ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я предпринял все, что было в моих силах… — стал оправдываться Сарычев.

Но Евгений перебил его.

— Назар Мамедович, — дрогнувшим голосом проговорил он, — позвольте мне рассказать вам, что случилось с Астровым!

Сумбатов удивленно посмотрел на Курганова и молча кивнул в знак согласия.

— Мне удалось, кажется, разгадать тайну… — тихо начал Евгений. — И знаете почему?

Задав этот вопрос, он помолчал немного, хотя вовсе не ждал ни от кого ответа. Просто захотелось перевести дух перед тем, как сообщить главное.

— Вот вы говорите, что предприняли все, чтобы найти Астрова, — обратился он к Сарычеву. — Но как вы искали его? Ведь вы шли к тайне его исчезновения как–то снизу… Видели во всем только отрицательную сторону, полагая, что обида, уязвленное самолюбие всему причина. Но все это не вязалось как–то с характером Дмитрия. Я все время смутно чувствовал это, но у меня не было фактов, которые подкрепили бы это чувство. Помог же мне один очень чуткий человек — секретарь райкома партии товарищ Джафаров, подсказавший, как напасть на верный след Дмитрия.

И тут Курганов рассказал Сумбатову со всеми подробностями о своем посещении Самеда Мамедова и о схеме установки солнечных машин в его хозяйстве, разработанной Астровым.

— Вот она, эта схема! — кивнул он на плотный лист бумаги, который Сумбатов все еще держал в руках. — Скажите, Назар Мамедович, как по–вашему, на чем будет базироваться гелиоэнергетика колхоза «Первое мая», по замыслу Астрова?

Заместитель директора еще раз взглянул на схему и произнес уверенно:

— Насколько я разобрался в этом деле, Астров предполагает для орошения хлопковых полей колхоза поднимать воду из озера энергией вашего параболоида.

— Мне тоже так кажется, — торопливо проговорил Евгений. — Но не подумайте только, Назар Мамедович, что я отмечаю это из честолюбивых побуждений… Нет! Это просто очень важно для дальнейшего хода моих рассуждений… — Курганов так волновался, что голос его начал дрожать. Он сделал над собой усилие и продолжал уже спокойнее: — А теперь представьте себе домик Астрова. Дмитрий работал в нем за своим столом над схемой установки солнечных машин в колхозном хозяйстве целую ночь. Забыв об отдыхе, продолжал работу и на следующее утро. Он торопился, наверно, закончить ее к нашему возвращению с районного совещания. Наконец почти все было готово, оставалось сделать только кое–какие надписи и пояснения. Но тут вдруг на базу обрушился первый удар урагана. Порыв ветра ворвался в комнату и сбросил со стола все бумаги. Дмитрий поторопился, должно быть, захлопнуть поскорее окно, и тут взгляд его упал на параболоид, хорошо видный из его домика… — Евгений выпил несколько глотков воды из стакана, стоявшего на столе, глубоко вздохнул и продолжал: — Зеркало параболоида полыхало ослепительным блеском, и это не могло не удивить Дмитрия. Он ведь знал, что мой механик вывел параболоид из фокуса и перекрыл воду, поступавшую в гелиокотел. А ураган продолжал свирепствовать, и яростные порывы ветра, очевидно, навели Дмитрия на верную мысль. Он догадался, что это буря сорвала тормоза поворотного механизма параболоида и зеркало его автоматически повернулось к солнцу. Дмитрий хорошо знал, чем все это могло кончиться, и, не задумываясь, выбежал из своего домика…

Евгений говорил торопливо, взволнованно, будто видел все перед своими глазами, но, когда подошел к своему главному пункту догадки, ему стало вдруг страшно рассказывать дальше. Он замолчал, тяжело переводя дыхание.

— Продолжайте же! — нетерпеливо произнес Назар Мамедович.

Евгению стало душно. Он расстегнул все пуговицы своей рубашки и продолжал каким–то чужим голосом:

— Борясь с ветром, Дмитрий подбежал к параболоиду и попытался, наверно, дефокусировать зеркало, но это, видимо, не удалось ему. Тогда он решил открыть вентиль водопроводной трубы. Вода с шумом устремилась вверх, но, вероятно, оказался перекрытым и верхний вентиль у самого гелиокотла. Астров заметил это и торопливо взобрался по лесенке, ведущей к гелиокотлу. Взбесившийся ветер пытался оторвать его от железных перекладин, но Дмитрий дотянулся наконец до верхнего вентиля, и вода с шумом ринулась в котел. Но вдруг… — Снова защемило что–то в горле Евгения и перехватило дыхание, но он окончил все же свой рассказ: —…вдруг резкий порыв ветра со страшной силой рванул Дмитрия и бросил в пылающий конус солнечных лучей…

Несколько минут все сидели молча, будто онемев от страшного рассказа. Назар Мамедович безжизненно свесил ослабевшие руки. У Евгения выступили на лбу мелкие капельки пота. Даже Сарычев переменился в лице.

— Какой ужас! — прошептал он.

Тяжело переводя дыхание, Назар Мамедович произнес:

— Ну, это еще нужно проверить.

Он хотел сказать еще что–то, но раскашлялся, тяжело поднялся с кресла, подошел к окну и распахнул его.

Наступило томительное молчание. Евгений не решился нарушить его. Назар Мамедович задумался о чем–то. Только Сарычев тяжело вздохнул и нервно заерзал в кресле.

— Что–то не верится мне, что все случилось именно так, — произнес наконец Назар Мамедович, — хотя это пока единственное реальное объяснение бесследного исчезновения Дмитрия Ивановича… Идемте же немедленно проверим вашу догадку, Евгений Николаевич.

Уточнение догадки

Курганов послал Рустама за Асмаром и повел Назара Мамедовича к параболоиду. Антон Кириллович, понурив голову, шел следом за ними.

— Что делать будем, Евгений Николаевич? — шепотом спросил нагнавший Курганова Асмар. — Опять будет обследование нашего параболоида? — кивнул он в сторону Назара Мамедовича, полагая, видимо, что Сумбатов с этой целью прибыл из института.

— Да, Асмар, будет обследование, но только по другой части, — ответил Курганов и приказал Асмару выключить самоходную установку поворотного механизма и ручным регулятором придать зеркальной чаше параболоида ряд положений.

— В какое время могло произойти это несчастье? — спросил Назар Мамедович.

— Полагаю, между семью и десятью часами. Именно в это время свирепствовал над базой ураган, — ответил Курганов.

Асмар, по указанию Курганова, установил параболоидное зеркало сначала в положение, соответствующее семи часам утра. Затем стал медленно перемещать его в положение, которое оно обычно занимало к десяти часам дня.

— Что вы скажете, Назар Мамедович? — спросил взволнованно Евгений, когда зеркало прошло все заданные положения.

— Да… — задумчиво отозвался Назар Мамедович. — При таких положениях параболоида Дмитрий Иванович мог, конечно, попасть в конус испепеляющих солнечных лучей, но… — Замолчав, он медленно обошел вокруг параболоида и только после этого закончил свою мысль: — …но мне кажется, что этого не случилось.

— Почему?

— Да хотя бы потому, что должны были остаться хоть какие–нибудь следы.

— При температуре, которая достигается в фокусе отраженных параболоидом солнечных лучей, уже через несколько минут от него не осталось бы буквально ничего, — заметил Евгений.

— Да, если бы он все время находился в фокусе, а у нас нет доказательств, что он попал именно в фокус.

— Но что же предположить тогда? — растерянно спросил Евгений.

— Будем продолжать поиски, — решительно заявил Назар Мамедович.

В это время на территорию экспериментальной базы въехала какая–то машина. Ее не было еще видно за огромными секциями водонагревателей, но по звуку мотора Асмар сразу же заключил, что машина не принадлежит базе, и насторожился.

— Приехал кто–то, — сказал он и обратился к Курганову: — Разрешите, сбегаю узнаю?

Но тут из–за солнечного кипятильника показался Рустам с высоким смуглым человеком в дорожном плаще.

— Товарищ Джафаров! — удивленно воскликнул Курганов и поспешил к нему навстречу.

— С хорошей вестью к вам прибыл! — весело сказал секретарь райкома, поздоровавшись со всеми!

Евгений был так заинтригован неожиданным приездом Джафарова, что даже забыл познакомить его с Сумбатовым.

— Нашелся ваш Дмитрий Иванович! — торжественно заявил Джафаров.

35
{"b":"175597","o":1}