ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«Хорошо, что тут нет Валенка», — подумал я. И тут же забыл обо всем, кроме полета.

Мы вместе описали низкий плавный круг над сосновой рощей. Я упивался новым ощущением. Ха, летать в самом деле просто! И так приятно! И совсем не страшно! Теплый ветер упруго подпирает крылья, лежишь на потоках, как на невидимом матрасе… Сосновые верхушки щекочут брюхо… Тело отзывается на малейшее шевеление хвоста…

— Отлично! — крикнул позади Грег. — Давай-ка кружок над озером!

Он обогнал меня с легкостью и изяществом «мерса», обходящего на трассе грузовик.

— Повторяй за мной!

Грег сложил крылья, вытянувшись почти в стрелу, и заскользил над самой поверхностью озера. Я сделал то же самое и тут же нахлебался воды. Когда я вынырнул, отплевываясь и фыркая, то услышал:

— …а теперь — резко вверх!

И увидел, как Грег с хлопком распахнул крылья, на миг став похожим на японский веер, а потом с силой обрушил их вниз. Меня ударило вихрем, вода вокруг вскипела. Не успев осмыслить, что тут творится, я повторил его маневр.

Меня швырнуло в небо так, словно мной выстрелили из пушки. Не успел я опомниться, как взмыл метров на сто. Сверху отлично просматривалось все Токсово. Я видел крыши дачных домиков, огороды, пруды… По шоссе ползли крошечные, почти игрушечные машинки. В общем-то мне не страшно, а даже интересно — как будто рассматриваешь «гугл-мэп». Если бы у меня было время задуматься, где я и что тут делаю, я бы, наверно, испугался.

Но задумываться не позволял Грег.

— Не бей крыльями, как куропатка! Что ты трепыхаешься? Расправь крылья и плавно, синхронно, сильными движениями от плеча — вверх-вниз! Вверх-вниз! Лапы плотно поджаты к брюху! Брюхо подтянуто! Хвост не провисает!

Я добросовестно пытался, но все время делал ошибки. Горизонт кренился то вправо, то влево. Меня болтало из стороны в сторону, я проваливался вниз и путался в хвосте и лапах. Потом мы попали в какой-то туман, где я немедленно потерял Грега. От растерянности я дал такой крен, что перекувырнулся в воздухе, запутался, где верх, где низ, и непременно бы упал, если бы Грег внезапно не рявкнул мне в ухо:

— Крылья в стороны! Стабилизируйся! Ты с ума сошел — входить в штопор на первом занятии?!

— Грег… а может, уже хватит, а? — задыхаясь, прокричал я, когда мы вырвались из тумана, и наставник пронесся мимо меня в очередной раз. — У меня уже крылья болят… и спина… и перед глазами все прыгает…

— Врешь насчет спины, — хладнокровно ответил Грег. — Ладно, уговорил. Пятиминутный отдых. Левитируем.

Он широко расправил крылья и замер, гордо закинув голову на длинной мощной шее. Только самые концы крыльев чуть шевелились. Я попытался скопировать его позу, и вскоре мы парили рядом, а ветер медленно сносил нас куда-то к югу.

Ну прямо два орла.

«Где, где гнездо?»

«Да вот оно, на той ветке, где ты стоишь!»

…а птенцы в том гнезде были преуродливые. Облезлые какие-то, желтые клювики шире головы, и непрерывно пищат, аж сердце надрывается. Над гнездом с заполошным чириканьем пронеслась быстрая тень, потом вторая. Птички-родители, понял я. Волнуются. Хе-хе.

— Я — Наг! — сообщил я вслух, осторожно подползая по ветке поближе к гнезду. — Ш-ш-ш-ш! Бойтесь меня!

Птенцы заметили меня и заорали вдвое громче. Наверно, думали, что я лезу их кормить. Наивные! Они еще не понимали, что я опасен.

А я был для них опасен, и мне это очень нравилось. И они находились в полной моей власти. Вот их родители, которые в истерике метались над моей головой, это понимали. Я полз по ветке, игнорируя вопли Кири:

— Леха, стой! Она уже трещит! Зачем тебе это дурацкое гнездо?!

— Отвянь, — буркнул я, протягивая руку к птенцам. — Я — Наг. Я хочу их съесть!

Громкий треск… Мелькание пятен в глазах… Беззвучный, безболезненный удар…

Я распахнул глаза. В первый миг не понял, где нахожусь. Потом вспомнил и, холодея, уставился вниз.

Но ничего не увидел. Под нами были облака.

Словно растянутая от края до края неба нежнейшая овечья шкура, подсвеченная розовым. Над ней синело холодное и ясное сапфировое небо, темнеющее к зениту.

Я даже дышать перестал.

На земле, внизу, все так или иначе соразмерно с человеком. А это воздушно-облачное пространство, продуваемое ледяными ветрами, расцвеченное утренним солнцем, было нечеловечески прекрасным. Да просто — нечеловеческим. Словно людей не существовало, и вообще они мирозданию были не нужны.

Как будто попал на другую планету. Или в другой мир.

Страха, кстати, я не испытывал. Все окружающее казалось просто нереальным.

— Ты в порядке? — поинтересовался Грег.

— Более-менее, — пробормотал я, не в силах выразить все те противоречивые чувства, которые меня одолевали.

— А чего глаза так вытаращил? Ты ведь сейчас не боишься.

— Нет… Это я восхищаюсь!

— Ясно, — усмехнулся Грег, закидывая голову. — Ты что, на самолете никогда не летал?

— Никогда. И не рвусь…

Тут я как раз увидел самолет. Он медленно полз далеко под нами, похожий на сверкающего белого жучка. Он казался почти таким же маленьким, как когда смотришь на него с земли. За ним постепенно распускался прямой, как по нитке проведенный, инверсионный след.

Я проводил его взглядом и вдруг нутром почувствовал — что-то здесь не так.

— Ну что, отдохнул, летим вниз? — спросил Грег, поворачиваясь. — Знаешь, я тобой очень сегодня доволен. Даже не ожидал, что все будет настолько просто…

Грег-дракон был прекрасен, под стать небу и облачному ковру под нами, его черная броня сверкала и переливалась, словно усыпанная алмазной крошкой. Я покосился налево и увидел, что такая же крошка покрывает и мое крыло.

— Грег, а что это у меня на шкуре?

— Изморозь, — небрежно ответил он. — Что ты хочешь? Здесь минус восемьдесят.

Я не сразу понял, что он имеет в виду. Потом меня накрыл ужас.

— Грег, — выдавил я. — Какая тут высота?

— Километров двадцать. А что?

— Двадцать километров?!!

Я не слушал, что мне говорил Грег. Не слышал его дальнейших криков, не видел, что он делает. Грег исчез, исчезла неземная красота вокруг, погасло солнце, почернело небо. Остался только я — и двадцатикилометровая бездна подо мной. Бездна, от которой меня не отделяло ничего.

Кажется, я метался в воздухе. Вполне возможно, что орал и лез на спину Грегу. Я ничего не помню, и хорошо. Достаточно того, что я не забуду никогда. Видимо, не в состоянии вынести запредельного страха, я решил сбежать любой ценой — хоть в забытье, хоть в небытие. Не найдя ни выхода, ни спасения, мое неуязвимое драконье тело, покрытое космической изморозью, подчиняясь одурманенному ужасом разуму, начало превращаться. Я ничего не мог с собой поделать. Я превращался в человека на двадцатикилометровой высоте.

Как сквозь слой ваты, до меня донесся громоподобный драконий рев:

— Ах вот ты как?! Да ты, оказывается, не только трус! Ты даже тело свое контролировать не можешь! Так оставайся тут и подыхай, слабак! Видеть тебя больше не хочу!

И Грег, взмахнув крыльями, ринулся прочь.

Я почти не обратил внимания на его слова, а их смысл вообще до меня не дошел, — мне было не до того. Но, увидев мелькнувший хвост Грега и его силуэт, исчезающий в синеве, я с трудом, но осознал: Грег меня бросает!

Он выманил меня в стратосферу, а теперь улетает!

— Стой! — завопил я, бросаясь за ним в погоню. — Ты не бросишь меня тут одного!

Грег мчался вперед, как сверхзвуковой истребитель. Я преследовал его, не думая ни о какой технике полета, — махал крыльями, как мельница, пыхтел и перебирал в воздухе лапами. Одна мысль овладела мной — догнать предателя! Догнать и поджарить!

Воздух свистел у меня в ушах. Потом перестал свистеть, и воцарилась полная тишина. Становилось все темнее и холоднее. Но я этого не замечал. Весь мир сосредоточился на маленьком крылатом силуэте прямо по курсу.

В какой-то момент я его потерял, но не очень-то и испугался — я прекрасно понимал, что он недалеко, в небе никого, кроме нас двоих, нет, и никуда он от меня не денется. Поэтому я все так же несся, не сбавляя скорости, и вскоре увидел Грега. Он возвращался!

28
{"b":"175450","o":1}