ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Валера!

Она услышала его сдавленный плач.

* * *

Они сидели в кухне, и Валерка рассказывал матери обо всем, что с ним произошло. Матери не надо было ни в чем клясться, убеждать, как этого твердолобого мента. Она поверит. И Валерка рассказал все, как было. Когда уже больше говорить оказалось нечего, он в подтверждение своих слов стукнул себя в грудь:

– Не убивал я Наташку.

Нина Николаевна прикурила от конфорки и мрачно сказала:

– Я тебе всегда говорила: наживешь ты с ней неприятностей.

– Мама…

– Что, мама? Вертихвостка она, твоя Наташка. Все красивые бабы вертихвостки. – Нина Николаевна замолчала, задумчиво глядя на сына. – Тебе надо исчезнуть на некоторое время.

Валерка удивился:

– Да куда исчезнешь, менты везде найдут.

Но Нина Николаевна только махнула рукой, настолько возражения сына показались ей неубедительными.

– Есть еще, слава богу, места, где можно затеряться. Ты там пересидишь, а я тут выясню, что да как.

– И долго мне там сидеть? – поинтересовался Валерка, не скрывая своего нежелания прятаться. Ведь мать, она такая, уж если что решит…

– Сколько надо! – властно сказала Нина Николаевна. Сейчас в ней говорил руководитель, привыкший управляться с мужиками, и мать этого непутевого сына. Победило женское начало, и она сказала уже мягче:

– Да пойми ты, это же для твоего блага. Сейчас я позвоню одному человеку, и от его решения будет зависеть твоя судьба. Если он согласится помочь, считай, ты от ментов спасен. Ни одна собака тебя не достанет там.

Ничего не говоря, она вышла из кухни, оставив Валерку в раздумье, кому собирается звонить. Он мысленно стал перебирать тех ее знакомых, которых знал. Потом бросил это занятие. Слишком много их оказалось. Утомительно для мозгов.

Прошло минут пять, и мать вернулась повеселевшая:

– Кажется, все нормально. Я договорилась. Быстро одевайся. Сейчас он приедет за тобой и отвезет тебя туда, где менты и не станут искать.

Валерка раскрыл рот и выронил сигарету:

– Ты что? Сейчас? Ночью?

– Именно сейчас! Одевайся, живо.

– Но я хочу спать. Я устал. Неужели нельзя подождать до утра?

Нина Николаевна посмотрела на сына, как на законченного идиота.

– Ты что, дурак? Или только прикидываешься? Тебя ищет милиция. У меня нет гарантии, что до утра они не придут за тобой. Поэтому одевайся как можно быстрее, и пошли. Он скоро подъедет к соседнему дому. Ты сядешь в его машину. Понял? – спросила она сухо. Рассердившись на непонятливого сына, она проявила качества руководителя. Попробовал бы Валерка воспротивиться ее решению.

– Мне домой не звони. Я сама буду тебе звонить. И не волнуйся так, не трясись. Противно даже. Все будет нормально. Он мой хороший знакомый. Человек надежный.

Валерке оставалось только вздохнуть. Мать не убедила его, а предстоящая неизвестность действовала угнетающе.

Нина Николаевна торопила сына, видя, что он не торопится.

Они вышли на улицу, и она кивнула в сторону соседнего дома:

– Видишь, «жигуленок» стоит?

– Вижу, – нехотя ответил Валерка.

– Он уже ждет тебя. Иди. – Сама мать к машине не пошла. Сунула Валерке в карман небольшой бумажный сверток. – Это отдашь ему. Понял меня? Ну, иди! Не теряй время…

Валерка пошел, а она стояла в тени деревьев возле подъезда и смотрела ему вслед. Тревожно что-то было на сердце у Нины Николаевны. Уже впору бы и не отпускать сына. Да как вернешь, когда закрутилось все по воле судьбы, а она у каждого своя. Кому – радость, а кому – горе.

* * *

В последнее время жизнь для Оксаны Тумановой стала сущим кошмаром.

Еще в школе она заметно выделялась среди своих подруг, была девочкой яркой, симпатичной, что не оставляло ее без мужского внимания.

Ей не было еще восемнадцати, когда известный модельер, случайно увидев ее в киноцентре, предложил поработать в его студии.

Оксана с готовностью приняла это предложение. Во-первых, хотелось удовлетворить собственное самолюбие, а во-вторых, поиграть на нервах у подружек. Не каждой такое счастье выпадает. Пусть лопнут от зависти. Ко всему прочему, работа в студии – это неплохой заработок.

Но очень скоро Оксана поняла, что не за одни выходы на подиум Егор Лисин платит ей приличные «бабки». Сначала намеками, а потом и в откровенном разговоре Лисин объяснил, что именно от красивой девушки требуется.

Оксана, не раздумывая, отослала прыщавого сорокалетнего модельера куда подальше. Тот не остался в долгу и вышвырнул ее из студии.

А лучшая подруга назидательно нашептывала на ушко:

– Дура ты, Оксанка. Тебе что, тела своего жалко? Ну не нравится он тебе, черт с ним. Глаза закрой и лежи себе. Я всегда так делаю, когда мужское хамло не нравится. Зато все было бы в порядке. Подумаешь, переспать с ним? Да если хочешь знать, я за ночь могу и с тремя, и с пятью. Лишь бы платили. А чего? Жить-то как-то надо. Не на стройку же идти.

Но Оксана не прислушалась к совету подруги, понадеялась на удачу. Ведь она красивая. Только что с нее, с красоты, толку?

Два раза она принимала участие в конкурсах красоты. Занимала первые места. Но карьера красавицы закончилась, как в случае с модельером.

И опять подруга наставляла:

– Ты, Оксанка, ищешь сама не знаешь чего. Не можешь использовать себя с толком.

В результате долгих скитаний попала Оксана в парикмахерский салон, где и проработала всего полгода. И плюнула. Стала поумней. Опять благодаря совету подруги. И денежки пошли к ней. Иной раз за ночь выходило по двести баксов. Поди кисло! И делать ничего особенного не надо, только приласкай получше двуногих кобелей.

Потом Оксана случайно познакомилась с Яковом Исаевичем Шавранским. Яков Исаевич – ювелир. Денег – куры не клюют. И как мужчина еще ничего. Многого от Оксаны не требовал. Встречались у него на квартире раза три в месяц. Зато за каждую ночь расплачивался он щедро. Теперь Оксана могла жить безбедно, а главное – свободно. При деньгах легко удовлетворить свой сексуальный аппетит с хорошим мальчиком. Что она иногда и делала.

Но ничего не бывает вечного. Эта истина стара, как сам мир.

Благополучие и независимость Оксаны закончились так же внезапно.

Пожилой ювелир вдруг взял и скончался, чем обрек девушку на глубокую скорбь. Не по нему, старому идиоту. По красивой жизни. Пришлось идти удовлетворять разношерстных предпринимателей, жмотов, которые не такие щедрые, как Яков Исаевич. За сотню «деревянных» выжимают ее каждый раз, словно лимон.

* * *

В этот вечер Оксана припозднилась. На такси доехала до новостройки.

Рядом с домом, в котором она купила себе однокомнатную квартиру, строили две многоэтажки. Для тех, кто жил в новом доме, было страшное неудобство в этом строительстве.

Кругом грязь, кучи мусора, глубоченные ямы – упадешь, башку сломаешь, – и еще полно всякой дряни.

Оксане оставалось пройти до дома метров сто, может, чуть больше. А там горячая ванна и постель. Но первым делом обязательно смыть с себя грязь от этих уродов. Всю до капельки.

Она шла быстро. Тут всегда темно, хотя случаев грабежа вроде еще не было. И вдруг услышала: за ней кто-то шел!

Оборачиваться не стала, чтоб не нагонять на себя страха. Это чувство сейчас ни к чему. Да и мало ли, ну идет какой-то человек, припозднился, как и она. Что в этом такого?

Но странное дело, Оксана всем своим существом ощутила опасность. Как будто холодок стелился по земле, касаясь ее ног, заползая под юбку.

До дома уже недалеко. Жаль, ни у кого в окнах не горит свет. Тогда было бы чуточку повеселее, не так страшно. А страх можно изгнать. И Оксана попыталась внушить себе, что все должно быть хорошо. И будет. Денег у нее почти нет. Всего штука «деревянных». Оксана их отдаст, если что. Жизнь дороже. В крайнем случае можно отдать и сумочку. Если будут грабить – пусть забирают вместе с сумочкой.

Не хотелось бы только изнасилования. Эти внезапные связи с уличной шантрапой не всегда проходят без последствий для женщин. Неохота бегать к венерологу.

7
{"b":"175485","o":1}