ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Нет, он не обвинял себя ни в чём, он считал себя единственно правым и… давился этой своей правотой. Она каждый раз вставала костью в горле, когда в ответ на страстное желание видеть Аллу, целовать её, говорить с ней, он встречался с пустотой своего дома, осиротевшим рабочим местом у окна. Эти десять дней измотали его так, как не могли измотать годы. Он чувствовал себя разбитым, старым и злым. Но вот это личико снова перед ним. Эти ясные глазки не насмешливы и не надменны. Они умны, насторожены и задумчивы. Макс, втянув в себя воздух после опрокинутой рюмки коньку, резко поднялся с места. Он не слышал протестующих голосов. Он упорно выбирался из-за стола к выходу. Он спешил, он не замечал помех на своем пути. Он летел, как бронебойная пуля, стремясь быстрее выйти за дверь, за которой только что скрылась Алла. Он не понял, почему она ушла — его отвлекла череда поздравлений и тостов, а когда вновь перевёл взгляд в её направлении, она уже исчезала за дверью.

Макс нашёл Аллу в соседней комнате. Её душил кашель. Алла прижимала к губам платок одной рукой, а другой искала в сумочке таблетки. Он быстрыми шагами подошёл к ней. Она вздрогнула и отпрянула. Макс внимательнее глянул ей в лицо и понял, что это был не просто кашель, вместе с ним Аллу душили и слёзы.

— Ну всё, с меня достаточно этого цирка! — Макс решительно отвёл руки от её лица, — собирайся и немедленно едем домой.

— Никуда я не поеду, — с трудом выговорила Алла.

— Не поедешь? — прищурился Макс и тут же достал телефон, — Вася, очень быстро машину к подъезду.

— Не поеду! — звонко звучали в голосе слёзы, — я не позволю тебе обращаться со мной, как с вещью — хочу прогоняю, хочу зову обратно. Оставь меня в покое, я себя очень плохо чувствую!

— Я не оставлю тебя в покое — никогда! И если ты такая дурочка, что до сих пор этого не поняла — тем хуже для тебя. Собирайся, машина будет через минуту.

— Нет! — Алла не могла больше слышать этот приказной безапелляционный тон, она не хотела сдаваться, не хотела больше быть слабой и безропотной.

Макс шагнул в её сторону с выражением отчаянной решимости на лице, она отступила дальше, но уже через мгновение взлетела вверх, подхваченная его сильными, беспощадными руками. Он держал её крепко, стискивая плечи и ноги под коленями. Алла выронила сумку, но Макс и бровью не повёл. Он развернулся и быстрым шагом двинулся по коридору со своей строптивой ношей. Вместе с ней он спустился с четвёртого этаж, прошёл через холл, открыл ногой стеклянную дверь.

Шофёр Вася, ценимый Максом за точность и пунктуальность, увидев шефа с Аллой на руках, бросился открывать дверь машины. Алла даже не успела почувствовать холода, вдохнуть морозного воздуха опускающихся предновогодних ранний сумерек, как оказалась в жарко натопленном салоне комфортабельной машины.

Макс быстро сел рядом и захлопнул дверь. Когда он оторвался от Аллиных губ, она растерянно спросила, глядя как автомобиль несётся по улицам, полным праздничной суеты:

— А как же верхняя одежда?

— Вася съездит и всё привезёт. Но тебе в ближайшие дни она вряд ли понадобиться. А этой ночью особенно… Новый год, ты, моя драгоценная, встретишь в постели абсолютно обнаженной, разнеженной и усталой! Ну, а как встретишь год, так, говорят, его и проведёшь.

Макс снова принялся целовать Аллу, и ей всё это стало похоже на сказку. Её уносят сани Снежной королевы в безраздельный и вечный плен…. Но ведь она сама ухватилась руками за эту таинственную повозку.

Праздничный шум в офисе постепенно стихал, народ торопился по домам, на улице уже почти стемнело. В большой комнате, где проходило застолье с танцами, женщины уже начинали убирать посуду. Хозяйка офиса быстренько домывала полы в остальных комнатах, тщетно пытаясь найти секретаря Яну. Им вместе нужно было закрыть офис на праздники, проверить, всё ли остаётся в порядке.

Яна слышала, как хозяйка где-то вдалеке гремит вёдрами, но ей было не до этого. Запершись в первом попавшемся кабинете, в не очень удобной позе на столе, скинув на пол канцелярскую мелочёвку, они занимались любовью с Илюшей Луганским. Илья стискивал руками маленькую белую попку Яны, вихлявшуюся из стороны в сторону не в такт и не в ритм его движениям и думал о том, что своими криками Яночка поставит на уши всех оставшихся в офисе. Он очень сомневался насчёт хорошей звукоизоляции помещения. Яна сначала охала, ахала и постанывала, а потом принялась орать.

На счастье, никто не стал ломиться к ним в комнату. Яна сползла со стола, натянула малюсенькие кожаные шорты на обычное для них место, открыла дверь и выглянула в коридор.

— Фу, слава Богу, кажется всё умотались по домам. Тихо…

Яна, истомлено потянувшись, подошла к Илье, усевшемуся в кресло, и тут же взгромоздилась ему на колени, оплетя своими длинными ногами.

— Это было что-то… — томно прошептала она ему в ухо, — так со мной ещё никто не управлялся… Так грубо, больно — я не знала, что это может быть так классно. То-то девки около тебя табунами пасутся. Но я тебя сегодня к ним не отпущу! Сегодня ты — мой. Я закрою сейчас эту шарагу, и мы двинем к тебе, или, если хочешь, ко мне.

Илья не возражал, ему было абсолютно всё равно, где и с кем встречать Новый год. Где-то сегодня его ждали, Илья не помнил толком о том, кому обещал и с кем договаривался. Ну с Яной, так с Яной. Девчонка она взрывная и непредсказуемая — с ней будет весело, чего стоят одни только её сумасшедшие крики во время секса.

— Придётся ехать в магазин — у меня пустой холодильник, — мурлыкала Яна, гладя Илье грудь под расстёгнутой рубашкой, — а кстати, может, по коньячку?

На подоконнике сиротливо стояла початая бутылка, пара рюмочек. Тут же лежала коробка шоколадных конфет. Это они прихватили с собой от общего сборища, когда их потянуло «побродить» по закоулкам. Яна поставила нехитрое угощение на стол перед Ильей и сама села напротив рядом с бутылкой, упершись ногами в колени Ильи.

Илья аккуратно переместил Янины каблуки рядом с собой на кресле. А сам, потянувшись, откинулся назад, вытягивая ноги и умещая их прямо в ботинках на всё том же письменном столе.

В коридоре послышались чьи-то гулкие шаги.

— Ну вот, Грымза Иванна сейчас прискребётся, — вздохнула Яна, имея в виду уборщицу, красиво именуемую «хозяйкой офиса». Дверь приоткрылась, Илья поднял глаза.

В комнату заглянула растерянная Геля. Они с Аллой договорились встретиться в офисе, чтобы вместе выбрать маме подарок и поехать к ней. Геля обошла всё, но нигде Аллы не нашла. Никто не знал, куда она пропала. Геля даже заволновалась: Алла — человек обязательный и всегда выполняет свои обещания. Придётся ехать к маме одной. Вдруг Алла по какой-то причине приехала туда, не дождавшись Гели. Гелка уже шла к выходу, как заметила свет в одном из кабинетов и услышала будто чьи — то голоса.

— Илья…привет, — автоматически начала Геля. Яна лениво обернулась на звук её голоса и удивлённо вскинула брови — что, мол, это ещё за чудо природы? — ты не знаешь, где Алла?

— Нет… — Илье стало нехорошо от пронзительного Гелкиного взгляда оценивающего, сжигающего, уничтожающего.

— Нашу недотрогу уволок шеф, — брякнула Яна.

— Хорошо. Спасибо, — убито проговорила Геля и отшатнулась прочь, за дверь.

— Да не за что, — хмыкнула Яна и снова повернулась к Илье.

Пару минут тот сидел будто в оцепенении, не слыша легкомысленного щебета своей новой подружки. Потом он резко сбросил ноги со стола, так что едва не снёс и коньяк, и рюмки, и саму Яну, рванулся с места, на ходу заправляя рубаху в брюки.

Яна только и успела, как раздосадовано крикнуть ему вслед:

— Штаны не потеряй, Луганский!

Илья мчался по коридору вслед за Гелей. Но по привычке он бросился к парадной лестнице и лишь потом до него дошло, что Геля наверняка спустилась по второй, запасной — она была ближе.

— Геля, подожди! Геля! — кричал он в пустоту, прыгая через три ступеньки. — Геля, постой, я люблю тебя! Я люблю тебя, Геля!..

53
{"b":"1764","o":1}