ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

130. «В Неопалимовском ночном…»

В Неопалимовском ночном
ледок похрустывает гулко.
О неприкаянном одном
забыли окна переулка.
Живу за тридевять земель,
сквозь зиму вижу еле-еле,
и замела теперь метель
мои далекие недели.
Я спрашиваю:
                           «Есть?»
                                    — «Жок, жок!»
смеется милая казашка.
Нет писем.
На душе ожог.
Опять и сумрачно и тяжко.
Через Актюбинск, Кулунду
в мечтаньях ночи коротаю,
в Неопалимовский иду,
как снег, к ногам твоим спадаю.
Все подозрения простил,
увидев в отсвете из окон,
как след твой узенький простыл,
как робок он,
как одинок он!
Но вдруг приснится рядом след
и ты под тяжкою рукою.
И вот уж снова сладу нет
с неразберихою такою.
Неопалимовский, прости.
Лечу, морозом опаленный,
обдутый ревностью в пути
и жаждою неутоленной.
1969

131. «Стихи меня взорвут когда-нибудь…»

Стихи меня взорвут когда-нибудь.
Как мне от них
                         в себе
                                    освободиться,
улыбкой озарить родные лица
и самому легко передохнуть?..
Не отреченье,
                           не леченье, нет, —
стеченье лет под ложечкой, у вдоха,
комок стихов, заполонивших свет.
Прошу я,
потерпи.
Мне просто плохо.
Пока запоминаю наизусть,
будь терпеливой,—
                                не легко, наверно.
Не верю в счастье,
радостей боюсь,
притормозил дыханье суеверно.
Ревную к тени, к призраку вины,
к слезам твоим,
                               и к улице, и к дому,
к себе,
к тому,
                 пришедшему с войны
с улыбкой,
бесшабашно молодому.
Всё жадничаю,
                          жажду,
                                     вечно жду
и при тебе
всё о тебе тоскую,
как будто бы я на весеннем льду
ежеминутно головой рискую.
Я знаю —
                      весь —
в терпении твоем.
Смахни с меня неверия, как тени.
Узнавший одиночество вдвоем,
я славил одиночество со всеми.
Вот-вот передохну,
                                  почти живу, —
теснят слова высокого свеченья.
Прошу тебя.
Люблю тебя.
Зову.
Как труден он для нас,
                                        вздох облегченья!
1972

132. СКАЗКА ПРО АИСТОВ

1
                Я шептал: «Повторись!»
                Просил: «Повторись вся как есть!..»
                Хотел, чтоб на свете земном
                                                                    ты опять повторилась,
Хотел через годы тебя на руках перенесть,
чтобы снова взошла,
чтобы снова в себя претворилась.
Повторись
                   и явись,
                              как является новый рассвет.
«Повторись!» —
клокотала у горла веселая жадность.
Так не может случиться, чтобы ты не умножилась, нет,
не могло же так быть,
                                чтоб не длилась ты,
                                                                       не продолжалась.
Прямо снилось и чудилось,
                                           будто бы мне довелось
твой крик новорожденный слышать
                                                             и первое слово,
лицо твое видеть,
                               родное от смеха до слез,
и за руку брать,
                           и вести тебя,
                                            школьницу снова.
Просил: «Повторись»,
                                       чтобы все осветились пути
твоей нескончаемой тихостью и добротою,
которую долго искал без тебя
                                                     и не мог я найти,
той самой,
которой и сам-то, наверно, не стою.
Я вызвал тебя,
                          ты откликнулась,
                                                            вышла за мной.
Вода и земля нам нужны были для сотворенья.
Я взял мою землю
за гриву полыни степной.
Волжские волны спели нам песнь повторенья.
2
Я вспомнил про сказки,
                                         стал их скликать на совет,
хорошо, что я вспомнил про них
                                                        и позвал без опаски.
Хорошо,
                   что,
                          наученный лживостью пройденных лет,
я вдруг обнаружил,
                                 что верю
                                                   в хорошие сказки!
Сказка про аистов вспомнилась!
                                                             Аисты где?
Аисты! Аисты!
                         Но уже сентябрило.
Аисты двинулись к нильской далекой воде.
Аисты! Аисты!
Даль отзывалась бескрыло.
Я в Шереметьево сразу,
                                            на аэродром,
отложил сигареты,
ремнем опоясался гибко,
взмыл меня в небо аэрофлотовский гром.
В полночь уже опустил
над огнями Египта.
55
{"b":"175505","o":1}