ЛитМир - Электронная Библиотека

Я лишь сказала, что на нас посмотрел глава Совета, – вцепилась в гребешок маленькая помощница. – Эй, не тряси! А ты сразу и запаниковала и сама себя чуть не выдала. Да не тряси ты меня!

Отцепись.

Дэльвильта взяла Ламинасу двумя пальцами, отчего та стала подобна стеклянной статуэтке, и закрепила ею локон. Другие, к счастью немые, тоже послужили украшением прически.

Я справлюсь, – сказала она своему чуждому отражению. До сих пор не могла привыкнуть к васильковым глазам, обрамленным синими ресницами. – Я найду в себе силы не выдать волнения.

…Травы ухоженного двора шелестели под ногами. По небу тянулся пух лиловых облаков. Заливались щебетанием птицы. Все дышало спокойствием и даже не верилось, что за пределами этих стен царила чудовищная несправедливость.

Дэльвильта шла вдоль замка к воротам. Возле них ее уже поджидал покровитель, облаченный как всегда в черные шелка. Остановившись возле него, она покосилась на деревянные двери, украшенные стальными яблоками и двумя черными птицами.

Мулибрис качнул птицу, и та несколько раз ударила железным клювом по яблоку. Осталось ждать, когда стражи откроют ворота.

Красивый наряд, – осмотрев подопечную с ног до головы, заметил парень. – Надела его мне назло?

Она ничего не ответила, спешно переступив порог. У дверей стояла пара стражников, сверкавших парадной броней. Высокие черные сапоги с шипами на коленях и ощеренными когтями на икрах устрашали уже одним только видом. В серебристых наплечниках отражались окна, в изукрашенных вязью нагрудниках – небо. В руках они держали небольшие одинаковые топоры, какими еще ни разу не воспользовались. Длинные накидки, подбитые фестонами, придавали солидности в основном малограмотным и неотесанным охранителям.

Дэльвильта следовала за Мулибрисом. Двигаясь вдоль колоннады, осмотрела синее крыльцо с белыми ступенями, клумбы с низкорослыми розанами и белеющую вдали крытую площадку, определенную для повозок пребывающих господ.

Над входом висело большое полотно: несколько вытканных облаков, синий атлас неба и король Мадритэл со щитом и мечом.

В приемной уже собралось несколько десятков гостей. Одни прогуливались по зале, другие – вполголоса разговаривали, третьи – со скучающим видом потягивали напитки. Мужчины обсуждали новости, женщины – оценивали наряды потенциальных соперниц.

Длинный стол ломился от наколдованных яств, но не терял воздушности за счет прозрачной посуды и хрустальных канделябров. Возле окон собрались одетые в черный бархат девять Старейшин. Все высокие, статные, грациозные. Тронутые сединой головы окольцовывали черные обручи. С воротов свисали массивные ордена, мерцавшие шпинелями и альмандинами.

Мулибрис, кивками приветствуя знакомых, подошел к трону захворавшего короля. Венценосный старец выглядел неважно. Казалось, даже не замечал стоявших рядом прихвостней. Немного оживился только когда увидел загостившуюся в его замке пару.

В этот момент пожаловал принц и оказался в центре внимания. Раздаривая дамам улыбки, он благодарил за поздравления и, судя по тому, как блестели его огромные черные глаза, ожидал от вечера приятных сюрпризов. Подойдя к трону отца, он посмотрел на приветствовавших его гостей.

Калель Валунтасия из древнего рода Эйлиит, – представил Мулибрис напряженно сжавшую кулаки подопечную.

Мы живем в одном замке, но до сих пор не встречались, – задумчиво произнес принц, ласково погладив широкий подбородок.

Дэльвильта дернула плечом, намеренно выказав неуважение. К счастью, гости уже отправились к столу и ничего не заметили.

Все устроились на высоких стульях и обсуждали за трапезой последние новости, пока король не попросил дать ему слово. Гул голосов незаметно стих, и все вежливо отложили вилки.

Дэльвильта, склонившись над тарелкой, глянула на жалкого, усохшего старика, стиснувшего подлокотники. Он прокашлялся и заговорил, то и дело теряя голос. Собравшись с силами, уведомил Старейшин, что намерен в скором времени передать трон принцу Мадритэлу. Если, конечно, Совет ничего не имеет против.

После трапезы все разбрелись по зале. Королевы, устроившись рядом с дочерьми, изъявили желание увидеть танец Эйлииты. Дэльвильта стиснула зубы. Как кинжал в сердце! Даже любовь к искусству не может затмить чувство униженности. Развлекать гостей – участь всех зависимых жителей Айнаколы. Кого-то радовало, что их мастерство нравилось Знати, и заложники своего таланта всячески угождали неблагодарным господам.

Дэльвильта попала в список исключений. Приходилось проявлять немалую выдержку при виде Старейшин, чьи люди истязали ее на протяжении трех месяцев. Они до сих пор заняты поисками бежавшей нарушительницы! Здесь и малейший проступок грозит смертной казнью, что уж говорить о провинностях, приписанных ей. Это и присвоение чужого имени, и воровство титула, отягощенное тройным убийством, и жестокий обман короля. Ее должны казнить дважды, чтобы она рассчиталась с многоуважаемым Советом.

Мы желаем взглянуть на вашу подопечную! – поторопила королева Пасторэля, огладив черную горжетку.

Дэльвильта вышла из-за стола в надежде, что Совет не проявит особого интереса к танцу ничтожной Эйлииты. Ее преступления заметены фальшивыми бумагами и измененной внешностью. Никто не узнает в ней приговоренную беглянку, так что надо успокоиться. Едва она собралась ублажать зрителей своей гибкостью, королеве Пасторэля и ее дочерям захотелось послушать баллады.

Она встала у окна и запела. Музыканты, сидевшие на верандовом мостике, затянули тоскливую мелодию. Королева недовольно махнула рукой, блеснув в вечернем свете тяжелыми перстнями.

Довольно! Я знаю эту песнь о странствиях королевы Аргонты! Пусть споет что-нибудь, чего мы еще не слышали.

Что ж, так даже лучше. С фальшивым благоговением петь о распрекрасной Айнаколе и ее основоположнице, было уже невмоготу. Поэтому Дэльвильта выбрала балладу на гойё – языке Эйлиит.

«Скажи мне, мы все идем по кругу? Но ты ушел. Ты – моя выдумка? Бескрылое время летит, а я остаюсь на месте. И в ветре я слышу твой голос, что сталкивает наши мгновения»…

Она смотрела на сидящих напротив гостей. Они не понимали, о чем эта песня, но, как завороженные, покачивались под тихую музыку. Только в такие моменты страх перед толпой отступался.

Закончив петь, Дэльвильта склонилась в изящном поклоне. После исполнила еще нескольких песен и о ней благополучно забыли. Она отошла к витражу и привалилась к холодной стене. Коридорные зажигали свечи, прислужники – меняли блюда, а придворные – развлекали гостей новой постановкой.

Ты выказала неуважение будущему королю, – попенял ей возникший рядом Мулибрис. – Ты зашла слишком далеко.

Заниматься угодничеством – удел простолюдинов, – отвернулась Дэльвильта, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Одолжи свое кольцо. – Мулибрис впервые за столько месяцев взял ее за руку и снял с пальца перстень. – Я тебе его верну.

Разучиваете новую балладу? – спросил подошедший сзади принц, когда она бормотала проклятья вслед наставнику. – Мне понравился ваш голос. Пожалуй, вы могли бы меня развлечь.

Дэльвильта обернулась, глянув в его крупное, симпатичное лицо, подпорченное птичьим носом и коротковатой верхней губой.

Надеюсь, вы составите мне компанию и не откажетесь от прогулки по нашему прекрасному городу?

Не посмею наскучить вам своей недостойной персоной. – Дэльвильта вежливо поклонилась. – Разрешите вас оставить.

Постойте! – воскликнул принц, перебив выкрики «мучеников», которых продолжали наглядно истязать в затянувшейся постановке. – Вы мне что, отказываете? Или я вас неправильно понял?

Простите, но завтра я занята. С вашего позволения.

Она еще раз кивнула и начала продвигаться к выходу.

Мулибрис, как и следовало ожидать, находился подле короля. Старик трясущейся рукой поднес кубок к губам, отпил вина и захрипел, запрокидываясь на подлокотник. Кубок выскользнул из пальцев и, ударившись об пол, покатился под ноги Дэльвильте.

4
{"b":"175637","o":1}