ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«А теперь мы займемся следующим. Хатч в комнате отдыха экипажей установил 20 комплектов радиотелефонов. Сейчас мы пойдем туда и будем готовиться, пока не выучим все наизусть. Я буду ведущим, Хоппи будет моим заместителем, а Микки Мартин — вторым заместителем. Очень важно иметь двух заместителей, потому что никто не знает, кого могут сбить. Мы будем тренироваться по полчаса в день, и я надеюсь, мы освоим все до тонкостей».

В течение следующей недели мы постоянно проводили репетиции, одновременно отрабатывая рациопереговоры. Все это время вода в водохранилищах поднималась и уже находилась в 5 футах от гребня дамб. Настало время нанести удар. Мы все были полностью готовы к нашей специальной атаке, после чего была проведена генеральная репетиция, за которой с интересом наблюдали несколько старших офицеров. Она завершилась полным провалом. Самолеты шли кто в лес, кто по дрова, несколько машин чуть не столкнулись. Возникли проблемы с радиосвязью. Во время подобных атак нельзя допустить даже малейшего сбоя, а здесь вообще все пошло наперекосяк. Радиотелефоны, которые мы использовали, были просто плохими. Нам были нужны те, которые были установлены на истребителях. Я был вынужден заявить командиру авиагруппы, что если мы не получим УКВ-станций, то операция провалится. Я добавил, что прошу установить эти станции уже давно. Он пообещал лично заняться этим вопросом. Вот теперь дело сдвинулось с мертвой точки. Уже через несколько часов на аэродром прибыл самолет с рабочими, которые тут же занялись установкой новых радиостанций. На следующий день вся эскадрилья имела самые новые и самые лучшие радиотелефоны, какими только располагали Королевские ВВС. Вдобавок на моем самолете и самолетах заместителей теперь стояли по две станции — на случай, если одна вдруг выйдет из строя.

Следующей ночью мы провели еще одну генеральную репетицию. Теперь все прошло успешно. Все завершилось без сучка и задоринки. Единственной проблемой оказалось то, что 6 самолетов получили серьезные повреждения от столбов воды, которые поднимали мины. Они летели чуточку ниже, чем следовало бы. Практически все повреждения пришлись на хвостовую часть самолетов: помятая обшивка, заклиненные турели, погнутое оперение. Просто чудо, что все они сумели вернуться. Это был один из капканов, в которые парни попадали во время учений. Во время боевой операции все это уже не будет иметь значения. После того как мина будет успешно сброшена, какие при этом повреждения получит самолет — абсолютно не важно. Главное — сбросить мину вовремя и в нужной точке.

Теперь всем стало понятно, что мы должны провести налет в самое ближайшее время — буквально через день или два, так как уровень воды был идеальным для наших целей. Подготовка была завершена. Экипажи были готовы. Мы налетали в общей сложности 2000 часов и сбросили 2500 учебных бомб. Все парни превратились в скаковых лошадей, которые бьют копытом в стойле, ожидая великого дня скачек. Но механикам пришлось немало поработать, чтобы исправить поврежденные самолеты.

Затем последовал визит к метеорологам. Несколько самолетов были отправлены в Атлантику, несколько — к берегам Норвегии, чтобы выяснить, какие атмосферные фронты могут оказаться у нас на пути. Но бог оказался благосклонным. Погода ожидалась отличная. Это был последний подводный камень, на который мы еще могли налететь. Но дела обстояли так хорошо, что мы просто этому не верили.

15 мая прибыл командующий и сообщил мне, что мы должны вылететь следующей ночью. Когда он убыл, на аэродрохме приземлился белый самолет и подрулил к ангару. Из самолета выскочили Джефф и Матт. Они тоже хотели посмотреть, чем все закончится.

Этим вечером мы засиделись, готовя боевой приказ. Это было исключительно важно. Ведь могло так случиться, что не вернется никто из нас, поэтому нужно было хотя бы оставить письменное свидетельство наших замыслов.

Хоппи, Динги, Генри и Боб наконец узнали, что именно будет нашей целью. И этим вечером Хоппи спас нас всех. Когда мы рассматривали маршрут, который я выбрал вместе с командующим, оказалось, что он проходит прямо над фабрикой резинотехнических изделий, прикрытой множеством зениток. Хоппи знал об этом и предложил взять чуть севернее. Если бы Хоппи не знал об этом, мы влетели бы прямо в осиное гнездо, и все могло кончиться очень скверно. Спать мы отправились только в полночь. Когда мы выходили из штаба, появился Чарльз. Его лицо было белым, как мел.

«Послушай, Гай. Мне очень жаль, но Ниггер погиб. Он выскочил на дорогу прямо перед автомобилем. Он погиб мгновенно».

Вот так, накануне решающей операции погиб мой пес, который был талисманом нашей эскадрильи.

Док раздал парням снотворное, так как перед вылетом им нужно было хорошенько выспаться. А я сидел в своей комнате и смотрел на исцарапанную дверь — следы того, как Ниггер просился погулять. И настроение у меня было преотвратное.

На следующий день, 16 мая, самолет-разведчик сообщил, что ПВО дамб осталась прежней, а уровень воды остается подходящим для атаки. И вот настал великий момент. Громкоговорители нашей базы объявили: «Всем летчикам 617-й эскадрильи немедленно прибыть в комнату предполетного инструктажа». Парни помчались туда галопом, чтобы наконец услышать, ради какой цели они 2,5 месяца вкалывали, как проклятые. Там собрались 133 молодых человека, немного ершистые, немного грубоватые и, пожалуй, выглядящие старше своих лет. Однако все они были прекрасно подготовленными специалистами, и каждый из них знал свои обязанности настолько хорошо, насколько это было возможно в принципе.

Сначала я дал слово ученому, чтобы он рассказал обо всем. В своей обычной вежливой манере он повторил им все то, что говорил мне много дней назад. Он рассказал им, как и для чего строят дамбы. Он рассказал, насколько толсты и прочны эти стены, и как трудно их разрушить. А потом объяснил, как именно он намерен этого добиться. Он признался, что это будет крайне нелегко, и все поняли, что он имеет в виду. Но в то же самое время парни явно испытали облегчение, так как, в конце концов, узнали, что именно будут бомбить. Они явно думали, что все оборачивается не столь плохо. Напряжение начало сказываться, так как очень тяжело тренироваться для некоей опасной работы, не представляя, для какой именно.

Остаток дня на базе царила страшная суматоха. Мы в последний раз проверяли самолеты и приборы. Тягачи ползали по летному полю, развозя мины к самолетам. Док Уотсон метался вокруг на своем мотоцикле, пытаясь успеть везде и всюду. Механики исправляли последние мелочи на самолетах, которые получили повреждения во время тренировок. Последний они кончили чинить в 5 вечера. Джефф и Матт ходили от самолета к самолету, все проверяя лично. Требовалось сделать еще очень много, а времени оставалось очень мало. Я проверял свой самолет, одновременно отдавая последние распоряжения Чифи Пауэллу относительно Ниггера. Я понимал, что это очень дурное предзнаменование, и потому приказал ему все хранить в тайне до нашего вылета. Я попросил Чифи похоронить Ниггера в полночь, когда мы будем пересекать вражеское побережье. В тот момент, когда его тело будет предано земле, я надеялся, маленькая отважная душа отлетит, чтобы помочь нам выполнить нашу трудную работу.

В этот день не было ленча. В последнюю минуту примчался Док и сообщил странным тоном:

«Мы получили не то масло. — Он чуть не плакал. — На складах нет нужного. Требуется достать его хоть из-под земли. Если мы не найдем его, все может пойти прахом».

Я не понимал, о чем он говорит, но самолеты находились на его попечении. Полагаю, что проблема была решена, так как я об этом больше не слышал.

Денек выдался чертовски горячий, но все-таки все экипажи во второй половине дня 3 часа изучали модели дамб. Они внимательно рассматривали и запомнили их, как бы мысленно фотографируя, чтобы твердо помнить, как они выглядят. Потом летчики долго расспрашивали о расположении зенитных орудий, уровне воды и других важных вещах.

День медленно клонился к вечеру, и мы отправились на инструктаж. Я никогда не забуду этот инструктаж. На входе стояли два полисмена, а двери были заперты. Внутрь никого не впускали, кроме наших летчиков, и еще 4 человек. Никто, даже Истребительное Командование и штаб нашей собственной авиагруппы не были в курсе этой операции. Они думали, что мы проводим очередное учение.

144
{"b":"175557","o":1}