ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Они упорно продолжали идти по пляжу, пробираясь между игроками в футбол и пляжный волейбол. Из-за обилия купальщиков пляж напоминал подиум с коллекциями нижнего белья и купальников. Ипанема дышала чувственностью. Воздух насыщала эротика. Гибкие, с пышными формами купальщицы в узких бикини выставляли напоказ высокую грудь и покачивали бедрами, а бронзовые мускулистые серфингисты любовались ими.

Никки и Себастьян добрались до поста № 9, судя по всему, самой элитной части пляжа, где собиралась золотая молодежь Рио.

— А мы, — решительно заявила Никки, — ищем прекрасную полуобнаженную блондинку по имени Флавия, которая подает коктейли в баре под названием…

— «Кашаса», — подсказал Себастьян, указывая на красивый павильон.

Они направились к бару. «Кашаса» — элитное пляжное заведение, где богатая публика в парео с брендами и темных очках-стрекозах потягивает мохито за 60 реалов, слушая ремиксы басановы и разглядывая официанток, а те все как на подбор: двадцати лет, фигуры манекенщиц, мини-шорты, макси-декольте.

— Hello! My name is Betina. May I help you?[62] — обратилось к американцам одно из этих удивительных созданий.

— Мы ищем одну девушку, — объяснила Никки, — ее зовут Флавия.

— Флавию? Да, она здесь работает, но сегодня ее нет.

— А вы не знаете, где она живет?

— Нет, но могу узнать.

Девушка подозвала одну из товарок, еще одну куклу Барби со светлыми волосами, светлыми глазами и сияющей улыбкой, и сказала:

— Познакомьтесь, это Кристина, она живет в одном квартале с Флавией.

Юная бразильянка поздоровалась. Несмотря на красоту, в ней чувствовалось что-то грустное и щемящее. Воздушная сильфида, лишенная жизненных сил.

— Флавия уже три дня не выходит на работу, — сообщила она.

— А вы не знаете, по какой причине?

— Нет, не знаю. Обычно мы ходим вместе, потому что у нас одинаковый график. Но сейчас ее нет дома.

— А где она живет?

Девушка махнула рукой в сторону холмов.

— У своих родителей, в Росинье.

— А вы не пробовали ей позвонить?

— Пробовала, но попадала на автоответчик.

Никки достала из бумажника фотографию Джереми.

— Вы не видели здесь этого мальчика? — спросила она, показав девушке снимок.

Девушка покачала головой.

— Нет, но вы знаете, за Флавией не уследишь, у нее то один, то другой…

— А вы не могли бы дать нам ее адрес? Мы хотели бы поговорить с ее родителями.

Лицо юной бразильянки выразило сомнение.

— Росинья — квартал, не подходящий для туристов. Одним вам туда нельзя.

Себастьян вновь потребовал адрес, но девушка стояла на своем.

— В таком случае не могли бы вы нас туда проводить? — предложила Никки.

Девушке такое предложение не показалось заманчивым.

— Нет, это никак не возможно, я только начала свою смену.

— Мы очень вас просим, Кристина. Мы оплатим ваш рабочий день. Ведь Флавия ваша подруга, вы должны ей помочь.

Последний довод подействовал. Кристина почувствовала что-то вроде вины перед подругой.

— Хорошо, я попробую. Подождите меня.

И пошла отпрашиваться, очевидно, у начальника, молодого человека в обтягивающей майке, который пил кайпиринхас[63] вместе с посетителем вдвое старше его.

— Все в порядке, — сообщила она, вернувшись. — Вы на машине?

57

Грузный «Лендровер» с легкостью поднимался по вьющейся серпантином дороге, ведущей к фавеле. Себастьян вел машину, четко следуя всем указаниям Кристины. Сидя на переднем сиденье, юная бразильянка стала работать навигатором, как только они отъехали от пляжа. «Лендровер» миновал роскошные жилые комплексы южного квартала и выехал на автостраду Гавеа — узкое шоссе, единственное, которое, змеясь по холму, вело в самую обширную фавелу Рио.

Как и большинство бедных кварталов, фавела Росинья карабкалась по склону шогго, огромного холма, одного из тех, что окружают Рио. Никки приникла к окну, разглядывая сотни лачужек, прилепившихся к холму. Сложный лабиринт из охристого кирпича, казалось, в любую секунду может поползти вниз.

По мере того как машина удалялась от «асфальта»,[64] все явственнее обнаруживался парадокс Рио: самыми красивыми видами города можно было любоваться из самых бедных кварталов. Труднодоступное орлиное гнездо открывало фантастическую панораму пляжей Леблон и Ипанема. И не только. Возвышаясь над цитаделью, фавела представляла собой великолепный наблюдательный пункт за нижним городом, чем и объясняется то, что наркоторговцы облюбовали ее в качестве генерального штаба.

Себастьян дал задний ход. Уже близок въезд в фавелу, но дорога закрутилась улиткой и закупорила въезд. Только стареньким мотороллерам и фыркающим мототакси удавалось пробраться по ней.

— Лучше остановиться здесь, — посоветовала Кристина.

Себастьян припарковал машину на обочине. Все трое вылезли из внедорожника и пешком прошли ту сотню метров, которая еще оставалась до Росиньи.

На первый взгляд фавела не производила впечатления той беспросветной нищеты, о которой пишут в туристических путеводителях. Никки и Себастьян приготовились очутиться в темных и мрачных закоулках, а оказались на городской окраине, где живет простонародье. Чистые улицы, бетонные домики с водопроводом, электричеством и телевизионными антеннами. В домиках иной раз даже по три этажа, и все покрыты графити. Яркие рисунки на стенах вносят ноту радости и хорошего настроения.

— В Рио каждый пятый житель живет в фавеле, — объяснила Кристина. — Большинство тех, кто здесь живет, честно зарабатывают на жизнь: работают кормилицами, помощницами по хозяйству, медсестрами, водителями автобусов, даже учителями…

Никки и Себастьян узнали пряный запах мяса на вертелах и кукурузы, с которым уже познакомились на пляже. Оживления меньше, больше лени — атмосфера более спокойная. Из домов несется оглушительная музыка, все слушают байле-фанк.[65] На главной улице мальчишки гоняют мяч, считая себя Неймарами.[66] Мужчины всех возрастов сидят на террасах кафе, потягивая из бутылок пиво «Бамберг», а женщины, порой совсем юные, возятся с младенцами или болтают, сидя у окон.

— Недавно у нас побывали солдаты и полиция, — извиняющимся тоном сообщила Кристина, когда они проходили мимо огромной пестрой фрески, изрешеченной пулями.

Вскоре они покинули центральные улицы и углубились в путаницу крутых узких улочек, похожую на лабиринт из лестниц. Мало-помалу атмосфера изменилась, теперь фавела выглядела куда менее привлекательной. Дома больше походили на сараюшки, сколоченные из обломков кораблекрушения. Возле дверей груды мусора. Над головами обвисшие допотопные электрические провода. Никки и Себастьян, обеспокоенные и напряженные, с трудом пробирались сквозь толпу облепивших их ребятишек, клянчащих милостыню.

— Муниципалитет обычно следит за чистотой только на главных улицах, — пояснила Кристина.

Трио под предводительством юной официантки замедлило шаг, пропуская вереницу крыс. Спустя пять минут они перевалили на другую сторону холма, где лачуги стали еще более жалкими.

— Мы пришли, — объявила Кристина и постучала в окно лачужки, которая готова была рассыпаться на глазах.

Ждать пришлось недолго, дверь открыла старая сгорбленная женщина.

— Мать Флавии, — пояснила Кристина.

— Bon dia, Senhora Fontana. Voce ja viu Flavia?[67]

— Ola, Cristina,[68] — поздоровалась старуха и что-то ответила, по-прежнему стоя у полуоткрытой двери.

Кристина повернулась к американцам и перевела:

вернуться

62

Привет, меня зовут Бетина. Могу я вам чем-нибудь помочь? (англ.)

вернуться

63

Крепкий напиток из качаки (бразильской водки), лайма и сахарного тростника.

вернуться

64

В Рио противопоставляют богатые приморские кварталы, расположенные на ровной местности, называя их «асфальтом», кварталам бедняков «моррос» — фавелам, ютящимся по склонам холмов.

вернуться

65

Смесь фанка и рэпа с крепкими словцами, типичными для народных кварталов Рио.

вернуться

66

Неймар да Силва — бразильский футболист.

вернуться

67

Добрый день, сеньра Фонтана. Могу я увидеть Флавию? (порт.)

вернуться

68

Привет, Кристина (порт.).

49
{"b":"175523","o":1}