ЛитМир - Электронная Библиотека

- У меня такой материал не проходил, хотя идея интересная, - равнодушно ответила она и, опустив бровь, добавила глубокомысленно: - Если у вас есть материал на эту тему, можно им позаниматься. Говорите конкретно, что у вас, ко мне с минуты на минуту придут авторы, и для ваших загадок не будет времени.

- Просто не верится, что обыкновенный случай помог мне вас найти, - немного заикаясь, произнес Роман, «поедая» глазами молодую девушку, сидящую за столом. На вид ей было лет двадцать, может, двадцать два, - простое, с немного выдающимися скулами лицо, светло-серые глаза, словом, ничем не примечательная внешность, так что Глеб даже почувствовал легкое разочарование. Такая романтичная история и такая проза за столом! Хотя нет, за ее неброской внешностью чувствовалась неординарная личность.

- Не помню, чтобы я имела причины от вас скрываться, - насмешливо ответила девица. - Я поклонников не отталкиваю, а коллекционирую, словно бабочек, но ваше лицо мне не знакомо. Вы хотите попасть в мою коллекцию? - Роман растерялся, и пауза затянулась.

- Ночь на 1-е мая, на Лысой горе. Вспомнили? - Глеб взял на себя функцию толмача, так как у Романа, кроме столбняка, видно еще и язык отнялся.

Девушка с интересом посмотрела на Романа.

- К сожалению, вы меня с кем-то путаете, - произнесла она ироничным тоном и продолжила: - 1-е мая и последующие две недели я провела в больнице в результате полета с горы, но не с Лысой, а с Планерской. - Присмотрелась к странным посетителям. - А вас я не знаю.

- Все сходится, точно так, как я увидел во сне. Первого мая Вы должны были лежать в больнице, - вполголоса пробормотал Роман.

- Молодые люди, я вас не понимаю, - ядовито заметила девушка. - То интересуетесь, была ли я ночью на Лысой горе первого мая, а узнав, что в это время я была в больнице, радуетесь, будто так и должно было быть.

- В какой больнице вы лежали? - спросил Роман.

- Вы хотите меня навестить? Но я давно выписалась и сижу за этим столом - неужели не заметно? - ядовито спросила журналистка.

- Я тогда тоже лежал в больнице, и хотел бы знать… - смутился Роман.

- Возможно, мы с вами лежали в одной больнице, допустим это, - перебила она его, - так сказать на брудершафт, через стенку. Ну, и что с того?

- Да так просто, - замялся Роман, не понимая, почему его так агрессивно воспринимают, - Имя Аника Мозенз вам ничего не говорит? Она была казнена в 1913 году в Лысогорском форте.

- Аника Мозенз? Увы, ничем не могу помочь. Это имя мне ничего не говорит, и потом, событие слишком удалено от наших дней, чтобы меня заинтересовало, как журналиста.

У меня другой профиль: скандальные новости, необъяснимые явления, курьезы и удивительные случаи, - быстро ответила она, надеясь отделаться от странных посетителей.

Роман пребывал в замешательстве, хотя был почти уверен, что именно ее видел тогда на Лысой горе, но она отказывалась это признать, объясняя, что в это время лежала в больнице. Впрочем, хорошо рассмотреть ее он тогда не мог, так как единственным источником света было пламя небольшого костра. Она все время оставалась в полумраке, помнится только, у нее были, похоже, темные волосы, а у этой светлые. Возможно, он объединил образ девушки, которая пригрезилась, и той, которая была с ним в потерне, у них тоже был различный цвет волос. Но именно эта девушка, он был в этом уверен, присутствовала в его снах. А может, так и было на самом деле?! И его самые фантастические предположения получили здесь реальное доказательство. Он почувствовал, как его бросило в пот, стало очень жарко, в голове понеслась чехарда мыслей.

- Помнится, вы мне про корень мандрагоры рассказывали, что он вырастает из семени висельника, - пробормотал он некстати.

- Молодой человек, уймитесь! Вы что, с Павловской больницы сбежали? Может, мне «скорую» вызвать или милицию? Еще раз повторяю. Я вас не знаю, и в первый раз вижу, - похоже начала злиться журналистка.

- Все, все - никуда не надо звонить! - вмешался Глеб, увидев, что девушка решительно подняла телефонную трубку. - Я беру над ним шефство, а вы видите, что я абсолютно здоров. - Он не стал рассказывать ей, что является психотерапевтом этого парнишки.

История болезни Романа его все больше заинтересовывала.

- Кофе хотите? Напротив есть неплохой кафетерий, хочу вас угостить, - предложил он.

- Никуда я отсюда не пойду, - решительно ответила она, подозрительно рассматривая посетителей. - И кафешки напротив нет, надо идти почти до самой Институтской.

- Конечно, кофе можно выпить и здесь, - скромно предложил Глеб, выразительно посмотрев на банку кофе, стоящую на краю стола, и несильно толкнул Романа кулаком в ребра, увидев, как тот пытается что-то сказать.

- Понятно, что вы нахалы, - миролюбиво ответила журналистка, - но кофе, так и быть, угощу. Только заранее предупреждаю: кофе отвратительный, купленный на базаре, грубая подделка. Хотя, пока от него никто не умирал. И воду придется вам принести из мужского туалета. До него ближе, чем до женского.

- Судя по табличке, эти услуги объединены в одной комнате, - вспомнил и уточнил Глеб, но, натолкнувшись на жесткий взгляд журналистки, ретировался.

- Давайте тару, Роман принесет, - и сунул в руки опешившему парню пустую литровую банку.

- Он у вас малахольный? - спросила журналистка, когда за Романом закрылась дверь.

- Вроде нет, просто заочно влюбленный в вас неразделенной любовью. Вы ведь не замужем? Так ответьте ему взаимностью! - пошутил Глеб.

- Я его первый раз в жизни вижу, но если вы так настаиваете… - поддержала шутку девушка, состроив невинное личико и часто заморгав глазками, изображая «паиньку».

- Очень прошу Вас, не отталкивайте его. По крайней мере, сразу, - уже серьезно сказал Глеб. - Влюбленные - это как больные, - И сразу вспомнил рассуждения Алины на этот счет.

- А если вы мне больше нравитесь чем он, то как мне поступить? - весело спросила девушка.

- Отдаться зову сердца, - серьезно ответил Глеб. Девушка легко поддерживала разговор и этим, несмотря на первое впечатление, ему понравилась. От нее как бы исходила аура доброжелательности и доброты, этим она его привлекла. Несмотря на чудачества визитеров, она их не выгнала, и даже согласилась напоить кофе. Глеб почувствовал к ней влечение, но не такое, какое он до сих пор испытывал к женщинам - на одну ночь, это было что-то большее, претендующее на определенное место в его жизни.

- Я об этом подумаю, - по-прежнему шутливо ответила девушка.

- Извините, а как вас зовут? - спросил Глеб. - Меня, например, Глеб.

- Очень приятно. А меня - Юлия, можно просто Юлька.

- Мне также очень приятно, - кивнул головой Глеб.

Открылась дверь, и Роман занес воду в комнату. Глеб встал, театрально развел руками и торжественно сообщил парню: - Прошу познакомиться - Юлия, имя производное от греческого Иулия, что означает пушистая, волнистая.

- Не такая уж я и пушистая, - рассмеялась Юлька, - очень часто бываю ершистой!

Роман пока ходил за водой, успокоился, и постепенно взял инициативу в разговоре в свои руки. Вскоре, за кофе, рассказал свою историю - похождения на Лысой горе, и назвал причину, по которой они пришли сюда.

- Так ты считаешь, что я, точнее, в меня вселился дух той девушки, Аники Мозенз? - Юлька прыснула со смеху. Роман покраснел, смешался,

- Это не совсем так… Хотя и не исключено… На Востоке существует философская система перерождения одного и того же человека - цепочка реинкарнаций.

Считается, что каждый человек, точнее душа, астральное тело, находится в потустороннем мире определенное количество времени, зависящее от того, как он жил здесь, на земле. Люди, ведущие разгульную, беспутную жизнь, и кроме этого, ничего не видящие в жизни, попадая в то пространство, постоянно притягиваются своими неосуществленными желаниями назад, на землю.

Журналистка улыбнулась и многозначительно сказала:

- Ну и ну!

- Для таких людей в любой исторической эпохе всегда существуют условия для реализации их низменных желаний, так как структура эпох их не интересует, - скороговоркой рассказывал Роман, словно боялся, что его могут прервать. - По закону Кармы каждый человек должен полностью реализовать все свои желания, цели и надежды. Люди с низменными желаниями очень быстро возвращаются назад, попадая в момент зачатия, как невидимая форма, реализуемая будущим человеком. Тоже самое касается людей, которые, в силу обстоятельств кратковременности своего пребывания на земле, не смогли пройти предначертанный путь. Аника прожила слишком короткую и трагическую жизнь.

75
{"b":"175472","o":1}