ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Три «котла» красноармейца Полухина
Экстрасенсиха
Слышать, видеть, доверять. Практики для семьи
Далекие миры. Император по случаю. Книга пятая. Часть третья
#Как перестать быть овцой. Избавление от страдашек. Шаг за шагом
Зима
Слон
Грация и фурия
Сказки
Содержание  
A
A

В конце концов я понял, что больше не могу, и остановился, опираясь плечом на фонарный столб. Закрыл ладонью левый глаз, подождал, пока пройдет тошнота.

Я смертельно устал. Даже непонятно, почему я так устал. Но не чувствовал больше ни страха, ни уныния. Только усталость и раздражение. Хотелось избавиться от этого. Прямо сейчас.

Я развернулся, открыл змеиный глаз и рявкнул:

— Ну, чего тебе?!

Прямо на меня смотрели такие же, как у меня, ядовито-желтые глаза. Две штуки.

Теперь-то я знаю, как правильно обращаться с сущностями из иных миров.

Самая лучшая приманка для них — это страх. Он прямо-таки прокладывает им дорогу и одновременно служит маяком: «Сюда, сюда, птичка! Тут много вкусного!» Ну а самая лучшая от них защита — не верить в их существование. Но это был не мой вариант. Ибо я материалист-эмпирик и всегда верю своим глазам — даже если они видят то, чего в природе быть не может. Многие же вообще не способны увидеть то, во что не верят. И это, между прочим, никакая не магия — чистая психология.

Увидев тварь из чужого мира, я сразу поверил в ее реальность и, что хуже всего — сам к ней обратился. Вот верно предки говорили — не заговаривай с нечистью, особенно первым! Я же чувствовал, что существо, преследующее меня, опасно! Не надо было мне смотреть на него. И уж тем более с ним говорить.

Потому что, если до того оно тащилось за мной, так же смутно чуя меня, как я его, — то теперь мы встретились лицом к лицу. Точнее, оно узрело меня прямо перед собой, как на тарелочке, и страшно обрадовалось. Я прямо-таки почувствовал приятную пустоту в его брюхе, готовую принять легкий ужин в моем лице.

Ну а я… обратившись к нему, я как бы сделал шаг навстречу. И соответственно, на шаг удалился от моего собственного мира. И стал на порядок уязвимее. Зато (если это можно считать утешением) я гораздо лучше стал видеть этот туманный мир, чем бы он ни был. Мелькание зеленоватых теней сменилось слегка размытыми, но вполне узнаваемыми очертаниями длинного белого туловища. Желтые глаза, полная зубов пасть, раздвоенный язык… Передо мной был огромный змей. Именно такой, каким я себя представлял, когда смотрелся утром в зеркало, размышляя о своих дальнейших жизненных перспективах.

В первый миг я решил, что он нападает на меня. Но ошибся. Пасть распахнулась, и я услышал пронзительное, самодовольное шипение:

— Я первый его увидел! Я! Я! Он мой! С-с-слышите все?

Не знаю, кто были эти «все» (даже и думать не хотелось), в любом случае, никто не отозвался и заявлять на меня свои права не стал.

Змей подполз ближе и двинулся по кругу, наматывая вокруг меня кольцо за кольцом. Толщиной он был с трубу теплоснабжения, а длиной… Он все выползал и выползал из тумана, и все не кончался. Когда очередное кольцо прошло на уровне моей груди, я почувствовал себя Маугли в кольцах Каа. Нет, змей обвился вокруг меня неплотно, почти нежно, словно опасаясь случайно помять. Но я не мог шевельнуть ни рукой, ни ногой.

Наконец движение туловища остановилось. Передо мной снова возникла плоская голова с зубастой пастью мегалодона и мерзкими желтыми глазами — точно такими же, как у меня.

— Лорд, с-смотри, кого я поймал!

Змея со своим раздвоенным языком говорить явно не способна — значит, шипящие слова возникали прямо у меня в мозгу. И до чего же паскудно они звучали! Эти знакомые интонации наглой сволочи, уверенной в своей полной безнаказанности…

— Ну, куколка, — раздался рядом чей-то равнодушный голос. — И что?

Я скосил глаза вбок, но говорившего не увидел.

— Ты глянь, как светится! Ммм, так бы и с-с-съел! Можно?

— Нет. Не видишь, как он светится?

— Что, слишком холодный? — ляпнул я.

— А ты откуда знаешь?! — изумился змей.

Я промолчал, вырываясь из колец. Безуспешно — словно на меня намотали ту самую трубу.

— Отпусти его, — сказал холодный голос.

— Как?! Почему?!

— Элементарно, — к холоду добавилось презрение. — На него явно кто-то вышел до нас. Не будем переходить родичам дорогу.

— Боиш-шься? — обиженно спросил змей.

— Нет, соблюдаю этикет.

— Чего?

Из тумана донесся смешок.

— Ну да, это слово не из твоего лексикона. Да не очень-то он мне и нужен. Этих куколок — пруд пруди…

— Мне нужен! — Из уголков змеиной пасти потянулась резко пахнущая слюна. Меня чуть не стошнило. — Отдай его мне!

— Что будешь с ним делать?

— Как что? С-съем!

«Нет!» — мысленно взмолился я.

Но ответом было только молчание, которое змеи немедленно истолковал как знак согласия. Морда приблизилась к моему лицу вплотную. Змей прикрыл глаза от удовольствия и ощупал мою голову своим скользким раздвоенным языком.

— Ты мой с-с-сладкий!

Что бы сделал нормальный человек? Впал в ступор… Отключился… В крайнем случае заорал.

Я же откинул голову назад и изо всех сил треснул его лбом в нос.

Кажется, это была плохая идея. Раздалось неописуемо злобное шипение. Кольца стиснули меня, как пресс. Пасть распахнулась почти вертикально. Змей выдавливал меня из кожи, как пасту из тюбика!

В глазах потемнело от боли. Я заорал и не услышал своего крика.

Это не по-настоящему! Нет! Я сейчас проснусь!

Говорят, вся жизнь пролетает перед глазами перед смертью.

Но у меня мелькнула только Васькина мордашка.

Похоже, больше ничего, достойного предсмертного воспоминания, я после себя оставить не успел.

После этого я отрубился, не чувствуя ничего, кроме огромного разочарования.

Сколько я был без сознания — понятия не имею. Но, разлепив веки, увидел нечто странное и нелепое: какой-то человек стоял рядом со мной и пинал змея ботинком в бок. Я хотел расхохотаться при виде этого бессмысленного действия, но горло перехватило от боли; заодно и очнулся по-настоящему. Тогда и понял свою ошибку — никакого змея рядом не было. Я валялся на льду в глухом переулке, а какой-то прохожий задумчиво пинал меня в бок носком ботинка на толстом протекторе.

Вокруг все было по-прежнему мутным и зеленоватым. Но в то же время я видел тротуар, окна хрущевок, помойные бачки поблизости… В каком же я мире, чтоб они оба провалились? Не в двух ведь одновременно? И из какого мира доносится этот холодный голос?

— Эй, приятель. Ты живой?

Я скрючился в позе зародыша и застонал. Каждый вдох причинял жгучую боль; казалось, по мне только что проехал каток.

— Да ладно тебе, — сказал прохожий. Видя, что я очнулся, он перестал тыкать меня в бок ботинком и теперь просто рассматривал. — Не кривляйся. Тебя ж никто не тронул.

— Это называется не тронул? — возмутился я. — А удав?

— Удав, слышали? Ха-ха-ха! Во допился!

— Да что ты с ним разговариваешь? Грузим его!

— Что ты сказал? — изумленно переспросил я.

— Я? — Прохожий пожал плечами. — Ничего.

Позади него двигались тени. Кажется, там стояла машина. Я не мог разглядеть ее — все расплывалось. Я перевернулся на спину и уставился на собеседника. — Он ответил мне взглядом и улыбнулся. Я понимал, почему он улыбается, — его позабавила моя ассоциация, та, с Маугли. Я читал его мысли, а он читал мои. Мы стояли друг перед другом, как две раскрытые книги. Странно, но в этот момент мне это казалось совершенно нормальным. Я даже не удивился своей внезапной телепатии.

Он протянул мне руку, помогая подняться. Правда, мне удалось только сесть, а потом приступ головокружения опять повалил меня на снег. Зато я наконец смог немного разглядеть собеседника. На первый взгляд — мужик мужиком. Одежда обычная: черная кожаная куртка, длинные темные волосы торчат из-под вязаной шапки… полгорода так ходит. Но лицо у него оказалось странное — неподвижное, белое, узкое, похожее на маску. Мне показалось, это и есть маска. С этой маски смотрели светлые ледяные глаза. Я не видел в них ни малейшего сочувствия к моему печальному положению. Только любопытство. Кажется, с тем же любопытством он досмотрел бы, как змей выдавливает меня себе в пасть. А то, что решил вмешаться, вызвано чем угодно, но не жалостью… И когда начинаешь думать, чем это можно быть вызвано, почему-то становится жутко.

16
{"b":"175448","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Укрощение гнева
Русский частокол
История ворона
Собака на сене и Бейкер-стрит
Бабодурское (сборник)
Очень страшно и немного стыдно
Маркетинг 4.0. Разворот от традиционного к цифровому. Технологии продвижения в интернете
100 великих городов мира
Змеиная голова