ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Бокардон (тихо, Селимару). Друг мой… прости, что я тебя заподозрил!

Селимар (тихо). Ах, Бокардон, мне было так больно!

Бокардон. Что ты хочешь, во всем виновата моя жена с ее дурацким письмом. Нет, надо же прибегнуть к такому способу, чтобы заставить тебя жениться на ее кузине.

Селимар. Нужно быть к ней снисходительным и простить ее.

Бокардон. Ни в коем случае! Мы еще поговорим об этом сегодня вечером, но…

Селимар. Ах, Бокардон…

Бокардон. Ничего не обещаю!..

Вернуйе (останавливается у камина и смотрит на часы). Уже одиннадцать! Пора ехать!

Селимар. Одиннадцать?!. Я вынужден вас покинуть: мне надо одеться… А вы уж побудьте вдвоем. (В сторону.) Позвольте, я же их не представил друг Другу- (Громко, представляет Вернуйе.) Господин Вернуйе — мой лучший друг… (Представляет Бокардона.) Господин Бокардон — мой лучший друг.

Вернуйе и Бокардон (кланяются друг другу) — Мсье!

Селимар (в сторону, направляясь в правую кулису). А все-таки они оба — премилые люди. (Уходит.)

Сцена одиннадцатая

Бокардон, Вернуйе.

Бокардон (в сторону, разглядывая Вернуйе). По виду он вполне подходит для такой роли. (Громко.) Любезнейший человек этот Селимар.

Вернуйе (в сторону). Смотрите-ка, а тик-то у него прошел! (Громко.) Прелестный человек!

Бокардон. Вы, должно быть, очень его любите?

Вернуйе. О да! Это мой лучший друг…

Бокардон. Естественно. Хи-хи-хи!

Вернуйе (в сторону, глядя, как тот смеется). Ну вот, опять началось. (Громко.) Вы очень от этого страдаете?

Бокардон (удивленно). Я?.. Нет. (Подтрунивает.) И он, значит, целых пять лет каждый вечер… каждый вечер бывал у вас?

Вернуйе. Каждый вечер… Ни одного дня не пропустил… Мы играли в домино…

Бокардон (в сторону). Он, конечно, играл роль мужа!

Вернуйе. Но последние полгода — с тех пор как умерла моя бедная Элоиза — он стал забывать меня…

Бокардон. А, черт!..

Вернуйе. В чем дело?

Бокардон. Да ни в чем!..

Вернуйе. И я не знаю, где он бывает по вечерам.

Бокардон (в сторону, с тонкой иронией). Зато я знаю!.

Вернуйе. Моя жена очень уважала его: она вышивала ему разные разности — то одно, то другое, то греческий колпак, то ночные туфли…

Бокардон (в сторону). Ночные туфли?! Боже мой, вполне естественно! (Разражается смехом.) Хи-хи-хи!

Вернуйе (в сторону). Опять этот его тик! (Громко.) Вы никогда не советовались с врачом?

Бокардон (удивленно). С врачом? Зачем?..

Вернуйе. Да нет, ни зачем… (В сторону.) Это у него сейчас пройдет. (Громко.) Он был так дружен с нами, что обедал у нас каждую среду. (Перебивает сам себя.) То есть не в среду, а в понедельник.

Бокардон. Я и говорю — каждую среду… (в сторону) у нас. С Г ромко.) И ваша супруга готовила ему всякие сладкие блюда?

Вернуйе. Да!

Бокардон. Пюре из яблок?

Вернуйе. О, да вы знаете его слабости…

Бокардон. Еще бы! (В сторону.) Круглый идиот! О, Мольер, где твоя кисть?

Вернуйе. А поскольку у нас есть отличный погреб…

Бокардон. В самом деле?

Вернуйе. Он приносил всегда бутылочку, которую мы распивали за обедом. Есть такой сорт — «Кирш»…

Бокардон. Ну как же, знаю!

Вернуйе. Ах, мсье, вы пили это вино?

Бокардон. Каждую среду… Настоящий нектар.

Вернуйе. Не правда ли? Счастлив, мсье, что познакомился с вами!..

Пожимают друг другу руки.

Бокардон. Что вы, мсье! А я как счастлив…

Пожимают друг другу руки. В этот момент появляется уже одетый Селимар.

Сцена двенадцатая

Те же, Селимар, затем Питуа.

Селимар (выходит справа и видит, что его гости пожимают друг другу руки; в сторону). Смотрите-ка, они уже пошли на мировую!

Бокардон (тихо, Селимару, указывая на Вернуйе). Мы с ним сейчас побеседовали… он открыл мне глаза.

Селимар (тихо). Уверяю тебя, что ты ошибаешься… вечно тебе что-нибудь кажется.

Бокардон (тихо). Оставь, пожалуйста: я в таких делах не новичок.

Селимар (в сторону). Впрочем, действительно, наверно, не новичок.

Питуа (выходит из двери на переднем плане, ведущей в бельевую; озабоченно и тихо, Селимару). Мсье, мсье!

Селимар. Что случилось?

Питуа (тихо). Мадам Бокардон там — в вашем кабинете: она прошла через бельевую.

Селимар (в сторону). О господи!

Питуа (тихо). Она спрашивала, не оставил ли мсье для нее пакета.

Селимар (в сторону). Ее письма!

Питуа. Я сказал, что нет… Она страшно разозлилась… Хочет говорить с вами… Она там… Прикажете ее впустить?

Селимар (поспешно). Нет.

Питуа (указывает на приоткрывающуюся дверь). Да вот и она сама!

Селимар. О боже! (Бросается к двери, поспешно запирает ее и кладет ключ в карман.)

Бокардон и Вернуйе. Что случилось?

Селимар. Ничего!

Кто-то яростно барабанит в дверь.

Вернуйе. Стучат!

Селимар (придерживая дверь). Это обойщики — они просто невыносимы… Нам пора идти — пошли!

Бокардон (подходит к двери). Подожди, они у меня сейчас умолкнут! (Кричит через дверь.) Дайте нам хоть уйти, вы там!

Стук прекращается,

Селимар (в сторону). Она узнала его голос.

Вернуйе. Смотрите-ка, успокоились…

Бокардон (с видом победителя). Я умею разговаривать с рабочими…

Питуа (в сторону). Нет уж, лучше я уйду, а то у меня колики начнутся… (Уходит.)

Бокардон (Селимару). Ну что же, едем?

Селимар. Одну минуту, я только надену перчатки. (В сторону.) Дадим ей время уйти из бельевой.

Сцена тринадцатая

Те же, Коломбо и мадам Коломбо, затем Аделина.

Коломбо (входит в сопровождении жены). Ну, зя- тюшка, оказывается, за вами еще заезжать надо! Коляски уже внизу.

Селимар. Мы готовы!

Мадам Коломбо (показывает ключ). Я закрыла на ключ бельевую.

Селимар (испуганно). Зачем?

Мадам Коломбо. Я положила туда приданое, а у вас тут рабочие…

Селимар (в сторону). Ну вот! Теперь ей оттуда не выйти!

Мадам Коломбо (берет под руку Селимара). Дайте мне вашу руку!..

Селимар (в сторону). Как же ее вызволить? (Громко.) Извините, одну минуту. Мне нужно отдать приказание. Я пройду этим ходом… (Указывает на бельевую.)

Мадам Коломбо (увлекает его). Некогда, некогда. Мы и так опаздываем. Пошли-пошли!

Уходят через дверь в глубине.

Коломбо (указывает на дверь Вернуйе и Бокардону). Господа, прошу… (Замечает шкатулку, оставленную на столе, подбегает и берет ее.) А, шкатулка! Сюрприз! (Встряхивает ее.) Там что-то есть… (Передает ее Аделине, вошедшей в комнату.) Вечером принесут свадебную корзину, вы положите это туда. (Бокардону и Вернуйе.) Господа, прошу за мной. (Уходит.)

Бокардон (к Вернуйе). Прошу вас.

Вернуйе. После вас.

Бокардон. Нет… вы старше.

Вернуйе. Вы правы! (Выходит).

Бокардон выходит за ним.

Занавес

Акт второй

Столовая. В глубине — дверь, по бокам тоже. Справа — стол, накрытый на четверых. Слева — буфет.

Сцена первая

Питуа, затем Селимар, Эмма.

Питуа (когда занавес открывается, заканчивает накрывать на стол). Четыре прибора — значит, папаша с мамашей придут завтракать… До чего же эти родители — надоедливые. Молодоженам столько хочется сказать друг другу… (Слышит звук открываемой слева двери.)

Держась за руки, входят Селимар и Эмма.

Мсье и мадам! Исчезаем!.. (Уходит на цыпочках через правую дверь.)

Сцена вторая

Селимар, Эмма.

Селимар (обращается к публике, прижимая к себе руку Эммы, которая опирается на него). До чего же приятно любить женщину, которая всецело принадлежит тебе — тебе одному… Это все-таки совсем не то же самое… (Жене.) Вы что-то грустны, Эмма.

Эмма (опускает глаза). Нет, мсье.

21
{"b":"175600","o":1}