ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

5. ПО ДОРОГЕ НА ВОЙНУ

Холодно.
Холодно.
Холодно.
По снегу, по лесу
едем мы
до полуночи с полудня
на войну, как к полюсу.
А когда мы остановились,
стало томительно с непривычки.
Нас стали разводить по домам.
Мы обшарили стены, обчиркали спички,
покамест дверь не открылась сама.
Мы вошли, от тепла онемев,
и холод пролез за нами.
Сняли заиндевелые каски.
                                              Они, загремев,
устроились рядом с домашними чугунами.
Нас за стол посадила хозяйка.
                                                     А мы
ложки отыскали за голенищами.
Слушали говор карелов,
                                             услышали: ищет
нас за темными окнами
                                             непогода зимы.
А когда отошли, оттаяли, отогрелись,
прочли на стеклах:
                               мороз до пятидесяти!
Разговорились:
«И как это терпят в Карелии!
Не война бы — так нам
                                          ни за что и не вынести!..»
— «Что, морозно?»
— «Да так, ничего», — отвечаем.
Появился старик
(он спал в другой комнате)
и сказал,
               что морозец к утру покрепчает.
«Переночуете, может?
Куда вы!
Замерзнете!»
А пока мы молчали обиженно
и в тишине вьюга стала заметней,
карел хвалился широкими лыжами
давности тридцатилетней.
А потом рассказал о таком холоде,
который, пожалуй, больше не повторится.
«Было это
                   назад за тридцать,
в лесу и сейчас
                            есть сосны расколотые.
Много было всяких морозов потом,
но не было более сильного.
Тогда,
                 в такую же полночь,
                                                        в наш дом
привели русского ссыльного.
Мороз ему щеки дорогой выжег,
выбелил голые пальцы,
он все-таки вынес,
                                 выжил,
                                               не сдался.
Вот это —
                  его лыжи.
А ведь не на войну шел!
                                              И не такое на нем…»
Но мы уже каски отыскивали,
а за окнами, между машинами рыская,
уже помахивали фонарем.
Мы прощались.
«Прощайте,
                        прямого пути!
Я пожелаю вам лучшего самого:
после войны
                          вам к ссыльному моему подойти», —
и показал на сосновую стенку глазами.
Мы застыли у порога,
                                       удивлены
глазами в очках, знакомыми,
                                                  и бородкою клином.
Смотрел на нас
Михаил Иваныч Калинин.
Мы подумали:
«Что ж
              это было в начале
                                                 нашей войны!»
1940

6. ФРОНТОВЫЕ СТИХИ

Если б книгу я выдумал,
                                       где описал бы подробно:
крови цвет на траве,
                                     цвет ее на земле,
                                                                    на снегу,
вид убитого парня
                                на черном снегу
                                                              у разбитого дома;
описал бы подробно,
                                      как смерть
                                                           помогает врагу,—
если б книгу такую
                                      я назвал
                                                     «Фронтовыми стихами»
и она превратилась бы
                                              в тонну угластых томов,
то она пригодилась бы фронту:
глухими ночами
ею печь в блиндаже
                                       разжигал бы
                                                                   сержант Иванов.
Вот он печь растопил, мой сержант Иванов,
                                                                                и не спится,
руки греет над ней,
                                       удивляется, —
                                                                      ночи глухи!
На простор снеговой
                                       загляделась большая бойница,
месяц ходит вокруг…
Это есть фронтовые стихи!
Вот сержант Иванов
                                       письма пишет на противогазе:
как живет,
                  где живет,
                                      что дела и харчи неплохи,
что пора бы домой,—
                                      «ждешь меня?
                                                                 Обращаюсь с наказом:
Ты себя береги!..»
Это есть фронтовые стихи!
Вот сержант Иванов
                                          в атаку выводит пехоту.
Сам в цепи.
                          И бегут, выдвигая штыки.
Пот стирает с лица Иванов
                                               (он устал от тяжелой работы),
улыбнулся друзьям…
Это есть фронтовые стихи!
Вот Иваново-город.
                                      Снег идет, темновато.
В клубе «Красная Талка» собранье.
                                                             Ткачихи тихи.
Иванова, ткачиха,
                                 читает письмо от сержанта,
все встают и поют…
Это вот фронтовые стихи!
Фронтовые стихи — это чувство победы,
                                                                           такое,
что идут и идут неустанно
                                             на подвиг и труд.
Все — туда,
                    где земля
                                     стала полем великого боя,
иногда умирают там.
                                   Главное — это живут!
1943
15
{"b":"175505","o":1}