ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Вы поняли, о чем я говорю, князь Чунь!

Услышав громкий и повелительный голос Цыси, великий князь Чунь вздрогнул. Будучи от природы человеком трусливым и зная коварство и жестокость Цыси, он не хотел, чтобы его сын стал императором. Встав на колени, князь просил Цыси избрать другого наследника трона, но она была неумолима. После этого великий князь Чунь упал в обморок, а она спокойно приказала евнухам вынести его из зала в другую комнату.

— Если у кого-нибудь есть возражения, скажите об этом, — в заключение добавила Цыси.

Она хорошо знала, что подавляющее большинство присутствующих сановников своему возвышению и богатству обязано ей, поэтому они будут поддерживать ее кандидата.

Это событие произошло в студеную зимнюю ночь. Холодный воздух и густой туман заполнили узкие улицы и переулки Пекина. Пыльные бури из пустыни Гоби окрасили в желтый цвет снег, лежавший по обочинам дорог. Порывистый ветер поднимал высоко снежные вихри, перемешанные с пылью. В такую ненастную погоду по приказу Цыси отряд дворцовой гвардии под командованием Жун Лу направился в резиденцию великого князя Чуня, чтобы доставить во Дворец воспитания сердца его четырехлетнего сына. Вместе с отрядом восемь носильщиков несли паланкин для избранника трона.

Дафэн, мать Цзай Тяня, разволновалась и расплакалась. Она знала, что от нее хотят навсегда отнять любимое дитя. Ее мучило сомнение: «Если Цыси невзлюбила родного сына Тунчжи, то как же она отнесется к своему племяннику?».

Суеверные отец и мать малолетнего Цзай Тяня видели в разбушевавшейся непогоде дурное предзнаменование. Они не хотели расставаться со своим чадом, словно угадав его несчастливое будущее.

Когда посланцы вдовствующей императрицы прибыли в дом великого — князя Чуня, маленький Цзай Тянь крепко спал. Его разбудили и сказали, что сделают императором. Он, хныкая и зевая, спросонок проговорил: «Я не хочу быть императором, я хочу спать!». Прибывшие стали уговаривать Дафэн не задерживать сына, убеждать, что для нее большая честь видеть его императором Китая и что ее неуступчивость вызовет гнев Цыси. Уговоры длились долго — с 10 часов вечера до 3 часов утра следующего дня. Дафэн все еще пыталась настоять на своем. Тогда начальник дворцовой охраны Жун Лу сказал:

— Если ты не разрешишь взять мальчика во дворец, мы должны все здесь умереть.

После такого сильного «внушения» родители вынуждены были уступить и расстаться со своим сыном.

Все это время, когда Жуп Лу со стражей находился в доме великого князя Чуня, Цыси и присутствовавшие на Верховном императорском совете с нетерпением ждали их возвращения во Дворец воспитания сердца. И вот евнухи доложили: мальчик Цзай Тянь прибыл. Она приказала привести его. Мальчик, оказывается, заснул на руках евнуха. Цыси разбудила его и отвела во Дворец вечной весны, где для него еще при жизни Тунчжи была приготовлена императорская одежда. На мальчика надели эту одежду и усадили его на трон.

Так 13 января 1875 г. Цзай Тяня объявили императором династии Цин, а девиз его правления получил наименование Гуансюй (Блестящее наследие).

Первым официальным актом императора Гуансюя было преклонение перед гробом покойного Тунчжи. Затем его заставили выразить благодарность двум вдовствующим императрицам, Цы-ань и Цыси, за их согласие взять на себя регентство.

Год восхождения Гуансюя на трон был отмечен дурным предзнаменованием: от молнии сгорел алтарь Храма неба — самое священное место правителей Китая, где они от имени всех подданных Срединного государства обращались с молитвами к небу. Вместо дождя, который был так необходим для крестьянских полей, небо ниспослало яростный удар молнии — это привело в страшное смятение суеверных людей.

В Пекин после возведения Цзай Тяня на престол было направлено из различных районов Китая множество петиций, осуждавших действия Цыси: императором стал малолетний мальчик, в то время как законным наследником должен был стать Пу Лунь — молодой человек, совершеннолетний и благовоспитанный. В петициях говорилось, что малолетний император очень слаб и болезнен. Цыси обвинялась в самых резких выражениях.

Некоторые считали, что такое грубое нарушение воли неба принесет несчастье и Цыси и империи. Такие упреки и обвинения, однако, совершенно ее не волновали: она не отступила ни на шаг от принятого решения.

Это было грубым нарушением установившихся правил престолонаследия, поэтому вызвало неодобрение и среди придворных.

Член палаты цензоров У Кэду стал наиболее ярым выразителем таких настроений. Он относился к тем редким столпам конфуцианства, которые твердо стояли на страже традиций, пришедших к современникам из глубины веков, и готовы были даже лишить себя жизни во имя сохранения этих традиций.

После смерти императора Тунчжи У Кэду в течение четырех лет надеялся, что Цыси одумается и издаст соответствующий указ с целью восстановления древних правил наследования трона и умилостивления духа Тунчжи, лишенного законного права определять наследника. Сам Тунчжи хотел сделать своим преемником Пу Луня, а Цыси, игнорируя волю умирающего императора, навязала преемником Цзай Тяня.

В знак протеста против незаконных действий Цыси цензор У Кэду покончил жизнь самоубийством: принял большую дозу опиума, а затем повесился в кумирне, расположенной вблизи могильного кургана покойного императора Тунчжи. Перед смертью самоубийца написал на имя настоятеля кумирни даосского монаха Чжоу письмо следующего содержания:

«Настоятель Чжоу, не бойтесь. У меня нет желания причинить вам зло. Я вынужден позаимствовать у вас небольшой участок земли, расположенный на священном месте, для своего захоронения. Купите для меня дешевый гроб и покройте его внутреннюю часть черным лаком. Моя похоронная одежда находится в надлежащем виде, только срежьте кожаные подошвы с моих туфель, прежде чем положить меня в гроб. Я слегка надрезал себе пальцы, чтобы они кровоточили, и вы это сможете заметить. Приобретите небольшой участок земли рядом с могильным курганом покойного императора Тунчжи и похороните меня там. Вы найдете в моей сумке 45 лянов, и это будет достаточно для уплаты за гроб и на похоронные расходы. Положите мое тело в гроб и поставьте его в прохладное, тенистое место. Не разрешайте женщинам и детям глазеть на мои останки. В моей смерти нет ничего странного и аморального: моя смерть стала неизбежным долгом».

У Кэду написал также прощальное письмо своему сыну Чжи-хуаню, в котором есть такие слова: «В старые времена преданные слуги государства совершали самоубийства, выражая этим протест против вырождения их правителей».

Но самым примечательным было памятное письмо У Кэду на имя трона, имевшее целью побудить вдовствующую императрицу упорядочить правила престолонаследия в соответствии с установившимися традициями. Упрекая Цыси за незаконное выдвижение Цзай Тяня на императорский трон, У Кэду писал: «Таким образом, новый император стал таковым не но мандату покойного Величества Тунчжи, а по мандату вдовствующих императриц Цыань и Цыси».

Это трагическое событие произвело сильное впечатление на общественное мнение двора, который негласно порицал самоуправство Цыси. Последняя вынуждена была умилостивить обиженный дух покойного императора Тунчжи, дав торжественное обещание упорядочить престолонаследие и соблюдать старые обычаи. Находясь во власти суеверий, она на всю жизнь запомнила самоубийство цензора У Кэду и считала это дурным предзнаменованием.

Но возникло еще одно препятствие: Алутэ — вдова покойного императора имела право на сан вдовствующей императрицы и в этом качестве временно наследовать трон. Более того, она была беременна, а это означало, что в случае появления на свет сына вдова становилась регентшей, и тогда Цыси лишалась власти.

Цыси решила избавиться от Алутэ и начала действовать через ее отца — Чун И. Она пригласила его во дворец и повела с ним разговор, как утверждают источники, в таком духе:

— Меня очень беспокоит ваша дочь. Я всегда старалась ее оберегать, но теперь ей угрожает такое несчастье, с которым даже я, вдовствующая императрица, не знаю, как справиться. Она беременна, и какое будет несчастье для нее, если родится сын, в то время как Верховный императорский совет уже решил, кто будет императором. В случае, если она разрешится мальчиком, то встанет вопрос об отречении Гуанеюя. Но покойный император болел нехорошей заразной болезнью, и это скажется на здоровье новорожденного, — он может по наследству иметь такую же болезнь, как и отец, что доставит большие неприятности и его матери, и империи.

33
{"b":"175638","o":1}