ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Так и сделаю.

Доктор Остроу вышла, и Фернандо остался в гостиной один. Он потрогал коврик из тигровой шкуры. Абсолютная идентичность с собственной шерстью одновременно и отталкивала, и завораживала. Дожидаясь появления робота, Фернандо помахал лапой над кофейным столиком, пытаясь вызвать изображение погибшего мужа Остроу. Но маленькая фигурка не появилась.

Впрочем, это было не важно. Профессиональная память Фернандо была готова в совершенстве воспроизвести увиденное, особенно то, что показалось ему заслуживающим внимания. Он вызвал в памяти образ погибшего, подробно остановившись на том, как тот описывал руками незримую фигуру. Нет, понял Фернандо, это был не шар, а кольцо смежных бран в замкнутой петле реальностей. «Триста шестьдесят градусов», — вот что он тогда произнес. Умерший муж Меранды Остроу описывал ту же самую теоретическую метареальность, о которой когда-то говорил дядюшка Фернандо. Означало ли это, что он верил, будто цивилизация КР-Л испугалась собственной тени, мельком увиденной на огромном расстоянии? И что все эти умопомрачительные махины изобретены лишь для того, чтобы нанести удар по воображаемому врагу, не сознавая, что гибель обрушится на собственные головы?

Возможно.

Фернандо по-новому взглянул на неоконченный пасьянс на кофейном столике. Кольцо из карт, разложенных Мерандой, странным образом перекликалось с замкнутой петлей реальностей в воображении ее мужа.

Как будто Остроу сама оставила ему намек.

Пока он размышлял, явился Халиф, преобразовавший один из своих шаров в пульт связи. На матовой стальной поверхности блестели значки и кнопки. Клацая когтями по клавиатуре, Фернандо ввел необходимые команды и вскоре подключился к своему персональному каналу.

Как он и предполагал, из Службы контроля поступило новое сообщение. Оно касалось более детального анализа разглашенной информации, который еще не был закончен, когда он отправился в командировку.

Фернандо, не откладывая, позвонил в Службу.

— Привет, — сказал его собеседник в центральной бране по фамилии Кок. — Есть и хорошие новости, и плохие.

— Продолжай, — мурлыкнул Фернандо.

— Мы провели тщательный анализ ключевых слов, как и обещали. Хорошая новость: эти кластеры никуда не пропали, их статистическая значимость стала теперь еще очевиднее. Утечка однозначно есть. Так что поездка твоя не напрасна.

— И на том спасибо.

— Плохая новость: мы все еще ломаем голову над контекстом. Нет, серьезно, мы просто сбиты с толку. Тому, кто все это устроил, пришлось проделать гигантскую работу, чтобы все выглядело так, будто эти кластеры всегда были частью нашего архива.

— Постой, я не понимаю… То есть понимаю, но не улавливаю сути. Должно быть, что-то не так с вашими методами, с обработкой данных.

У Кука сделалось измученное лицо.

— Сперва мы именно так и подумали, но это происходит снова и снова. Ошибки быть не может. Тот, кто организовал утечку, подделал информацию на очень глубоком уровне — таком, что кажется, будто кластеры существовали задолго до того, как брана KP-Л вообще была обнаружена.

Фернандо понизил голос:

— Приведи пример. Кажется, Остроу упоминала какую-то пьесу…

— Это один из самых старых кластеров. «Кораблекрушение», драма из бумажной эпохи, около 001611 года. Явных отсылок к KP-Л там нет, однако речь идет о некоем ученом на призрачном острове, где когда-то обитала могущественная колдунья… Все это можно расценить как метафорический аналог Остроу и станции «Пегас». Встречается также имя Миранда…

— Автор — реальная историческая фигура?

— Вряд ли. Разве что он был до абсурдного плодовит. В архиве имеется несколько дюжин других пьес, и все они, как мы полагаем, — дело рук шпиона.

— М-мур, — задумчиво произнес Фернандо.

— Этот тип прокололся еще кое в чем, — добавил Кук. — Пьесы усеяны анахронизмами: словами и фразами, которых не было в более ранних записях.

— Небрежность, — отметил Фернандо, спрашивая себя, есть ли в этом что-то кроме простой неряшливости. — Расскажи мне еще о каком-нибудь кластере.

— Перескакиваем в 001956 год — и тут у нас еще одна поддельная драма: нечто под названием «фильм», что-то вроде записанного представления. И снова куча совпадений: Оустро вместо Остроу, Беллерофонт — это герой, который ездит на крылатом коне Пегасе, собственно КР-Л — на этот раз настоящая иная цивилизация, хотя и живущая только на одной планете, а не в целом мире. Кстати, имеется даже тигр.

— Неужели, — сухо промолвил Фернандо.

— Но странное дело: в результате поиска всплыли кое-какие второстепенные материалы, которые заставляют усомниться в том, что позднейшая пьеса каким-то образом основана на более ранней.

— Выглядит так, будто этот шпион сам направляет наше внимание от одного кластера к другому… — Фернандо почесал за ухом. — Что там дальше?

— Год 002713-й: ледовая опера на Плутоне. По причине исключительно плохих отзывов была показана всего один раз. Упоминается «бытие в тридцати тысячах пластов реальности». И это, по крайней мере, за шесть тысяч лет до того, как было доказано существование смежных миров.

— Возможно, простое совпадение. Однако… Ладно, дальше.

— Год 009655-й: премьера астроскульптуры эпохи Тельца в уинлокском звездном регионе. Сопроводительный текст содержит упоминание «эстетики обреченного Крэлла», а также «Мирандину и Калебина».

— Есть, наверное, и другие кластеры?

— Да, вплоть до наших дней. Временные промежутки совершенно случайные: мы пытались обнаружить здесь какие-то закономерности, но ничего не нашли. Возможно, для шпиона это что-нибудь значит…

— Если он существует, — заметил Фернандо.

— Разумеется, существует. Какое тут еще возможно объяснение?

— Вот это я и хочу понять.

Фернандо отключил связь, а затем посидел некоторое время в молчаливом раздумье, мысленно перетасовывая факты. А когда почувствовал, что рассмотрел их со всех возможных углов (и тем не менее пришел к одному и тому же неутешительному выводу), то велел Халифу еще раз пригласить доктора Остроу.

— Послушайте, инспектор, — сказала она, входя в гостиную, — у меня действительно нет времени…

— Садитесь, доктор.

Видимо, было нечто такое в его голосе, что заставило ее повиноваться. Доктор Остроу опустилась на диван, пряча руки в серебристых складках платья.

— В чем дело? Я же просила…

— Вы арестованы по обвинению в убийстве вашего мужа, Эдварда Остроу.

Ее лицо исказилось от ярости.

— Это абсурд. Мой муж погиб в результате несчастного случая. Это была ужасная, чудовищная ошибка, но не более того.

— Вы хотели заставить нас в это поверить. Но ведь вы его убили, верно? Вы сами подстроили крушение инклюзии, зная, что он окажется в ловушке чужого пространства-времени.

— Это смешно!

— Ваш муж понял, что случилось с цивилизацией КР-Л: как их собственные машины, пройдя насквозь все слои браны, все триста шестьдесят градусов, стерли своих создателей реальности. Он прекрасно понимал, насколько эти механизмы опасны и что они никогда не должны стать орудием в руках Метаправительства. Вы сами сказали, Меранда: он боялся этих машин. Потому что знал, что они уже совершили и что еще способны совершить.

— Я бы никогда его не убила, — сказала она со спокойным упрямством.

— Да, если бы он не выступил против вас напрямую, если бы не стал единственным препятствием на пути к вашему профессиональному триумфу.

— С меня хватит. — Она повернула рассерженное лицо к роботу. — Халиф, проводи инспектора к ликвидационной камере. Он явно нарушает условия, на которых я согласилась его принять.

— Напротив, — возразил Фернандо. — Это по-прежнему дело особой важности.

Она фыркнула:

— Вы про эту бредовую идею утечки информации? Я наблюдала ваш недавний разговор с центральной браной, инспектор. Эта «утечка» оказалась именно тем, что я и предполагала: статистические помехи, ничего не значащие совпадения. Уже одно то, что они проявляются в источниках неоспоримо древних, говорит, что шпионы тут ни при чем. Какие еще доказательства вам нужны, инспектор?

24
{"b":"175565","o":1}