ЛитМир - Электронная Библиотека

Часть вторая 149 Верблюды под ярмом стенают, Со всадниками погрязают, В пучине бурной, бьясь стократ. - Феб зрит трофей, - и величаво Склоняет он чело кроваво За рдеющий вселенной скат. 38. ЗАВОЕВАНИЕ ОЧАКОВА И БЕССАРАБИИ Не от полудни ль тучи рдяны Поверх Эвксинских вод летят? Не грозны ль молнии багряны С ужасным блеском в них гремят? - Но в тучах гром орлы внимают, Превыше облак возлетают, И против стрел сих роковых, Что с треском в воздухе скакали И им смертями угрожали, Свой двигли гром в кохтях своих. Сколь часто россы низлагали Агари дерзостных сынов? Сколь часто в бездну их свергали С Эвксинских страшных берегов? Сколь часто флоты их смятенны, От серна праха воспаленны, Превращены все были в прах, Которым бурный ветр играя И дики свисты испуская, Давно развеял на зыбях. Ни мраз, ниже борей шумящий Не силен россов охладить; Их твердый дух, их дух горящий Велит в стенах врагу отмстить;

150 Рассвет полночи Ирой не в снегах, на рати Готовы лучше смерть вкушати; Подвигнув громы средь колес Они стремнины презирают, К стенам Очакова ступают, Неся с собой железный лес. Пред ранними еще часами, Как мир во сне был погружен, Очаков росскими громами Был в робком страхе поражен; Очаков стон пустил безмерной; Раздался стон в пучине черной, Где чуды в диких снах своих, Громовым треском возбужденны, Верхи зря моря освещенны, Подъялись к кровам волн седых. Тогда зажженный прахом серным Сей град дым серый издыхал, Что, вьясь меж башен клубом черным, Как туча, город покрывал; Там стены лишь одне белеют, От ясной молнии бледнеют; Там смерть в дыму с своей косой Ристает, алчный зев имея, И с ней Мегера, свирепея, Бежит и зыблет факел свой. Чрез косу смерти скачут вой, Вращая в пепел всё и тлен; Летят крылатые Ирой На крутизну гремящих стен; Надежда и судьба теснятся И рядом с воями стремятся. - Среди расседшихся громад,

Часть вторая 151 Средь серных туч, дождей свинцовых По выям агарян суровых Ступают россы в гордый град. Прешла царица звезд, бледнея; И солнце меж колес златых, Эфиром чистым пламенея, Верхи открыло стен градских. - Тогда томяся град злосчастный И вздох пуская в час ужасный, К отважным россиян стопам Чело печально повергает И томный глас к ним простирает, Дабы простить его сынам. Объемля россы град покорной, Который в гордости не мнил, Чтоб верх чалмы своей упорной Пред сильным Севером склонил, Чалму с главы его снимают И шлем Паллады надевают. - Тогда, шум брани прекратя, Богиню мудру призывают И к ней в восторге возглашают, К полнощи взоры обратя: «О дщерь, Юпитером рожденна! - Се меч кровавый твой лежит, И жертва с ним лежит сраженна! Се твой неразрушимый щит! - Еще эгид не повредился, И меч еще не притупился; Но мы, сей страшный щит сокрыв И меч вложив окровавленный, Почием мало утомленны, Всегда готовы к брани быв!

152 Рассвет полночи Когда сии толпы строптивы Еще воздвигнут бурну брань И, надымая дух кичливый Еще прострут коварну длань, Богиня! - будь присущна с славой! - Имев твой щит и меч кровавой, Луну фракийскую пронзим. - Час бьет; - Олимп наклоним, За Истр1 Громову мглу пригоним И Византию сокрушим». 39. ПОБЕДЫ В БЕЛЬТЕ И ФИНЛЯНДИИ Как? - может ли тот вождь Ироев, Грядущих тот кумир времен, Князь волн, - морских дух боев, К бессмертным быть не сопричтен?2 - Тот, что седины забывает, И гордость готов низлагает? - Увы! - уснул глубоко - он... Но что? - с трофея в гроб вступает, На вечных лаврах засыпает; Его Европа внемлет стон... 10 Какой еще там старец важной Спешит за ним по бездне вслед? - Не тот ли, кто стезей отважной Великих осьмь пучин прошед, Проникнул смело непроездны Всех дале ледовиты бездны?3 - 1 Истр - древнее наименование Дуная. 2 Покойный Грейг, российский адмирал. 3 Г. Чичагов, другой российский адмирал. Давно уведомляют, что он, ехав к арктическому полюсу, был уже под 84 градусом.

Часть вторая 153 Он, сохраня в сединах жар И опытом блистая строгим, За брань возженну златом многим С мышц вержет мстительный удар. Морские хитро строя громы Среди готландских он валов, На крылиях орла несомый Разит скрежещущих врагов, Которые, недоумея, Бегут пред россом, цепенея; Но гот лишь меч еще воздвиг, Он, дерзостных врагов постигнув, Морские громы все подвигнув По Бельту рассыпает их. Перед вселенной постыжденный Вблизи эстонских берегов, Гот правил парус напыщенный Котлинских испытать валов; Но там он Крюйза обретает И нову смерть себе сретает. - Сей Крюйз, - как каменный утес, Смеясь валам внизу пенистым, Разит валы хребтом кремнистым, Взвивая брызги до небес. Вотще туман их защищает И тайный путь дает судам; Вотще гот ветрила вверяет Неверным воздуха парам; Дрожат их, обуяв, тристаты, В заливе Выборгском прижаты. - Там он троякой смерти ждал И умолял Борея боле; Борей приспел; - что медлить доле? - И гот пол-флота потерял.

154 Рассвет полночи Не тщетно ли Плуту с фракийский Налоги тяжки обложил На Африку, страны Азийски, Чтоб дождь златый с туч южных лил И поливал поля вечерни, Чтоб вывесть лавры вместо терний? Ах! - всуе готов богатит, Дабы, на россов шед войною, Давили тягостью двойною. - Дрогнет ли с Богом наш АлкиЫ Чему еще враги чудятся Среди лесистых Финских гор? - Денисова низринуть льстятся, Но страшный чувствуют отпор. - Лукавы вымышляют ковы, Чтоб в плен увлечь его суровый, И тучу пуль пускают вдруг; Он, свист и цель их презирая И их удары предваряя, Телами готов кроет луг. Так торжествует брань кровава Носясь по Белътским зеркалам; Так пламенеет в храме слава По Финским реюща скалам. - Алкид наш по трофеям скачет, А готский зверь в ущельях плачет. Но, о Зевесов славный сын, Питомец мудрости! - Доколе Зияет смерть в волнах и в поле! - Смири! - Да будет мир един!

Часть вторая 155 40. МИР СО ШВЕДАМИ 1790 года августа 3 дня Постой! - Довольно в ратном поле Гремел ты звуками желез; Теперь умолкни на престоле! Усни! - Сокрой огонь очес И верзи пламенник злосчастный, О Марс, земным странам ужасный! - Я петь не буду крови ток, Дымящись грады, граждан бедность, Их членов трепет, лиц их бледность И гаснущих дней грозный рок. Давно слезящая Цибела, Колена робки преклонив, Моление к тебе имела, Дабы, те слезы ощутив И погасив перун горящий, Семейства пощадил стенящи, Где мать в унынии сидит, Вопя над детскими костями; Где бледная вдова слезами Супружний в ранах труп кропит. Когда довольно утучнился Твой алчный меч в крови врагов; Когда довольно утомился От бранных твой эгид трудов; Еще ль меча ты не влагаешь И серп от жатвы похищаешь? - Нет; само небо не гремит; Но мнится, - паче сожалеет, Что юношей число скудеет, Что редко на земли их зрит.

156 Рассвет полночи Смотри! - владетель морь, летая Среди коралловых колес, Стремнины влажны озирая, Зрит дымных мачт повсюду лес; Зрит ветры всюду разъяренны И волны, ветрами смятенны; Он, хмуря свой лазорный взор, Трезубцом бури прогоняет, Морщины моря расправляет, Кропит пенистых ропот гор. Сварливый самый враг не сносит Твоих пылающих зениц; У храбрых россов мира просит, Потупившись пред светом ниц; Мечу и силе их дивится, Глубоких ран своих стыдится И, доли не стерпя своей, Дверь Яну сову затворяет И тяжкий створ едва сдвигает На крюках, покровенных ржей. Где мысли, гот, твои кичливы, Чтоб в спорной доблести успеть? - Когда надежды несчастливы, Забудь победами шуметь! - Судеб прещеньем устрашенный И слез струями орошенный, Лобзай благотворящу длань Богини той победоносной, Против которой ты, поносной, Воздвигнул святотатску брань! Когда гремяще поле ратно, Где жатва для меча растет, Тебе явилось неприятно, Что дождь златый туда нейдет,

Часть вторая 157 Что дождь златый из туч фракийских, Из дальних климатов азийских При Бельте лавров не кропит, Да минет ввек твой дождь свинцовый! Да минет облак с ним громовый! - За то наш мстил тебе Алкид. Ты, вынудить отчаиваясь Сребро чрез лесть из тучных стран И за утесы удаляясь, Вздыхаешь от постыдных ран! - Там братии трупы зришь сраженны, В ручьях кровавых погруженны! - Здесь сил морских ты зришь урон, Остатки коих в Бельте яром Российским загнаны ударом На робких ветрилах в Карлскрон. Усни, о буря ополченна! Усни средь дебрей и пещер! Се в блеск Ирида облеченна, Нисшед сквозь дождь от ясных сфер, Над Финскими двумя холмами Став седьмицветными стопами, Вещает: «Россы! мир даю!» - Вдруг россы: «мир, мир», - повторяют, Угрюмых бурь не ожидают, Тушат горящу месть свою. Сколь часто в бурны дни ходила Красавица в тоске к брегам, Где мужа в шлеме проводила На произвол седым волнам? - Но лишь Ириду усмотрела, Тогда от радости немела,

15
{"b":"175632","o":1}