ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Инга с сомнением посмотрела на кастрюлю, с неудовольствием на Лильку, а потом на меня.

– Чего же ты сразу не сказала?

– А у меня было время? – съязвила я. – Момент был неподходящим. Твоя сестрица мне чуть мозги не вышибла. Тут что угодно забудешь.

– Как это? – удивилась Лилька. Теперь страшные глаза сделала мне Инга.

– Так это, – отмахнулась я. – Несчастный случай. Девочка играла и случайно толкнула меня. Я шибанулась головой об угол. Иди, поставь голубцы в холодильник.

– Они ж горячие, – возразила Лилька.

– Тогда на стол… Так что, извини, Инга, но мы уже договорились с Лилей и…

– Подумаешь, делов-то, – фыркнула Инга. – Пусть Лиля с нами едет.

– Куда? – высунула из кухни голову Лилька.

– К нам на праздник. Будет очень весело, – пообещала Инга, и в ее словах я почему-то усмотрела дурное предзнаменование.

– Это, наверное, неудобно, – робко возразила я, сообразив, что остаюсь в меньшинстве. – Лиля там никого не знает, будет стесняться…

– Неудобно на потолке спать, – хохотнула Лилька. – Всегда мечтала приобщится к сливкам общества. А приличные мужики там будут?

– Сколько хочешь.

– Эх, я как чувствовала, парадный лифчик надела, – обрадовалась начальница и, увидев, что я стою столбом, гаркнула: – Чего стоим, кого ждем? Иди, собирайся!

– А голубцы? – вздохнула я.

– Завтра сожрем, ни фига им не сделается.

Поняв, что деваться мне некуда, я пожала плечами и пошла одеваться.

Дом Левиных был ярко освещен. Звери, выстриженные из деревьев, сверкали разноцветными лампочками, причем кто-то остроумный вставил красные фонари им в глаза и пасти, отчего кусты приобрели зловещий вид, еще больше напомнив мне двор отеля «Оверлук». Возможно, именно поэтому я заранее решила, что ничего хорошего из этой поездки не выйдет. Лилька подпрыгивала на сидении и вертела головой, как ребенок, впервые попавший в Дисней-ленд.

– Живут же люди, да, Алис? – хмыкнула она, ткнув меня локтем в бок. Я не ответила. Сидевшая на переднем сидении Инга холодно ухмыльнулась.

На крыльце курили несколько мужчин, облаченных в костюмы и галстуки, и две дамы в вечерних платьях, обтягивающих пышные телеса. С Ингой они поздоровались приветливо, но равнодушно. Нас мужчины смерили заинтересованными взглядами. Лилька приосанилась и глупо улыбнулась. По ее мнению, эта улыбка должна была казаться загадочной. Я не стала ее разубеждать. С неба падал снег, колючий и сырой. Мне было холодно в туфлях на шпильках, и я желала скорее войти внутрь дома.

В холле нас встретила Марина, на которую мы сгрузили свои шубы. Лицо горничной было смертельно усталым, на посиневших висках выступила испарина, измученный взгляд молил о пощаде. Я сочувственно улыбнулась ей, но Марина не отреагировала. Ее стылый взгляд напоминал рыбий: мертвый и неподвижный.

В гостиной, невероятным образом расширившейся вдвое, было несколько круглых столиков, за которыми сидели наряженные и уже изрядно нетрезвые люди. Я даже не сразу сообразила, что драпировки, закрывавшие в прошлый раз не только окна, но и стены, исчезли. За ними оказались двери, раздвинутые во всю ширь, как в японских жилищах, открывавших громадное помещение, заставленное кадками с украшенными мишурой и игрушками растениями. Подсвеченные зеркала в углах гостиной создавали совершенно инфернальное впечатление громадного изломанного пространства. Наряженная ель казалась лохматым чудищем, вывалявшимся в куче конфетти.

На столиках гостей угощения было немного. Рядом с елкой стоял другой стол – стол-монстр, как в шикарных отелях, опоясывавший елку красным кольцом. От изобилия блюд рябило в глазах. Венчала это варварское великолепие ледяная скульптура в виде диковинного цветка. В его слегка подтаявшей чаше переливались красными бочками ягоды клубники, торчали пушечными стволами горлышки бутылок шампанского.

Выглядело все это великолепно, но от ярких, сверкающих граней, блесток и мишуры мгновенно зарябило в глазах, а в висках вспыхнула острая боль. Я огляделась в поисках хозяев. Тамара, в платье из странного зеленого материала, и Андрей в сером костюме, стояли в центре зала с бокалами в руках, с вежливыми улыбками принимая дары от гостей. Настя, одетая в розовое платьице, напоминавшее кремовый торт, вертелась тут же. Льва Борисовича нигде не было видно. Андрей увидел нас с Лилькой и приветственно замахал руками.

– С новым годом, – сказала я, сунув Левиным пакеты с подарками. Тамара улыбнулась, и, взяв пакеты, передала их подоспевшему юноше, одетому в дешевый фрак, даже не попытавшись заглянуть внутрь.

– Алиса, я так рад, что вы пришли, – сказал Андрей и целомудренно чмокнул меня в щеку, однако его рука задержалась на моей талии чуть дольше дозволенного приличиями. Настя дружелюбно скалилась мне снизу. Я улыбнулась в ответ, убедив себя, что передо мной совершенно нормальный ребенок. Лилька сопела в спину рассерженным бегемотом.

– Вы помните Лилию? Она была у меня в гостях, Инга пригласила ее на праздник, – быстро сказала я. Лилька так поспешно шагнула вперед, что Андрей невольно отпрянул. Улыбка на губах Тамары стала более официальной.

– Добрый вечер, – чарующим голосом произнесла Лилька. – Надеюсь, я вас не стесню?

– Разумеется, нет, – улыбнулась Тамара. – Было бы крайне неудобно оставить гостя. Инга, попроси усадить наших гостей. Лилия, Алиса – располагайтесь. Вечер только начинается. В полночь будет фейерверк.

Повинуясь приглашающему жесту очередного юноши во фраке, мы отошли в сторону, освободив место для новых гостей. Происходящее слегка позабавило меня. Юноша отвел нас к самому дальнему столику, помог нам сесть, и, поклонившись, удалился.

– Версаль, – прокомментировала Лилька. – Я это видела в фильмах о высшем обществе. А почему нас усадили так далеко?

– Рылом не вышли, – коротко сказала я. Рядом материализовался официант, быстро протараторил меню и, выслушав наши пожелания, испарился.

– Скажу тебе по секрету, мне тут очень нравится, – сообщила Лилька, оглядывая зал. – Глядишь, попадется банкир на выданье, а я тут как тут. А тебе как?

– А мне не очень, – призналась я.

– Чего так?

– Не знаю. Просто в Париже я в разных домах бывала, да и прежде жила… несколько в иных условиях. Это они пока трезвые банкиры, олигархи и сливки общества. Помяни мое слово, нажрутся, будут по люстрам палить и блевать с крыльца в память о пролетарском прошлом.

– Злая ты, – констатировала Лилька.

– Я добрая. А тебе мой совет: видишь вон ту девочку в розовом платьице?

– Ну?

– Гну. Держись от нее подальше. Она… того… развита слегка наискосок. Вилками кидается.

– И чего ее без намордника выпустили?

– Да тут где-то ее цербер должен быть, но что-то я его не вижу… В общем, я тебя предупредила.

– Понял, не дурак, – кивнула Лилька, но, по-моему, тут же забыла о моем предостережении. К нам подошли двое элегантно одетых мужчины лет сорока, от которых за версту несло деньгами и даже как-то неразборчиво представились. Лилька тут же поплыла и стала отчаянно строить глазки обоим. Я не возражала. У одного на затылке намечалась плешь, у второго галстук лежал на животе почти параллельно полу.

Из динамиков неслась музыка. Лилька глупо хохотала и томно закатывала глаза в ответ на сальные шуточки мистеров Твистеров, миллионеров, бывших министров и прочего, список регалий прилагается.

Не угодно ли мадам пройти в номера?

Лилька, кажется, была готова на все. Я холодно улыбалась, отвечала односложно, разглядывала зал, выискивая знакомые лица. Инга сидела через два столика от меня с давешним блондином, партнером по танцам. Парень что-то рассказывал, но, судя по отрешенному лицу, она не слушала. Ее взгляд блуждал по залу, словно она тоже кого-то искала. Андрей и Тамара сели за столик, откуда поднимались, приветствуя гостей уже не так активно. Гомон веселых голосов усиливался под влиянием алкоголя. Из всех углов доносился смех, женский визг и бас какого-нибудь гуляки, умудрившегося переорать всех.

31
{"b":"175492","o":1}