ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В узком лифте, обслуживающем этажи этой небольшой гостиницы, Никки нажала на последний.

— Если заказ был сделан неделю назад, — сказала она, — значит, похищение Джереми было спланировано заранее.

Себастьян в знак согласия кивнул.

— Так и есть. Но зачем они пошли на риск и вскрыли мой счет, чтобы заказать нам эту гостиницу?

— Может быть, они все же хотят потребовать выкуп? — предположила Никки. — Вскрыв твои счета, они точно узнали размеры твоего состояния, а значит, поняли, сколько могут с тебя потребовать.

Лифт остановился на последнем этаже, они открыли дверь своего номера и оказались в просторных апартаментах с высоким сводчатым потолком мансарды.

— Могли бы выбрать и поскромнее, — заметила Никки, надеясь шуткой смягчить терзающее их беспокойство.

Королевская кровать, ванна на ножках в ванной комнате, стены в пастельных тонах. Оформленная со вкусом комната дышала старинным очарованием, воспроизводя обстановку мастерской богемного художника: дощатый пол, большое овальное зеркало, небольшой балкончик, выходящий в сад.

Но самым очаровательным был в этой комнате свет. Он едва пробивался сквозь плети плюща и ветки деревьев, золотя комнату. Трудно было поверить, что ты в гостинице, скорее было похоже, что гостишь у друзей-эстетов, которые на каникулы предоставили тебе свое секретное убежище.

Они вдвоем вышли на балкон, внизу под ним расстилался небольшой сад, а с балкона открывался завораживающий вид на Париж. Весело щебечут птицы, ветер шуршит листвой.

Но очарование города, простиравшегося у их ног, не заворожило Никки и Себастьяна. Осенняя ласковость не умерила тревоги.

— Что предпримем теперь? — спросил Себастьян.

— Не знаю. Думаю, что они не вызвали бы нас сюда, если бы не хотели пообщаться, так ведь?

В надежде найти какое-нибудь сообщение они проверили мобильники, осведомились о звонках на ресепшн, внимательно осмотрели комнату. Ничего.

Прошло полчаса, и ожидание сделалось невыносимым.

— Поеду на «Барбес», — решил Себастьян, надевая пиджак.

— Я с тобой. Не возражай, я с ума сойду одна в этой комнате.

— Нет. Ты же сама сказала: вполне возможно, они хотят вступить с нами в контакт.

— Но мы же договорились быть всегда вместе, — умоляюще проговорила Никки.

Но Себастьян уже закрыл за собой дверь.

24

Нью-Йорк

Полицейский участок № 87

Автомат налил Сантосу очередной стакан кофе. Солнце над Бруклином еще не взошло, а Сантос пил уже третью порцию. В какой уже раз ночь выдалась беспокойной: ограбления, насилие в семье, воровство в магазинах, убитые проститутки… Вот уже десять лет подряд средства массовой информации уверяют, что Нью-Йорк — очень спокойный город, где не существует опасностей. Для Манхэттена, может быть, это и верно, но что касается предместий…

Из-за недостатка места в камерах коридор, где стоял автомат с напитками, походил на центр для беженцев: на скамейках арестованные в наручниках, жмутся, как сардины в банках, свидетели, все стонут, жалуются, кутаются в жалкую одежонку. Освещают коридор мигающие и зудящие неоновые лампы. Гул голосов, тяжелый удушливый запах. Нервы у всех напряжены, все на пределе.

Сантос убежал из этого ада к себе в кабинет. Он ненавидел грязный шумный участок и не собирался именно здесь закончить свою карьеру. Не лучше был и его кабинет, тесный, плохо изолированный, мало приспособленный для работы, с окнами, выходящими в жалкий дворик. Он сделал глоток кофе, больше похожего на пойло, откусил кусок зачерствевшего пончика и с трудом проглотил.

Швырнул надкушенный пончик в корзину и набрал номер лаборатории, которая занималась анализом наркотических веществ. Лаборант подтвердил — интуиция Сантоса не обманула, — порошок, который он нашел в квартире Никки, это кокаин. Лоренцо отложил папку в сторону и, воспользовавшись тем, что был на линии, попросил соединить его с отделом криминалистики.

На протяжении тех лет, что Сантос работал в полиции, он сумел обзавестись множеством чем-то обязанных ему и дружественно настроенных людей. В огромном многообразном созвездии полицейских служб у него было немало друзей, с которыми он мог в пять минут поговорить напрямую. Сантос не задумываясь тоже помогал, если было чем. Таким уж он уродился. Помогал совершенно бескорыстно, но приходило время, и он собирал плоды своего бескорыстия.

— Тинкер слушает.

Ганс Тинкер, один из ведущих экспертов-криминалистов научного подразделения полиции, был, возможно, самым ценным из друзей Сантоса. Два года назад помощники Сантоса совершенно случайно загребли старшего сына Тинкера — паренька в разгаре подростковых проблем — с немалым количеством наркотиков. Ежу было понятно, что дурачок не только балуется зельем у себя в комнате, но и снабжает им приятелей. Сантос закрыл тогда на это глаза и не стал заводить дела. Тинкер до сих пор был ему за это безмерно благодарен.

— Привет, Ганс! Есть новости по части двойного убийства в моем квартале?

— Работаем и, похоже, долго будем еще работать. На месте преступления миллион отпечатков, будем делать генетические анализы.

— Это-то я понимаю. Но хотелось бы узнать поскорее хоть что-то об отпечатках на ноже Ка-Ваг, осколке зеркала и бильярдном кие.

— Как раз эти результаты уже есть. Пришлю тебе отчет часа через два.

— Не трудись, не стоит. Сбрось в самом общем виде по почте. Хочу побыстрее отправить их в Систему идентификации по отпечаткам пальцев.

Держа ноутбук под мышкой, Мадзантини постучался в стекло, а потом, приоткрыв дверь, просунул голову в кабинет. Помощник подождал, пока начальник положит трубку, и объявил:

— Есть новости, лейтенант. Можно установить, откуда был сделан звонок на 911. Послушайте-ка.

Он поставил на стол ноутбук и дал прослушать запись. Она была очень короткая. Слышен был мужской голос, человек был явно в панике, отказался назвать фамилию, но потребовал срочно прислать «Скорую помощь» по адресу «Бумеранга».

«Там человек в агонии! У него на теле ножевые раны! Приезжайте срочно! Срочно!»

— Странно, что он сообщил только об одном умирающем, согласны? — спросил Мадзантини.

Сантос не ответил. Он уже слышал где-то этот голос и пытался понять где.

— Мы установили, с какого телефона сделан звонок, — продолжал помощник. — Телефон принадлежит Себастьяну Лараби. Это богатый скрипичных дел мастер, живет в Верхнем Ист-Сайде. Я посмотрел его дело. Чист, словно снег. Была одна мелочь еще в студенческие годы, сопротивлялся дорожной полиции, которая остановила его за превышение скорости. Думаю, он и не подозревает, что на него в те времена было заведено дело.

Теперь Сантос понял, где слышал этот голос.

— Посылаю команду, чтобы арестовать его, так, патрон?

Сантос молча кивнул. Он знал, что Себастьян Лараби уже в Париже, но ему нужно было время на размышление.

— О'кей, посылайте, — распорядился он и закрыл за Мадзантини дверь. Потом подошел к окну и застыл, глядя в пустоту. Новость его ошеломила. Как мог Себастьян Лараби оказаться замешанным в убийстве хозяина «Бумеранга»? Его размышления прервала коротенькая мелодия, уведомив, что он получил послание по электронной почте. Сантос уселся перед экраном и посмотрел, что пришло. Тинкер прислал материал для идентификации отпечатков пальцев.

Ребята из отдела криминалистики даром хлеб не ели, все сделано по высшему разряду: дактилограммы четкие, готовые для использования. Сантос перебросил их на свой жесткий диск и вышел на сайт Объединенной автоматической системы идентификации по отпечаткам пальцев. Следователи нью-йоркской полиции имели прямой доступ к базам данных ФБР и к этому их подразделению тоже. Золотая жила: более семидесяти миллионов человек, взятых на заметку, арестованных или получивших приговоры на территории Соединенных Штатов. Сантос начал с отпечатков, оставшихся на рукоятке боевого ножа. Ввел данные, нажал на поиск, база данных была проверена со сверхзвуковой скоростью. Выскочила иконка:

21
{"b":"175523","o":1}