ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

После того, как познакомились, завязалась неторопливая беседа. Говорил в основном Николай, рассказывая о своих проблемах, аналитик же по ходу задавал наводящие вопросы, внимательно слушая пациента и поощрительно кивая. Сам не зная почему, Гордеев умолчал лишь о встрече с Учителем.

– Очень интересный случай, – подытожил исповедь клиента Пинский, – я с удовольствием проведу с вами сеансы анализа – столько сессий, сколько потребуется, чтобы прояснить ситуацию и отреагировать ваши проблемы.

– И вот что еще, – добавил он после непродолжительной паузы, – как вы сами понимаете, Николай, консультации и лечение у дипломированного психоаналитика – а таковым в нашем городе является лишь ваш покорный слуга – обходятся весьма недешево. Вам это влетит в копеечку. Поэтому сделаем так: я возьму с вас плату лишь за первые два посещения, а впоследствии будем встречаться на добровольных началах – вы находите время и посещаете меня, я же не беру с вас денег за свое умение. Идет?..

– Я… мне как-то неловко, – смутился Николай, – вы ведь будете тратить на меня свое время, и вообще…

– Ну, своим временем я распоряжаюсь сам. Почему я так поступаю – вы об этом хотели спросить, не так ли?

Николай утвердительно кивнул.

– Дело в том, – усмехнулся психоаналитик, – что работа психоаналитика достаточно скучна. Рутина! Комплексы, неврозы, семейные проблемы… Интересные случаи встречаются один на тысячу.

Николай ухмыльнулся. А Пинский негромко рассмеялся:

– Именно, именно! Я подозреваю у вас незаурядные способности. Можно называть их парапсихическими, если вам угодно. Хотя, что там подозреваю! Я уверен в этом.

Он на мгновение смолк, затем продолжил:

– В свое время Фрейд очень живо интересовался этим. Он даже обследовал небезызвестного Вольфа Мессинга… Простите, вы слышали о таком?

– Краем уха, – скупо молвил Николай.

– Да, – Пинский кивнул. – Тот был еще мальчишкой, но его таланты уже тогда проявлялись… Я вас не утомил? – неожиданно спросил он.

– Да нет, – Гордеев шевельнул бровью. – Интересно… Вы полагаете, что эти мои сны тоже что-то типа экстрасенсорных проявлений?

– Весьма похоже, – согласился аналитик, – и потом эта сюжетная линия о маньяке… она ведь прослеживается в нескольких снах. Ваше первое странное сновидение – некий акт ясновидения. Вы увидели во сне картинку случившейся трагедии, и все подтвердилось в реальности.

– Да, так оно и было, – нахмурился Николай, – но мне что-то от этого не слишком весело… То ли впрямь открываются какие-то сверхъестественные силы, то ли крыша тихо едет.

– А вот это мы с вами и постараемся выяснить, – уверенно заявил Пинский. И добавил: – Если вы не против, то можно попробовать провести сеанс гипнотерапии уже сейчас.

– Давайте, – Николай кивнул.

Врач встал, прошелся по комнате.

– Сразу хочу пояснить, что гипноз, как правило, в классическом психоанализе не используется. Но в исключительных случаях…

Он не договорил, выразительно глянул на Гордеева, а тот вновь кивнул:

– Понимаю. Даже как-то льстит, что случай исключительный…

– Да, – круто повернулся на паркете Пинский. – Для того чтобы уяснить причину психического конфликта, как радикальное средство может быть использован гипноз. Другое дело, что в целях отреагирования психотравм и комплексов необходимо сознательное участие пациента – то есть осознание им самим источников и причин своих проблем. Понимаете?

– Подождите, подождите… – протянул несколько сбитый с толку Николай, – но я не знаю – поддаюсь ли я гипнозу?

– Ну, это не проблема. Если вы медиумическая личность – а это, безусловно, так! – то должны быть подвластны любому внушению. Существует несколько гипнотических техник – от мягкой до грубой. Начнем с самой мягкой…

Аналитик попросил Николая пересесть на кушетку, устроиться поудобней и максимально расслабиться. Сам он расположился на стуле, сбоку от пациента, возле стола. Щелкнул выключателем, закрепленным под столешницей, напротив молодого человека загорелся прибор – нечто типа лампы-рефлектора, стилизованной под маяк. В центре ее располагался освещенный ярким светом кристалл – так Николаю показалось.

Кристалл этот испускал множество узких лучиков. Он начал медленно вращаться, постепенно набирая скорость. Блики света замелькали перед глазами Гордеева, завораживая своей причудливой игрой…

– Смотрите прямо на источник света, – раздался мягкий голос Пинского.

Вскоре Николай почувствовал, что его сознание как бы размягчается, растекается по всей комнате, где центром был магический, излучающий яркие разноцветные сполохи кристалл. Разум погружался в вязкое дремотное состояние, и сквозь пелену тумана до слуха доносились несущие необъяснимую негу слова аналитика.

– Вы полностью расслаблены… все тело расслаблено… и сознание расслаблено… и мысли медленно утекают… и они утекли… и мозг пустой… и разум чистый… и вы возвращаетесь назад… и видите сон…

Пинский умело подводил своего пациента к тому моменту, когда тот увидел свой последний сон, связанный с присутствием зловещего персонажа.

– А теперь я буду задавать вам вопросы, а вы будете отвечать на них – подробно и четко, – голос психоаналитика окреп, стал твердым, в нем появились повелительные интонации.

Николай не ответил.

Он плыл в волнах чудесного моря. Вокруг резвились диковинные рыбы, над головой проносились яркие, с красочным оперением птицы. Внезапно он нырнул и легко, играючи устремился в глубину. Он дышал, у него выросли жабры – он превратился в человекорыбу.

И когда он достиг дна, то увидел глубокую расселину, темнеющую в подводной скале. Громоподобный голос приказал ему нырнуть в эту пещеру, и он повиновался. И… очутился в той самой водонапорной башне, куда в позапрошлом сне проник маньяк.

– Вы следуете за ним, – настойчиво требовал психоаналитик, – не отстаете ни на шаг.

Николай достиг той самой комнаты с ожившим монстром, но прошел мимо.

– Где вы?

– Я… иду по тоннелю дальше… – глухо произнес находящийся под гипнозом пациент.

– Что вы видите?

– Впереди шагает человек… Это – маньяк…

– Идите за ним, не отставайте. Где вы сейчас?

– Маньяк… он скрылся за поворотом… Я там, но его не видно… Я потерял его из виду… Я не знаю, что делать…

– Возвращайтесь, – властно потребовал врач, – и перейдите в другой сон – предыдущий.

Переход из сна в сон совершился легко, точно телевизор переключили на другую программу.

Николай стоял перед дверью квартиры, в которой скрылся маньяк.

– Идите в квартиру…

– Я внутри… Дальше не могу…

– Почему не можете?..

– Меня не пускают… Колокола… они бьют в колокола… Они разрывают мой ум на части… я не могу… мне плохо!..

– Уходите! Немедленно выбирайтесь оттуда!..

Николай проснулся от стука. Господи! Это же покойный дядя пришел за ним!..

– Где вы?! Что вы видите?..

– На полянке… Я боюсь смотреть…

– Чего вы боитесь?

– Я знаю, догадываюсь – там труп.

– Чей труп?

– Жертва маньяка… Это девятая жертва убийцы…

– Почему девятая? До этого их было семь!

– Восьмая жертва неизвестна… Она была… Я слышу музыку… Музыка связана с маньяком…

– Каким образом? Что за музыка?!

– Тихая, печальная мелодия… Трагичная, унылая… Она – индикатор… Маньяк не знает о сигналах…

– Что за сигналы?

– Музыка… Я боюсь…

– Где вы?

– Я стою перед сундуком… Там часы… и музыка…

– Музыка в сундуке?

– Да… нет… в часах…

Гордеев смолк, крепко зажмурившись. По его лицу пробежала гримаса страдания, он задышал часто и глубоко, на лбу выступила испарина.

Внимательно наблюдавший за ним аналитик решил, что для первого раза достаточно.

– Внимание! Сейчас я буду считать до пяти. На счет пять вы вернетесь и откроете глаза. Вы полностью проснетесь и забудете обо всех тревожных воспоминаниях… Раз, два…

Гордеев очнулся, жмурясь, осоловело озираясь. Не сразу понял, что с ним. Наконец, вспомнил.

14
{"b":"175454","o":1}