ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«Вы не поверите, до чего может дойти женское тщеславие,— сказал молодой человек из Кордовы.— Я знаю девушку — очень хорошенькую — так вот, для нее встретить на улице другую девушку, которая может показаться красивее ее,— просто нож острый. Она впадает в совершенную истерику и, отчаянно рыдая, возвращается домой».— «Amigo mid[154],— рассмеялся один из присутствовавших врачей,— это патология».

Недавно в испанской прессе появилась пара направленных против piropo статей, одна из них написана светским писателем, другая — священником. Последний пишет: «Нет оправдания piropo, который является просто поводом для приставаний к женщинам». Писатель же отмечает, что современные мужчины утратили умение сочинять очаровательные и остроумные piropos, которым обладали кавалеры «добрых старых времен», и тот, кто ныне следует этому обычаю, показывает тем самым свою необразованность и неумение отделять мужественность от gamberrismo[155] или пижонства. Писатель признается, что в наши дни на каждый piropo, способный доставить удовольствие, приходится более сотни непристойных и вульгарных. Он не в силах понять, как мужчина, который дома относится к своим родственницам так заботливо и уважительно, может вести себя на улице, как сексуальный маньяк.

«Испанец,— говорится в статье,— похоже, делит всех женщин только на два разряда: “святые”, сиречь его мать, сестры и жена,— и все остальные, к которым он относится совершенно иначе. Возведение этой теории в общее правило оскорбительно до крайности, но он, кажется, не способен этого понять».

Вместе с тем писатель упрекает и испанок, замечая, что им следовало бы давать более решительный отпор наглецам. «Разумеется, протестовать нелегко; лучшим ответом нахалу была бы пощечина, но для этого нужна мгновенная реакция, которая не свойственна средней испанке». Как-то в Севилье я попыталась дать отпор и заявила моему piropeadory, что ему «не хватает образования» (замечание для испанца весьма обидное). Тот только рассмеялся и сказал: «Не пойму, чем я тебе не угодил. Я же говорил только приятные вещи. Вот если бы ты была хромоножкой или уродиной и я бы прошелся на этот счет — тогда совсем другое дело». Впрочем, дальнейшие сетования на эту тему бессмысленны. Единственное, что можно сказать в защиту piropos,— что этот обычай все же лучше завезенной в Европу с Дикого Запада, но не привившейся в Испании привычки свистеть вслед хорошенькой женщине.

«Ну,— сказал мне вышедший на пенсию историк искусства, с которым я познакомилась в Мадриде в начале своего путешествия,— пришли ли вы к каким-либо заключениям по поводу испанской любви?»

Я осторожно ответила: «По-моему, их правильнее было бы называть “впечатлениями”. Что меня больше всего поразило, так это контраст между нравами разных провинций страны, в частности — Юга и Севера. В Андалусии — стране гитар, благоуханных ночей и серенад при свете луны — любовь похожа на веселые узоры иберийских ваз: яркая, очень декоративная и поверхностная. Живописный ритуал ухаживания был развлечением для мужчин, светской формой поклонения Пречистой Деве, позволявшей им демонстрировать свои способности к музыке и поэзии. Женщина же была и осталась сдержанной и пассивной. Но за этим фасадом скрывается чувство глубокого разочарования, присущее в равной мере и мужчинам, и женщинам. Они отождествляют любовь с красотой, полностью сознавая, что та недолговечна. Религия подчеркивает эту врожденную склонность к принижению мирских ценностей. Типичным примером подобной позиции служит высказывание молодой женщины из Севильи: “Идеального человека трудно найти. Христос — вот идеал совершенства”. Хотя на севере Испании фанатизма меньше, но монастырское воспитание накладывает свой отпечаток на большинство испанских женщин, что чрезвычайно мешает им общаться с мужчинами».

«Андалусия — по-прежнему чрезвычайно отсталая провинция,— сказал мой собеседник,— но наши северные женщины, как вы говорите, более эмансипированы; мужчины выказывают им больше уважения, и в отношениях между полами больше равноправия — вы не заметили?»

«В ограниченных пределах,— ответила я.— Однако женщину как личность все еще недостаточно уважают. Меня удивляет, как в странах, где господствует культ Богоматери, могут смотреть на женщину свысока».

«Она пользуется уважением как мать».

«И является гражданином второго сорта с точки зрения как государства, так и своего собственного мужа, что особенно ярко проявляется в среде опутанных условностями представителей среднего класса! Судя по тому, что мне пришлось видеть, отношения между полами не слишком товарищеские».

«Это из-за того, что люди в массе своей недостаточно образованны. Молодое поколение, закончившее университеты, настроено совершенно иначе».

«Не забывайте, что они составляют меньшинство. Но дело не только в недостатке гуманитарного образования. По-моему, испанцу в любви гораздо больше, чем, скажем, французу или англичанину, мешает его темперамент. Средний испанец не может полностью отдаться любовному чувству, слить свою душу с душой любимого человека в единое целое из-за того, что он слишком занят собой, слишком горд, слишком нетерпим. Испанец — индивидуалист, любитель произносить монологи, не способный понять или одобрить идею диалога — из-за этого с ним (или с ней) нелегко ужиться».

«И это проявляется как в домашней, так и в политической жизни! — сказал ученый. — Но, думаю, вы немного сурово к нам относитесь. Среди нас есть и романтики, и страстные любовники. Однако не забывайте, что мы сдержанны и не привыкли выставлять напоказ свои сокровенные чувства».

«Понимаю,— сказала я,— а потому удивилась, когда все люди с готовностью ответили на нескромные вопросы моей анкеты, касавшиеся любви. Я не предполагала, что такое возможно».

«Вот видите,— подытожил мой собеседник,— даже мы меняемся — пусть и медленно, но тем не менее меняемся. Я лишь надеюсь, что в нашем сближении с более развитыми странами мы не дойдем до той стадии, на которой сейчас находитесь вы,— с вашим огромным количеством разводов, развалившихся семей и малолетних преступников!»

Словарь иностранных слов, наиболее часто встречающихся в тексте

Alma — душа

Amigo — милый

Amor — любовь

Amor propio — самолюбие, себялюбие

Apalabrarse — устное обещание жениться

Beatas — блаженные, благословенные

Caballero — кавалер, рыцарь

Cancioneiros — сборник стихов или песен

Cantigas de amigo — песни о милом

Cantigas de amor — песни о любви

Cantigas de escarnio — шутливые песни

Casa de cito —дом свиданий

Cencerrada — кошачий концерт

Conge — отставка

Copla — куплет, народная песенка, стихотворная строфа

Cortejo — поклонник, ухажер, любовник

Desgraciado — несчастный

Escarnio — насмешка, издевка

Fonda — гостиница

Feria — ярмарка, праздник

Gamberro — хулиган, стиляга

Guapa — милая, прелестная

Horchata — прохладительный напиток с миндалем

Majo (м.), maja (ж.) — франт, щеголь

Manceba, mancebada — проститутка

Meigallo — порча

Mancebia — бордель

Maravedi — испанская золотая монета

Novia — подруга, novio — поклонник, ухажер, жених

Pantasma — призрак

Parrandea — оживленная беседа

Plazuela — небольшая площадь

Piropo — комплимент

Pueblo — деревня, село

Puta — шлюха, проститутка

Reja — решетка (на окне)

Rias — широкие устья рек

Romeria — паломничество, народный праздник

Querida — любовница

Saeta — андалусская песня

Sal — пикантность, изюминка

Serranas — пастушки

Soldadeira — женщина, сопровождающая солдата на войне

Suerte — жребий

Tocado — женский головной убор

Комментарии

1

Иберы — древние племена, населявшие Испанию и Португалию. Отсюда — Иберия, древнее название Испании. Вотивное божество — требующее жертвоприношений за исполнение того или иного желания.

вернуться

154

друг мой {исп.)

вернуться

155

хулиганство (исп.)

60
{"b":"175642","o":1}