ведут эти еретики. Вместо того чтобы каяться в своих грехах, они стараются поколебать веру во Христа у людей, за которых Христос умер [168] и воскрес. Старец молчал. Я подумал про себя: «О чем, интересно, задумался Геронда? Почему он ничего не говорит, видя этих людей и зная о их разрушительной деятельности?» Отец Порфирий тут же ответил на мои мысли. «Ох уж эти несчастные лжесвидетели Иеговы! — сказал он. — Бог да помилует их! Одни христиане гневаются на них, другие ссорятся с ними, ругают их, третьи тащат в суд. Но с ними не так нужно бороться. Знаете, когда мы их победим? Когда сами станем святыми».

Деньги, материальные блага

Мы лишь распорядители земных благ

Отец Порфирий проникал в самую сущность человека, вещей, событий. Внешний блеск и богатство человека никак на него не действовали. Однажды он сказал мне: «Ты знаешь, что кто‑то может иметь здесь дворец и пойти в рай или в ад? Будем ли мы в раю или в аду, зависит не от того, мало или много у нас денег, но от того, как мы этими деньгами распоряжаемся. Деньги, дома, все наше материальное благосостояние — не наше, все это Божие. Мы лишь распорядители. Следует помнить, что Бог потребует с нас отчет за каждую драхму, употребили мы ее согласно Его воле или же нет».

Защищай свой дом и участок

Старец говорил моему другу: «Я знаю, что это очень хлопотно — ходить по судам и отстаивать свое право на владение домом и участком, но что делать? Если махнуть на это рукой, то другие присвоят их себе. А это еще хуже, и для тебя, и для них. Поэтому будь с такими людьми очень строг». Отец Порфирий сказал так, зная уступчивость в характере моего друга, который только отчасти следовал его советам, почему и не мог совершенно избежать несправедливостей по отношению к себе.

В Православии все находится в равновесии

Помню, однажды, когда Старец какое‑то время жил в одной деревушке на Эвбее [169], он говорил людям: «Сажайте яблони, персики, абрикосы». Объяснял и как надо сажать. Некоторые ему возражали: «Зачем ты в это вмешиваешься? Ты священник, занимайся церковными вопросами». На что он отвечал: «Но ведь и это относится к церковным вопросам. Почему? Потому что если ты не будешь сажать абрикосы или персики, а твой сосед посадит, то ты будешь виновником того, что твой ребенок станет вором».

Отец Порфирий говорил: «Существует некоторая зависимость между мирскими и духовными делами, и это в духе Православия. В Православии нет места монофизитству[170]·. Монофизитство — это ересь. Что мы в данном случае имеем в виду, когда говорим «монофизитство»? Когда кто‑либо занимается только лишь тем, что связано с небесным, Божественным, духовным. В Православии все находится в равновесии, подобно тому как во Христе соединены совершенная человеческая природа и совершенная Божественная природа, которые пребывают в гармонии. Богочеловеческая природа Христа. Монофизитству у нас нет места.

Поэтому, как вы знаете, в Православии есть молитвы на закладку дома, на освящение рыболовных сетей, на копание колодца, на посадку виноградника, на выгон скота и т. д. То есть у нас есть Дух, Который удерживает в равновесии небесное и земное».

Так мы собрали начальный капитал

Летним утром я приехал навестить отца Порфирия, который тогда жил в домике на колесах на недавно купленном прекрасном участке, окруженном сосновым лесом. Осматривая место, я размышлял о том, кто же пожертвовал Старцу этот участок. Когда я поднялся в домик, отец Порфирий спросил меня: «Видел, какой у нас замечательный участок для монастыря? Он куплен на мои сбережения». С недоумением я посмотрел на Старца и про себя подумал: «Какие сбережения могут быть у заштатного священника, который к тому же кроме себя содержит еще свою сестру и племянницу?» После небольшой паузы отец Порфирий сказал: «Ты, наверное, хочешь спросить, откуда у меня деньги? Еще давно я купил вязальную машину и работал на ней». И снова у меня промелькнул помысел недоверия: «Да сколько там можно заработать на вязальной машине?» Старец тут же ответил на мои мысли: «Мы работали, скажу я тебе, много работали. Понимаешь? Мы брали подряды на вязаные вещи и с утра до вечера в течение многих лет работали на этой вязальной машине, я, моя сестра и племянница. Так мы смогли заработать начальный капитал, достаточный, чтобы купить этот участок под монастырь». Я был поражен трудолюбием и бережливостью отца Порфирия и его родственников.

Византийское пение пронизано смирением

Однажды Старец рассказывал мне о значении византийской музыки в православном богослужении, об афонских певчих, которые пели просто, умилительно, смиренно, стараясь своим пением помочь молящимся монахам. «И здесь, в миру, конечно, есть хорошие певчие, — сказал он. — Но здесь, как бы это сказать, часто поют с самодовольством». Отец Порфирий очень любил византийские песнопения. Они пронизаны смирением, почему и вызывают у людей чувство умиления.

Как петь?

«Когда ты поешь, — наставлял меня Старец, — пой смиренно. Избегай ненужной мимики, беспорядочных взмахов руками, притопывания ногой… Следи за службой, не разговаривай на клиросе. Живи тем, что поешь. Только тогда твое пение будет доходить до молящихся».

Хорошая, добрая музыка
вернуться

168

Ср.: 1 Кор. 8, 11.

вернуться

169

Большой полуостров, расположенный недалеко от Афин. — Прим. перев.

вернуться

170

Здесь слово «монофизитство» употреблено в переносном смысле. Монофизиты — еретики, которые учили об одной природе Христа — Божественной. Преп. Максим Исповедник (VII в.) обличил монофизитов, обосновав учение о дифизитстве, истинно православном исповедании, учащем о наличии во Христе двух природ: Божественной и человеческой. — Прим. перев.

74
{"b":"175415","o":1}