ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Нет, но… – Мел задумался. – Остаточный заряд шаровой молнии? Задержался в балке, тебя и ударило…

— Боже! – всплеснула руками Диана. – Чему тебя в школе учили? Дерево не проводит электричество. Что за остаточный заряд?

Мелвин развел руками. Тут она права: в школе, да и после, он не особо интересовался естественными науками. Диана победно усмехнулась.

— В этом беда любого рационального объяснения. Вместо того чтобы признать очевидное, ты высасываешь из пальца всяческие нелепицы.

— Будто призраки не нелепица, – буркнул Мелвин. – Все, хватит на сегодня… Мне еще сводить записанные дорожки.

Не дожидаясь девушку, он направился к выходу, пробираясь между клетками. Диана еще немного постояла под балкой, но в конце концов она махнула рукой и догнала Мела.

– Будь проще, – сказала она. – Есть многое на свете… ну и дальше по, тексту.

Мелвин пропустил ее вперед и подал руку, помогая вылезти через пробоину. Но едва они выбрались из трюма, как нос к ноёу столкнулись с Гектором Сандерсом.

Диана рванулась назад, налетела на Мелвина и завизжала что есть мочи. Вдалеке с ответными криками в небо поднялась большая стая чаек, у Мелвина заложило уши. Откуда-то появилась Капуста и громким лаем внесла свою лепту. Сандерс, не ожидавший подобной встречи, попятился, запнулся о корягу и сел на песок. На лице застыло испуганное удивление.

Понятно, с чего девушка перепугалась. Перед глазами Сандерс на манер бинокля держал старенький «полароид» и походил, скорее, на пришельца из космоса или робота из дешевых научно-фантастических фильмов.

– Уф, – выдохнула Диана, хватаясь за сердце. – Ну и напугали вы нас! Я уж решила…

О чем она подумала, Ди не сказала. Капуста не унималась, заливаясь противным лаем, срываясь на визг. Мелвин поспешил к собаке. Обняв ее за шею, он успокаивающе потрепал ее за ухом.

– Спокойно, все в порядке…

Его слова Капусту не убедили. Собака приутихла, но продолжала поскуливать.

– Черт… – сказал Сандерс, опуская фотоаппарат. – Вы-то что здесь делаете?

– Ну… – замялся Мелвин.

– То же, что и вы, – пришла на выручку Ди. – Охотимся на призраков. Посмотрите на Мела, разве он не похож на Билла Мюррея?

Сандерс прищурился. -Нет.

– И я так считаю, – Диана широко улыбнулась.

– Значит, охотитесь на призраков? – хмуро спросил Савдерс. – И как успехи?

Судя по всему, с последней встречи он так и не ложился. Синяки под глазами стали темнее, морщины глубже, лицо осунулось. Даже борода выглядела всклокоченной и помятой. А Мелвин надеялся, что после записи Сандерсу хватит ума отправиться домой спать.

– Мы видели привидение! – радостно сказала Диана.

Мелвин вздрогнул. О чем она думает? Не стоило говорить Сандерсу о встрече с призраком. Теперь его палками не загонишь отдыхать.

– Это была тропическая птица, – продолжила Диана. – Все, как вы говорили. А потом она исчезла, но там, где она появлялась, остался иней…

Сандерс повернулся к Мелвину.

— Лично я ничего подобного не видел, – честно признался тот. – Что-то было, не спорю. Светящееся пятно, скорее всего, огни святого Эльма. Но птиц…

— Вы его не слушайте, – перебила Мелвина Диана. – Он у нас скептик. Когда его проглотит морской змей, он будет утверждать, что это чушь, потому что гигантские ящеры давно вымерли.

– Они и вымерли, – буркнул Мелвин.

– Вот видите! – Ди уперла руки в бока. – Но мы с вами знаем, как устроен мир!

Сандерс добродушно усмехнулся.

– Спасибо на добром слове, дорогая. Боюсь, я не знаю и тысячной доли.

Он поднялся, отряхивая штаны от налипшего песка.

— Ладно, – сказал Сандерс. – Пойдем, что ли, в город, пропустим по стаканчику за вашу первую встречу с волшебством.

— А вы не собираетесь фотографировать призраков? – изумилась Диана.

Сандерс вздохнул, плечи опустились.

— Без толку, – сказал он. – Вы тут всех распугали… Иней, говоришь? Куда ж без него…

— Волшебство здесь понятие условное, – сказал Сандерс, отхлебывая пиво. – С тем же успехом можно использовать термин «сверхъестественное»…

По площади перед кафе бегала стайка ребятишек. Синий воздушный змей, украшенный фольгой, сверкал в лучах солнца. Порой он поднимался так высоко, что практически растворялся в красках неба. До праздника оставалось больше недели, но дети не умеют ждать. В другой раз Капуста с радостью бы присоединилась к их веселой компании, но, устав от пережитого на берегу, мирно дремала под столиком.

– По сути, так вернее, – продолжил Сандерс. – Но за последние годы всякие дилетанты и шарлатаны превратили сверхъестественное в посмешище. Приходится создавать терминологию заново…

– А мне нравится слово «волшебство», – сказала Ди. От пива она отказалась и пила уже третью чашку кофе. – Есть в нем нечто настоящее. Вещи надо называть своими именами. Призраки – это призраки, а не «энергетические тела».

– В точку, – кивнул Сандерс.

– Хорошо, – сказал Мелвин. – Тогда почему вместо обещанных привидений я увидел именно «энергетическое тело»? Только не надо говорить, будто я не увидел призрака лишь потому, что в него не верю. Любая реальная вещь объективна. Я могу сколько угодно не верить в существование дорожных столбов. Но если я попытаюсь пройти через один, шишка на лбу гарантирована.

– Здесь все просто, – сказал Сандерс. – Смотри…

Он поставил пивную банку и взял салфетку. Держа двумя руками за уголки, продемонстрировал ее Мелвину.

— Что ты видишь?

— Салфетку. Рекламу кофе…

– Квадрат, – поправил его Сандерс. – А сейчас? Он повернул салфетку на девяносто градусов.

— Линию? – сказал Мелвин, поняв, к чему клонит Сандерс. – Хотите сказать, что я неправильно смотрел?

— Не под тем углом. Если брать за основу, что привидения – проекция информационного поля, небесное кино, то так и выходит. Когда ты смотришь фильм в кресле, то видишь, что происходит на экране. Но если ты будешь глядеть поперек, то заметишь именно светящиеся пятна. Что и требовалось доказать.

Довольный собой, он отложил салфетку и вернулся к пиву. Мелвин задумался.

– Допустим, я неправильно смотрел, – сказал он. – Только в ваших привидениях неувязок гораздо больше.

– И каких? – не без ехидства поинтересовался Сандерс.

– Смотрите, – начал Мелвин. Диана пнула его под столом, но он сделал вид, что не заметил. – По вашей версии, призраки – проекция некоего информационного поля, так? Их явления лишь кино из прошлого. При этом, по вашим словам, мы их распугали. Я не понимаю, разве можно испугать киногероев? Смешно: пришел я в кинотеатр, накричал на героиню, а она взяла и убежала с экрана в слезах.

Мелвин победно усмехнулся. Посмотрим, как Сандерс будет выкручиваться.

– Не кричи на героиню, – сказала Диана. – В этом нет ничего смешного. Она действительно может убежать в слезах.

Мелвин чуть не подавился пивом.

– По-моему, это не ответ…

– Думаешь, ты меня подловил? – сказал Сандерс. – Не надейся. Тут дело в природе информационного поля. Ты слышал про параллельные миры?

Мелвин кивнул.

– Старая байка, – продолжил Сандерс. – Мол, стоишь -ци на перекрестке и думаешь, куда бы тебе пойти, направо или налево. Идешь в итоге направо. В этот момент образуется параллельный мир, в котором ты свернул налево, а на следующем перекрестке тебя сбивает грузовик, ибо нечего гулять по проезжей части…

Диана фыркнула.

— И что параллельные миры объясняют? – хмуро спросил Мелвин. История с грузовиком ему совсем не понравилась.

— Ничего. Их нет. Вселенная не столь бесконечна, чтобы тратить ресурсы на создание бесчисленных миров, отличающихся тем, съел воробей муху на завтрак или нет. Это нерационально. Слышал про принцип наименьшего действия, выдвинутый Ферма?

Мелвин отрицательно покачал головой. Сандерс почесал бороду.

– Как тебе объяснить… Из всех возможных вариантов развития событий реализуется именно тот, который потребует наименьших затрат для достижения конечной цели. Здесь речь не о предопределенности – скорее, о знании того, что случится. Будет легче понять, если допустить, что в системах высокого порядка время является конечной величиной. Проще говоря: что ни делается – все к лучшему…

45
{"b":"175576","o":1}