ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

(1865?)

«Не хочу морозной я…»

Не хочу морозной я
Вечности,
А хочу бесслезной я
Младости,
С огненным желанием,
Полной упованием
Радости.
Не лавровой веткою
Я пленен,
Миртовой беседкою
Окружен;
Пусть бы ненавистную
Ветку кипарисную
Ждал мой сон.

(1865?)

Из Мерике

«Будь, Феокрит, о прелестнейший, мной упомянут с хвалою…»

Будь, Феокрит, о прелестнейший, мной упомянут с хвалою.
Нежен ты прежде всего, но и торжествен вполне.
Ежели граций ты шлешь в золотые чертоги богатых,
Босы они, без даров, снова приходят к тебе.
Праздно сидят они снова в убогом доме поэта,
Грустно склоняя чело к сгибу остывших колен.
Или мне деву яви, когда в исступлении страсти,
Юноши видя обман, ищет Гекату она.
Или воспой молодого Геракла, которому служит
Люлькою кованый щит, где он и змей задушил.
Звучен триумф твой! Сама тебя Каллиопа венчает;
Пастырь же скромный, затем снова берешь ты свирель.

(1864)

«Как красив на утренней заре…»

Как красив на утренней заре
Птичий след по снегу на горе!
Но красивей милая рука
Мне чертит письмо издалека.
В небеса высок у цапли взлет:
Ни стрела, ни пуля не доймет;
Во сто раз и выше, и быстрей
Мысль летит к избраннице своей.

(9 августа 1888)

Покинутая девушка

Чуть петухи кричать
Станут зарею,
У очага стоять
Мне над золою.
Брызжут с огней моих
Искры, — невольно
Я загляжусь на них…
Станет так больно…
Вот срель мечты моей
Помысл явился,
Что эту ночь, злодей,
Ты мне приснился, —
Слезы текут ручьем…
Вот показался
День за минувшим днем…
Хоть бы кончался!

(13 августа 1888)

Из Гейне

«Из слез моих много родится…»

Из слез моих много родится
Роскошных и пестрых цветов,
И вздохи мои обратятся
В полуночный хор соловьев.
Дитя, если ты меня любишь,
Цветы все тебе подарю,
И песнь соловьиная встретит
Под милым окошком зарю.

1841

«Лилею, розой, голубкой, денницей…»

Лилею, розой, голубкой, денницей
Когда-то и я восторгался сторицей.
Теперь я забыл их, пленяся одною
Младою, родною, живою душою.
Она, всей любви и желаний царица,
Мне роза, лилея, голубка, денница.

(1857?)

«Ланитой к ланите моей прикоснись…»

Ланитой к ланите моей прикоснись, —
Тогда наши слезы сольются,
И сердцем теснее мне к сердцу прижмись, —
Огнем они общим зажгутся.
И если в тот пламень прольются рекой
Те общие слезы мученья, —
Я, крепко тебя охвативши рукой,
Умру от тоски наслажденья.

1842

«Дитя, мои песни далеко…»

Дитя, мои песни далеко
На крыльях тебя унесут,
К долинам Гангесова тока:
Я знаю там лучший приют.
Там, светом луны обливаясь,
В саду всё зардевшись цветет,
И лотоса цвет, преклоняясь,
Сестрицу заветную ждет.
Смясь, незабудкины глазки
На дальние звезды глядят,
И розы душистые сказки
Друг другу в ушко говорят.
Припрянув, внимания полны,
Там смирно газели стоят,
А там, в отдалении, волны
Священного тока шумят.
И там мы под пальмою младою,
Любви и покоя полны,
Склонившись, уснем — и с тобою
Увидим блаженные сны.

1842

«Как из пены вод рожденная…»

Как из пены вод рожденная,
Друг мой прелести полна:
Ведь, другому обрученная,
Ты пред ним сиять должна.
Сердце, ты, многострадальное,
На измену не ропщи,
И безумие печальное
Ты оправдывать ищи.

1857

«Я не ропщу, пусть сердце и в огне…»

Я не ропщу, пусть сердце и в огне;
Навек погибшая, роптать — не мне;
Как ни сияй в алмазах для очей,
А ни луча во мгле души твоей.
Я это знал. Ведь ты же снилась мне;
Я видел ночь души твоей на дне,
И видел змей в груди твоей больной,
И видел, как несчастна ты, друг мой.

1857

«Да, ты несчастна — и мой гнев угас…»

Да, ты несчастна — и мой гнев угас.
Мой друг, обоим нам судьба — страдать.
Пока больное сердце бьется в нас,
Мой друг, обоим нам судьба — страдать.
Пусть явный вызов на устах твоих,
И взор горит, насмешки не тая,
Пусть гордо грудь трепещет в этот миг, —
Ты всё несчастна, как несчастен я.
Улыбка горем озарится вдруг,
Огонь очей слеза зальет опять,
В груди надменной — язва тайных мук,
Мой друг, обоим нам судьба — страдать.
117
{"b":"175499","o":1}