ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Потому что она дешевка! – Женя поднял на мать напряженный взгляд.

– Мне кажется, мой дорогой, у тебя не так много друзей, чтобы говорить о них гадости!

– У меня вообще нет друзей, и никогда не было! – глухо выговорил Женя, поднялся и вышел из комнаты, оставив в полном недоумении Маргариту Николаевну.

Она решила немного переждать. Пусть ребенок придет в себя после этой летней вольницы: его жизнь войдет в привычный ритм и тогда он станет прежним. Пусть пока бросает на нее свои странные взгляды – не то надменные, не то насмешливые, не то вызывающие. Она была опытным педагогом и знала, как бороться с этой юношеской амбициозностью и нигилизмом. Все эти проявления мальчишеской дерзости какое-то время нужно просто-напросто игнорировать. Сын хочет бросить ей какой-то вызов – а она его не замечает! Она ведет себя, как ни в чем не бывало, и не собирается идти на конфликт, как бы ему ни хотелось ссоры. Не нужно заострять внимание на том, что мальчик хочет всем показать, как сильно он повзрослел, какой стал мудрый и смелый! Построит из себя решительного мужчину, посражается с пустотой, и успокоится. Начнутся занятия, все придет на круги своя. А пока свое недовольство и подчас негодование она сумеет сдержать и скрыть. Ничего не произошло, ничего не изменилось – Женя Никитин, по-прежнему остался Женей Никитиным, к которому все привыкли.

Прошла неделя, но мысль перевести сына в другую школу все так же не давала покоя Маргарите Николаевне. Женя начал ее раздражать. Он упорно не хотел становиться прежним. Ему понравилась играть в непослушного мальчишку. «Выздоровлению» еще определенно помешает приезд его отца, который Маргарита Николаевна ожидала без восторга. Но ей было очень любопытно узнать у Сергея, чем они таким занимались все лето, о чем беседовали, что за пару месяцев все ее многолетние труды воспитания оказались практически сведены к нулю. Маргарита Николаевна собиралась призвать бывшего мужа к строгому ответу.

А пока, чтобы не ломать копья зря, Маргарита Николаевна полностью переключилась на работу.

Нужно было заканчивать подготовку школы к новому учебному году. Дел было невпроворот. Добраться до сына и мужа она еще успеет. Вот тогда им обоим не поздоровится!

– Джоник! Джон! Привет! Ты давно вернулся? – загорелый дочерна Роман Аскеров, лениво стуча баскетбольным мячом об асфальт, подошел к присевшему на траву Жене Никитину. Роман явно скучал. На баскетбольной площадке никого не было, а он не играл в баскет почти все лето. В другой раз он бы вовсе не заметил Женьку, но на безрыбье, как говорится, и килька – акула. Сейчас Джоник быстренько скинет свои роллеры, и они побросают мячик в кольцо. Для этого занятия вполне сойдет и хлюпик Джоник.

Женя снизу вверх поглядел на подошедшего к нему Романа и ничего не ответил.

– Сыгранем? – Роман подкинул мяч вверх одной рукой и поймал его другой за спиной.

– Не-а, неохота… – лениво протянул Женя.

Роман удивленно скосил глаза на Женьку. Вот это да! Никитин, все время стоявший в сторонке, когда играли пацаны, тщетно ждавший, что вдруг и его позовут, теперь отказывается? Нацепил на себя ролики, причем самые дорогие, и завыделывался?

– Проиграть боишься? Я тебе фору дам, очков десять, – Роман Аскеров полупрезрительно улыбнулся.

– Я сказал – не хочу! – вдруг резко ответил Женя, – Не хочу – значит, отвали со своим баскетом!

– Ты чего, Джоник? – ошарашено спросил Роман, во все глаза глядя на Никитина, проявившего необычайную для него борзость.

– Ничего! – Женя поднялся с травы так молниеносно, что Роман поневоле отступил на шаг. Женька с места прыгнул на асфальт, развернувшись в воздухе, и покатился спиной вперед по дорожке, глядя куда-то мимо Романа.

Аскеров обалдел пуще прежнего. Хлюпик Женька Никитин стал выше его, самого высокого в классе, почти на голову! И откуда – то взялась нехилая мускулатура. Видимо, все лето этот тщедушный Джоник неустанно качался! Вот это метаморфозы! Теперь на такого не наедешь от нечего делать, не подразнишь его, не погоняешь по двору… И борзометр у Джоника нынче явно зашкаливает! Теперь легко можно и по морде получить. При таком раскладе он сам кого хочешь погоняет!

Роману Аскерову не терпелось поделиться своими впечатлениями с одноклассниками. Сорвалась всем им теперь халява в виде безотказного Джоника Никитина! Кто сейчас будет вечным дежурным по классу? Кто даст списать? Кого можно безнаказанно сунуть затычкой в каждой бочке?

Роман припустил к дому Егора Васильева. Интересно, а тот уже в курсе произошедших перемен? Егор беспрестанно терроризировал Джоника с первого класса по самое недавнее время. Открыто насмехался над ним, принуждал драться, чтобы неизменно побеждать. Постоянно устраивал Никитину всяческие каверзы, иногда далеко не безобидные. А тот все терпел и даже мамочке своей не жаловался. Иначе Васильев давно бы вылетел из школы. Ромке Аскерову иногда даже жаль было беззащитного и беспомощного Джоника, когда в очередной раз Егор Васильев принимался его мучить, с садистским упорством выливая ему компот в суп или наоборот, выбивая из-под Джоника стулья, исподтишка ставя подножки…. Да чего только не придумывал Егор, чтобы показать свое превосходство над Никитиным! А тот терпел, порой с трудом сдерживая слезы. Но вот, кажется, больше он терпеть не будет! Это видно по его глазам, по всем его нынешнему облику.

Роман Аскеров никогда не привязывался к Женьке, подобно Егору Васильеву, он Никитина просто не замечал. Джонику его ненавидеть вроде бы было не за что. А вот Егор, кажется, попал…

– Так уж прямо и под два метра ростом, – усмехаясь протянул Егор, вяло моргая, будто спросонья – Он же на роликах был, ты сам говоришь…

– Я тебе говорю, Никитин – точно метр девяносто… А ты сколько? От силы сто восемьдесят. Или меньше? Ты что-то не очень подрос… – хмыкнул в ответ Роман.

– Ну и стал он, как несгораемый шкаф, что с того? Все равно, как был ЧМО, так им и остался! – зло буркнул Егор Васильев. – У него всю жизнь поджилки перед Маргаритой тряслись. Ты видел, как он голову втягивал при одном только ее приближении? Всем учителям зад вылизывал, только бы мамуля им довольна была! Ничтожество он всегда был, ничтожеством и остался! Ты что думаешь, он теперь кинется со мной драться? Кишка у него тонка! Марго только бровью поведет, и нет нашего героя! Вот увидишь! Я ему прямо первого сентября какую-нибудь подлянку устрою – проглотит как миленький! Спорим?

Роман только пожал плечами:

– И чего ты так на него взъелся? Сидит себе тихо и пусть сидит…

– Терпеть не могу бесхребетных червяков! Он сам себя не уважает, а я его и подавно!

– Ну и не уважай себе втихаря. А ты ведь все время к нему цепляешься, переделать что ли его хочешь?

– Больно мне надо! – презрительно скривил губы Егор, – Пусть ползает, как червяк! Он меня бесит и все тут! Я не дам ему спокойной жизни!

– А может быть, он тебе теперь не даст, – задумчиво ответил Роман, – и Ксюшку отобьет… Он такой стильный стал, красивый! Сам удивишься, как увидишь. Хотя чего тут удивительного – у него такая маман потрясающая! Я вообще все время недоумевал, как так – у нашей красавицы Королевы Марго и такой невзрачный сын? Но теперь он уж совсем не невзрачный…

– А ты, Ромка, теперь к нему в друзья будешь набиваться? – прищурился Егор.

– С чего ты взял?

– А ты ведь у нас продуманный и хитрый, как все восточные люди. Вот только насчет горской гордости я сомневаюсь… – усмехаясь, выговорил Егор, глядя приятелю в глаза.

– Вот дам сейчас в морду, и узнаешь все про мою гордость! – Аскеров гневно вскинул голову, – А тебе я просто хочу сказать, что если ты учинишь бучу, она точно добром не кончится! И я сразу тебя предупреждаю, что вряд ли буду на твоей стороне, у меня в этой школе еще два брата учатся!… А если Марго захочет посчитаться, она нас всех в порошок сотрет! Ты ведь ее знаешь!..

Егор исподлобья глядел на Романа и молчал. Плевать ему было на Аскерова со всей его осторожностью и предусмотрительностью. А Никитина он все же еще погоняет! Не хватало, чтобы бывший хлюпик стал героем! Его место в дальнем углу, пусть сидит и не высовывается!

3
{"b":"1765","o":1}