ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он бросил на нее выразительный взгляд.

— С субботы? Но сегодня вторник!

— Я знаю.

— И только во вторник ты начала волноваться?!

— Я позвонила тебе, чтобы ты мне помог, а не упрекал.

— Погоди! Вспомни, в каком мире мы живем! Ты понимаешь, что отыскать ребенка, когда прошло уже больше двух суток, почти невозможно?!

Она закрыла рот рукой, чтобы не закричать, подскочила к нему, вцепилась в отвороты плаща и потащила к двери.

— Убирайся! Если не хочешь помогать, убирайся!

Изумленный ее яростью, он постарался высвободиться, схватил ее за руки и встряхнул.

— Объясни, почему ты не позвонила мне раньше?

Она с вызовом посмотрела ему в глаза. В них стоял гнев.

— Занимайся ты больше сыном, я бы не стала медлить!

Себастьян проглотил упрек и сказал уже более спокойным тоном:

— Мы найдем Джереми, обещаю. Но ты должна рассказать мне все. С самого начала.

Никки понадобилось время, чтобы снять доспехи.

— Сядь, — наконец проговорила она. — Я сварю нам кофе.

6

— Последний раз я видела Джереми утром в субботу, около десяти часов, он шел заниматься боксом.

От волнения и тревоги у Никки срывался голос.

Себастьян нахмурился брови.

— И с каких это пор он занимается боксом?

— Ты что — с луны свалился? Уже год как занимается.

На лице Себастьяна появилось выражение недоверия. Перед глазами возник Джереми, тощий и длинный подросток. Он плохо представлял себе своего сына на ринге.

— Мы вместе позавтракали, — продолжала Никки. — Потом я стала собирать вещи. В общем-то, я торопилась. Меня ждал внизу Лоренцо, мы уезжали на уик-энд в Катскилл, и…

— Лоренцо?

— Лоренцо Сантос, мой парень.

— Все тот же коп или уже другой?

— Блин! Себастьян! Ты зачем сюда пришел? — снова вспыхнула Никки.

Он извинился, успокаивающе похлопав ее по руке. Она вернулась к рассказу.

— Я уже выходила, когда Джереми попросил разрешения переночевать у своего друга Саймона. Я разрешила. В субботу они часто ночуют друг у друга, то здесь, то там. Мы уже привыкли.

— Первая новость.

Эту реплику Никки пропустила мимо ушей.

— Он поцеловал меня и ушел. За все выходные не позвонил ни разу. Но я не слишком волновалась.

— Погоди! Как же так?

— Ему пятнадцать лет. Он уже не младенец. К тому же Саймон, можно считать, мажор.

Себастьян воздел глаза к потолку, но от комментариев воздержался.

— Я вернулась в Бруклин вечером в воскресенье. Было уже слишком поздно, и я переночевала у Сантоса.

Себастьян холодно взглянул на нее и так же холодно осведомился:

— А в понедельник утром?

— Я пришла домой около девяти. В это время Джереми уже уходит в школу. Я не удивилась, что его нет дома, это было нормально.

— Ну а потом что? — нетерпеливо спросил Себастьян.

— Я целый день работала, готовилась к своей выставке в BWAC,[4] знаешь, здание неподалеку от набережной, и там группы художников…

— Понял, Никки, избавь меня от подробностей.

— Во второй половине дня я нашла у себя на автоответчике сообщение из лицея, что Джереми прогулял школу.

— Ты позвонила родителям его приятеля?

— Вчера вечером я говорила с мамой Саймона. Она сказала, что Саймон уже больше недели назад уехал на учебную экскурсию. Джереми у них в те выходные не ночевал.

В кармане у Себастьяна зазвонил мобильник. Он взглянул на экран: опять агент из Фаразио, беспокоится, как видно, по поводу экспертизы.

— И вот тогда мне стало по-настоящему страшно, — призналась Никки. — Я хотела было пойти в полицию, но… побоялась, что копы не примут меня всерьез.

— Почему?

— Если честно, Джереми пропадает уже не в первый раз…

Себастьян вздохнул. Этого следовало ожидать. Никки объяснила:

— В августе прошлого года Джереми исчез на два дня и не давал о себе знать. Я места себе не находила и сообщила в отделение Бушвик-авеню, что он исчез. А на третий день он появился. Прогулялся в Андирондак.

— Вот мерзавец! — возмутился Себастьян.

— Можешь себе представить реакцию копов. Они не отказали себе в удовольствии поиздеваться надо мной. Высказали все, что думают по поводу моих отношений с сыном, заявили, что время им дорого и они не станут тратить его зря!

Себастьян представил себе сцену во всех красках. Он прикрыл глаза, помассировал веки и предложил:

— На этот раз я заявлю в полицию. Но обойдемся без мелких сошек. Я знаком с мэром. Его дочь учится с Камиллой в одном классе, и я чинил скрипку его жены. Я попрошу его, и он меня свяжет…

— Подожди, ты еще не все знаешь, Себастьян…

— Чего я еще не знаю?

— У Джереми были кое-какие проблемы с полицией: он состоит на учете…

Себастьян онемел и смотрел на Никки во все глаза.

— Ты что, шутишь? Почему ты ничего мне не сказала?

— Он стал делать всякие глупости только в последнее время.

— Что именно?

— Пол года назад патруль застукал его, когда он расписывал икейскую фуру в гараже. — Никки отхлебнула кофе и недовольно покачала головой. — У этих идиотов других дел нет, как ловить ребят, увлеченных искусством, — процедила она.

Себастьяна передернуло. Граффити — искусство? У Никки всегда был своеобразный взгляд на вещи.

— И что? Его судили?

— Да. Приговорили к десяти дням принудительных работ. А три недели назад притянули за кражу в магазине.

— И на что же он польстился?

— На компьютерную игру. Что? Ты предпочел бы, чтобы он украл книгу?

Себастьян не поддался на провокацию. Второй привод — это трагедия. Сейчас в полиции забыли о толерантности, любой, даже самый невинный проступок может кончиться для его сына тюрьмой.

— Я в лепешку разбилась перед администрацией, и они не стали подавать жалобу, — успокоила его Никки.

— Господи! Ты можешь мне сказать, что творится в голове у этого парня?!

— Я могу сказать, что его проделки вовсе не конец света. Каждый хоть раз в жизни что-нибудь да своровал. Для подростка воровство — нормальное дело.

— Красть — нормальное дело?! — взорвался он.

— Да, воровство — часть жизни. В молодости я могла украсть трусы, какую-нибудь шмотку, духи. Так мы с тобой и встретились. Ты что, забыл?

«Но это не лучшее, что с нами произошло», — с горечью подумал про себя Себастьян.

Он встал со стула. Хотел походить, подумать, расставить все по местам. В самом деле, стоит ли всерьез волноваться? Если Джереми привык время от времени исчезать…

Никки словно прочитала его мысли и взмолилась:

— На этот раз я чувствую: произошло что-то серьезное, Себастьян! Джереми в последний раз видел, что со мной творилось от беспокойства, и пообещал всегда держать меня в курсе.

— Какой помощи ты от меня ждешь?

— Сама не знаю. Я уже обзвонила все больницы, поговорила со «Скорой помощью», я…

— А ты не нашла чего-нибудь необычного, когда рылась у него в комнате?

— Как это — рылась у него в комнате?

— Ты что, не роешься в его вещах?

— Нет, его комната — заповедная территория, это его…

— Заповедная? Никки! Мальчик вот уже три дня как исчез! — рявкнул Себастьян, направляясь к металлической лестнице, которая вела на второй этаж.

7

— Подростком я не выносила, чтобы мать совала нос в мои дела!

Как бы Никки ни тревожилась, она не хотела вторгаться в интимную жизнь сына.

— Ты же не роешься в комнате Камиллы, правда?

— Раз в неделю обязательно, — бесстрастно сообщил Себастьян.

— Ты уверен, что у тебя все в порядке с головой?..

«Может, и не в порядке, но девочка, по крайней мере, никуда не исчезла», — подумал он не без удовлетворения и принялся за работу.

Комната Джереми отличалась немалыми размерами, дом как-никак был некогда фабрикой, так что планировка была своеобразная. А в целом обычное обиталище geek,[5] где царил радостный хаос. По стенам афиши культовых фильмов: «Назад в будущее», «Военные игры», «Формула любви», «Трон». К перегородке прислонен велосипед с фикседом. В углу игральный автомат «Донки Конг» 80-х годов. В мусорной корзине коробки от наггетсов, пиццы и банки «Ред Булл».

вернуться

4

Brooklyn Working Artists Coalition — Товарищество действующих художников Бруклина.

вернуться

5

Человек, увлеченный чем-то, часто далеким от реальности (англ.).

5
{"b":"175523","o":1}