ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

По площади Согласия, совершенно пустынной в этот предутренний час, два человека, закутавшись в меховые шубы, продвигались неверной походкой, поддерживая друг друга. Это был Фандор со своим новым знакомым из «Раксима». За ночь они успели посетить все злачные места Монмартра. Покладистый и очень пьяный иностранец с готовностью принимал все предложения журналиста, но одна мысль крепко засела в его голове, и время от времени он упрямо повторял:

— Хочу посмотреть на поющие фонтаны… Пошли смотреть поющие фонтаны…

На свежем воздухе двух приятелей развезло ещё больше. Выписывая ногами немыслимые вензеля, они обошли фонтаны. При этом оба необычайно веселились.

— Так это и есть фонтаны? — спрашивал иностранец заплетающимся языком.

— Они самые, — отвечал Фандор. — Но сейчас они не поют… Слишком поздно, лавочка закрыта… Пошли выпьем!

— Выпьем шампанского! — поддержал его иностранец и беспорядочно замахал руками. В ответ на его жесты проворный таксомотор подкатил и затормозил рядом с ними. Помогая друг другу, два приятеля с трудом забрались внутрь.

— На Плас Пигаль! — распорядился Фандор. — Полный вперёд!

Город был уже погружён в глубокий сон, но Плас Пигаль представляла собой оазис, заполненный огнями, шумом и движением. Роскошные лимузины стояли у подъездов ресторанов и кабаре. После недолгого пребывания в одном из лучших заведений наши друзья вновь вышли на площадь ещё более нетвёрдым шагом. Особенно пьян был иностранец.

— Нам надо… надо… — бормотал он заплетающимся языком.

— Надо идти спать, — отвечал Фандор, который ещё не потерял способности к самоконтролю.

— Ничего подобного! — настаивал его новый друг.

Так они препирались ещё некоторое время, причём, иностранец, казалось, пьянел всё больше, в то время как Фандор, напротив, несколько протрезвел. После нескольких неудачных попыток иностранцу удалось, наконец, произнести членораздельную фразу:

— Я знаю, куда мы пойдём…

— Но мы уже обошли все заведения!

— Нет… Мы пойдём ко мне домой!.. То есть, к Сюзи д'Орсель… моей подружке… Она, кажется, ждёт меня к ужину!

— Ужинать? Это в который же раз? — спросил Фандор, смеясь.

— А что? В моём сундуке ещё есть место!

Иностранец заставил Фандора сесть в подъехавшее такси.

Пока он пытался назвать шофёру адрес, журналист заметил, что какая-то нищенка подошла к их машине, видимо, желая и не решаясь попросить подаяние. Наконец, пьянчуга назвал адрес — «улица Монсо, дом 247», — и машина тронулась. Фандор успел бросить нищенке через открытое окошко какую-то мелкую монету… «Ну, что ж, поехали, — подумал он про себя. — В конце концов, чем я рискую?»

Журналист чувствовал, что хмель постепенно выветривается из его головы. Он посмотрел на своего спутника. Тот сидел с торжественным выражением лица, но по тому, как судорожно он вцепился одной рукой в поручень, а другой — в подушку сидения, было видно, что он изо всех сил борется с головокружением. Он был пьян в стельку, но великолепно скрывал своё состояние.

«Да, пьёт он по-королевски, это уж точно!» — подумал Фандор.

2. КВАРТИРАНТЫ МАТУШКИ СИТРОН

— Опять ты забыла ножи для рыбы! Ты что думаешь, мой любовник будет есть руками? Это тебе не тот китайский болванчик, что был у меня в прошлом году!

Эта раздражённая тирада, адресованная служанке, была произнесена Сюзи д'Орсель с явно выраженным простонародным акцентом парижского предместья, так ярко контрастировавшим с её изящной фигурой и изысканным туалетом.

— Но, мадам, — решилась возразить служанка Жюстина, помогавшая своей хозяйке накрывать на стол, — ведь у нас раки…

Сюзи д'Орсель посмотрела на неё с презрением:

— А раки это что, не рыба?

Молодая женщина покинула столовую и вышла в соседнюю комнату, изящно оформленную, как салон, в стиле Людовика XV.

— Жюстина! — позвала она оттуда.

— Мадам?

— Опять ты дала маху! Зачем ты поставила сюда розовые орхидеи? Я же сказала, что нужны лиловые и жёлтые! Это официальные цветы Его величества…

Быстро поменяв цветы, служанка шутливо заметила, желая смягчить хозяйку:

— Лиловое с жёлтым… Странный вкус у этого вашего Величества!

Прихорашиваясь перед зеркалом, Сюзи ответила:

— Точно…

И, спохватившись, добавила:

— Не твоё дело… Давай, пошевеливайся! Что там ни говори, а он шикарный тип — мой августейший…

— Так его зовут Август? По-нашему, Огюст? — у служанки даже глаза разгорелись от любопытства. — Выходит, у вас новенький?

Сюзи позабавила глупость служанки, принявшей королевский титул за имя собственное.

— Огюст или не Огюст, не имеет значения! — сказала она, едва сдерживая смех. — Кончай накрывать на стол и топай отсюда!

Через несколько минут все приготовления были закончены, и Сюзи с удовлетворением оглядела изящно сервированный стол на два куверта и перед ним — широкий диван с грудой цветных подушек.

— Который час? — спросила она.

— Без четверти двенадцать, — ответила служанка. — Мадам разрешит мне, прежде чем уйти, пожелать ей счастливого Нового года? Я надеюсь, что господин Огюст не забудет о моих услугах?

— Да никакой он не Огюст, — не выдержала Сюзи. — Его зовут Фридрих-Христиан. Ей-богу, ты глупа, как пробка!

Но, не желая обижать служанку, она добавила:

— Ладно, Жюстина, не расстраивайся! С Новым годом и тебя также! Ты можешь идти, — Его величество желает, чтобы сегодня вечером мы поужинали с глазу на глаз… До завтра!

— До завтра, мадам! До скорой встречи в новом году! — ответила повеселевшая служанка и поспешила на кухню, где находился выход на чёрную лестницу.

Сюзи д'Орсель принадлежала к дамам полусвета, или «демимонденкам», как их называли в Париже. Надо ли пояснять, что аристократическая приставка перед её фамилией была чистой фикцией и не имела ни малейшего отношения к её действительному происхождению? Первое время, несмотря на привлекательную внешность и свободные манеры, она не пользовалась особенным успехом. Одно время она выступала на сцене, чтобы иметь видимость законной профессии. Но всё своё время она проводила в фешенебельных ресторанах в надежде подцепить богатого покровителя. И вдруг счастье улыбнулось ей: на неё обратил внимание богатый кутила, оказавшийся лицом королевского достоинства, пребывавшим в Париже инкогнито. Так Сюзи д'Орсель сразу вознеслась в ранг королевской любовницы!

Молодой король Фридрих-Христиан II унаследовал трон королевства Гессе-Веймар три года тому назад, после смерти своего отца. Скучая в своём маленьком провинциальном королевстве, он время от времени вырывался в Париж, чтобы, по его выражению, «немного развеяться». Каждый раз он встречался с очаровательной Сюзи д'Орсель, которая нравилась ему всё больше и больше, так что в конце концов он сделал её своей постоянной любовницей. По совету короля и благодаря его щедрости, Сюзи стала хозяйкой уютной квартиры в новом доме на улице Монсо, где имелись все современные удобства.

Окна квартиры, находившейся на четвёртом этаже, выходили во внутренний двор, замкнутый со всех сторон корпусами здания. Своё жилище Сюзи оформила в современном стиле, что отнюдь не противоречило вкусам короля. Глядя на светлые обои и множество безделушек, он любил повторять, что его супруга, королева Эдвига, никогда не могла добиться такого уюта, хотя тратила на содержание дворца огромные деньги. Официально Фридрих-Христиан останавливался в гостинице «Рояль-Палас» даже тогда, когда приезжал в Париж инкогнито. Но большую часть времени он проводил у своей возлюбленной. И Новый год он также пожелал встретить вместе с ней.

Не прошло и десяти минут после ухода служанки, как в дверь робко позвонили. Сюзи несколько удивилась, так как король собирался прийти только к часу ночи. Отворив, она увидела на пороге молодую девушку с бумажным свёртком в руках.

— Ах, это вы, мадемуазель Паскаль! — воскликнула Сюзи. — Чему я обязана столь поздним визитом?

3
{"b":"176433","o":1}