ЛитМир - Электронная Библиотека

Во время «ванной» эпопеи, я играл в другом ресторане, и возвращался заполночь. Набирал горячую водув ванную и ложился спать, чувствуя себя Ихтиандром, повелителем океана. Среди ночи вода остывала, и, я ее обновлял, чтобы не замерзнуть. Ты никогда не проводил ночь в ванной? Зря, рекомендую попробовать, полная расслабуха.

Сейчас мне повезло - товарищ с женой уехали по приглашению в Германию, оставили меня присматривать за их жильем. Правда, они уже на днях должны вернуться, - Денис говорил просто, словно делился с другом, и в тоне рассказа не чувствовалось ни напускной бравады, - вон мол я какой, ни сожаления о жизни, которую он теперь вел.

«А дальше как собираешься жить, когда приедут знакомые, и вопрос жилья снова станет актуальным?» - хотелось спросить Глебу, но он сдержал себя, так как догадывался, что у Дениса ответа на этот вопрос нет.

Наконец искомый дом был найден, и музыкант протянул Глебу два «червонца».

- Вот, возьмите. Извините за беспокойство из-за моей рассеянности, - музыкант вновь перешел на «вы». - Это компенсирует затраченное время и дополнительно пройденный километраж.

- Не жалко тебе, - ведь это все деньги, которые ты заработал за ночь? - поинтересовался Глеб, с интересом наблюдая за музыкантом.

- Не в них счастье, и не от них горе. Все это зависит только от нас. Мы сетуем на отсутствие денег, на враждебность судьбы, а все это сами производим своими действиями или их отсутствием. Каждый строит себе кумира по своему желанию - деньги, религия, положение в обществе, должность, женщины, вино, наркотики. Одни хотят любить, другие - чтобы их любили, третьи любят спокойствие, а я - люблю музыку, - и перед тем, как захлопнуть за собой дверь, неловко промямлил: - Если вы не были бы за рулем, то я предложил бы составить компанию на бутылочку вина - таковая припасена у меня дома.

Глеб почувствовал непонятную симпатию к этому неожиданному попутчику, от которого веяло спокойствием при всех его житейских неурядицах, чего ему самому так не хватало.

«Сейчас я распрощаюсь с ним, через час забуду о встрече, а вот где найти успокоение для души? Может сама Судьба в образе этого парня сулит мне новый поворот в жизни?» - подумал Глеб и неожиданно для себя произнес:

- Я принимаю приглашение, но хочу внести и свою долю, а автомобиль, надеюсь, никуда не убежит.

Через три часа была выпита бутылка вина, а также «пропиты» два червонца Дениса, которые тот не захотел забирать обратно, несмотря на уговоры Глеба. Темы их разговоров были разнообразны, единственное, чего они в них не касались - это политики и денег. Говорили о культуре, искусстве, музыке, истории, литературе. Глеб вспомнил, что в детстве и в юношеские годы немного увлекался живописью, чувствовал цвет, даже нарисовал пару неплохих пейзажей акварелью, но отдавал предпочтение пастели и портрету. Он выуживал из памяти информацию, стараясь посвятить Дениса в суть различия школ импрессионизма и экспрессионизма, в философию сюрреализма Сальвадора Дали и кубизма Пикассо. Денис, в свою очередь, рассказывал о различных направлениях в музыке, курьезах и трагичности судьбы многих великих музыкантов, способных посоревноваться в этом с Моцартом.

В квартире у Дениса оказался альт-саксофон, на котором тот неплохо играл. Вскоре новоиспеченные подвыпившие друзья решили, что Глебу будет неплохо выучиться играть на саксофоне, тогда они смогут составить музыкальный коллектив и вместе играть по ресторанам. Денис сразу дал первый урок Глебу.

- Не надувай щеки, словно жаба - воздух в инструмент должен идти из легких, сильно, но без напряжения. Не кусай сильно мундштук, это не шоколадка.

Вскоре Глеб с удивлением почувствовал, что уже может извлекать из саксофона гамму, пускай не совсем чисто, но все же…

- Слух у тебя есть, а постоянные тренировки при максимуме внутреннего желания сделают из тебя музыканта. Заберешь с собой инструмент и тренируйся до изнеможения по тем заданиям, что я тебе буду давать. Для начала освоишь «Ку-ка-ре-ку», это совсем просто, - вещал Денис, почувствовав в себе незаурядные педагогические наклонности.

Вскоре им стало тесно в четырех стенах и они, взяв саксофон, перенесли свои занятия на природу, в парковую зону, больше похожую на лес, предварительно отоварившись вином в «Гастрономчике». Когда стемнело, Денису пора было ехать на работу, он поменял саксофон на синтезатор, и взял с собой Глеба в ресторан «Разгуляйка».

- Мой компаньон, и неплохой саксофонист, возможно потомки его будут сравнивать с бесподобным Бадом Фриманом, - слегка заплетающим языком представил он Глеба хозяину. Тот загорелся идеей.

- А, что? Можно будет попробовать. Народ сюда ходит солидный, не особенно скачет под «Семь сорок». Можно немного разбавить твой репертуар джазом. Это надо как следует обдумать.

- Думайте-думайте! Глеб как раз будет занят месяц, а то и полтора, - и Денис подмигнул Глебу. - Человек он очень серьезный и привык зарплату получать вовремя, а не эпизодически, как подаяние, - сделал Денис намек на задолженность хозяина. Тот намек понял, но никак не отреагировал.

2.3.

Галя пришла в себя на больничной койке. Кроме нее в палате находились еще три молодые женщины. Одна из них стояла лицом к окну, приложив к стеклу лист бумаги, на котором было что-то написано. Свет, падающий из окна, делал полупрозрачной ночную рубашку в горошек, в которую она была одета, обрисовывая некрасивый плоский зад и фигуру без таллии, с выпирающим животом. Две другие женщины, тоже с большими животами, сидели на кровати и о чем-то вполголоса беседовали. Лица их расплывались, смысл слов не доходил до сознания Гали, и она села на кровати, свесив ноги, намереваясь встать, но низ живота обожгло огнем.

- Смотри, сомнамбуле не лежится, опять потянуло на подвиги, - услышала она голос и осознала, что теперь со слухом все в порядке и зрение нормализовалось. Говорившая молодая женщина, лет двадцати пяти, со слегка расплывшимся лицом, встала и осторожно, неспеша, подошла к ней, видно с намерением обратно уложить в постель. Галя пристально посмотрела ей в глаза, и та непроизвольно вздрогнула.

- Ой! Похоже, наша соседка совсем очнулась! - повернувшись, сообщила она второй женщине, продолжавшей безразлично сидеть на кровати. Затем обратилась к Гале:

- Ну, как ты? В порядке?

Какие-то смутные воспоминания роились в голове у Гали, не желая приобретать черты реальных событий. Незнакомые лица, голоса, обрывки фраз и растревоженная боль внизу живота.

- Может, тебе врача вызвать? Как ты себя чувствуешь? - поинтересовалась третья женщина, закончившая манипуляции возле окна и подошла к ним.

- Где я? - недоумевала Галя. - Как я сюда попала?

- Тебя «скорая» привезла, у тебя начались схватки прямо на улице. Ты вот только очухалась, а ведь пошли уже вторые сутки, как ты здесь, - пояснила первая женщина. - Давай знакомиться. Меня зовут Валя. А тебя Оля? Да? - Тело Гали дернулось, как от электрического тока.

- Нет, меня зовут Галя, - хрипло ответила она. - А почему вдруг решили, что я Оля?

- Ты в бреду несколько раз повторила ясно и четко: «Меня зовут Ольга», - разъяснила вторая женщина. - Поэтому мы так поняли… А меня - Маша. У дверей расположилась Владислава.

- У меня есть язык, чтобы самой представиться, - ядовито бросила Владислава. - Я в переводчиках не нуждаюсь.

- Такая молодая, а язва ужасная. Как ее только муж терпит?! - спросила в пространство, ни к кому не обращаясь, Маша. Похоже, она была самая старшая в палате, лет тридцати пяти, никак не меньше. Владислава зашипела и бросилась в словесную перепалку. Галя, не обращая внимания на их дуэль, взяла за руку Валю и усадила рядом с собой на кровать.

- Я много в бреду говорила? - спросила она тревожно.

- Трудно сказать, много или мало. Все вспоминала каких-то женщин, называла имена:

Ульяна, Маня, Софья, похоже и все. Мы-то не сильно к этому прислушивались. Да, вот только несколько раз произнесла, без связи с остальным: «тетраэтилсвинец». Ой! - вскрикнула она и схватилась за живот. - Похоже, что скоро… Молю Бога, только бы не ночью, днем как-то спокойнее. У меня это первый раз, - пояснила она. Галя инстинктивно погладила свой животик, но он был совсем не такой, как раньше, округлый, плотный «арбузик». Теперь он «опал», и она нащупала складки «лишней» кожи. Страшное подозрение кольнуло сердце и она побледнела. Валя уловила ее жест и нежно погладила по плечу.

30
{"b":"175472","o":1}