ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Господи помилуй! — сказал Ян.

— Я поднимаю взгляд от стопки "сочинений" и вижу перед собой двадцать пар наглых глаз. Спокойно смотрят на меня, и на губах у каждого мерзкая выжидательная улыбочка.

Не передать словами, как я испугался. До меня дошло, что надо немедленно вытащить Пэт и Эми с подготовительных курсов — прочь с территории университета, и без промедления! Я швырнул "сочинения" на пол и опрометью кинулся вон из аудитории. Побежал через студгородок к зданию подготовительных курсов.

Стивенс закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы привести в порядок дрожащий голос.

— Еще издалека я увидел, что на спортивной площадке подготовительных курсов много взрослых парней и мужчин. Мне, это показалось крайне странным. Я побежал быстрее. Потом я услышал смех. Толпа наблюдала за тем, как два студента из университетской футбольной команды насилуют пятнадцатилетнего мальчика.

Ни жены, ни дочери на спортивной площадке не было, поэтому я помчался в само здание. Там, в большой аудитории, я нашел Пэт и двух других преподавательниц. Они были связаны и лежали на полу.

А мужчины насиловали мою дочь.

— О Боже! — выдохнул ошеломленный Ян.

— И они не просто использовали ее влагалище, рот или анус! — Стивенс начал в бешенстве молотить кулаком по столу, его голос становился все громче и громче. — Нет! Они разрезали ей живот и совали свои члены ей в печень, в мочевой пузырь, между кишками... — Теперь Стивенс почти что кричал, и посетители ресторана изумленно косились на него. — Трое глумились над ее телом, а еще двое ждали своей очереди. Я схватил стул и расколол им череп одному из насильников. На меня сразу же кинулись те двое, которые ждали своей очереди. Я был в таком состоянии, что мне было безразлично, сколько их — двое, четверо или десятеро.

Стивенс, бледный как смерть, закрыл глаза, его повело из стороны в сторону, как пьяного. Если бы он не сидел, то, наверное, непременно упал бы. Было очевидно, что в его голове теснились страшные образы, которые он не мог или не хотел воплотить в слова.

— Там, на полу, лежало еще несколько трупов — мальчики и девочки, искромсанные ножами, окровавленные , оскверненные...

Тут к ним быстрым шагом подошла официантка. У нее был встревоженный вид.

— Что случилось, профессор Эмерсон? — спросила она.

— Проваливай! — заорал на нее Стивенс. — Сгинь! Девушка покорно отошла, не желая нарываться на неприятности.

— Наверное, я был очень страшен, потому что четверо насильников через минуту обратились в бегство, бросив своего мертвого приятеля — того, которому я раскроил череп. Я поднял тело Эми, положил его на стол. Потом развязал Пэт. Вдвоем мы умудрились донести Эми до Центра здоровья.

Конечно, она была уже мертва. Я вызвал полицию, они составили протокол и все такое...

Я взял двухнедельный отпуск, во время которого понял, что преподавать больше я никогда не смогу. Поэтому я направил письмо, в котором просил об отставке, а затем поехал вместе Пэт в университет, чтобы забрать из своего кабинета личные вещи. Вот так-то...

Тут Стивенс вдруг замолчал и пустым взглядом уставился в пространство. Ян мог только гадать, закончил ли он свой рассказ или собирается с силами, чтобы продолжить его. Не желая торопить Стивенса, Ян молча пил чай со льдом.

— Однако до моего кабинета мы так и не добрались, — тихо, более спокойным тоном произнес наконец Стивенс. — Как только мы попали на территорию университета, я ощутил, что за две недели там все чудовищно переменилось. Я нутром чувствовал разницу. Прежде было просто плохо, а стало неописуемо плохо. Я даже подумал: а не плюнуть ли на вещи в моем кабинете? Не лучше ли повернуть назад, сесть в машину и уехать отсюда навсегда?

Университетские здания зияли выбитыми окнами. Несколько вязов на центральной площади стояли без листьев, мертвые, хотя весна была в разгаре и две недели назад они весело зеленели... И главное, было удивительно безлюдно для этого времени дня — студентов почти не видно.

Но я справился со страхом, и мы с женой направились в сторону гуманитарного корпуса. Мы прошли примерно половину пути и шагали по тропинке между газонами, как вдруг меня что-то толкнуло с такой силой, что я упал на землю. Вокруг нас никого не было, и поэтому в первый момент я решил, что это Пэт рехнулась и внезапно сбила меня с ног Однако она лежала рядом со мной. Ее повалила та же неведомая сила.

А потом... потом трава рядом вдруг вздыбилась. Сперва это был холмик, который быстро рос и менял форму... и превратился в чудище из травы и глины — с огромными страшными глазами и жуткими клыками.

И это чудовище сожрало мою жену.

Я видел, как монстр вырос из земли, отделился от нее, сделал два шага и схватил Пэт — и она исчезла в его огромной черной глотке. Все произошло необычайно быстро — Пэт даже не успела вскрикнуть, а я — вскочить на ноги. После этого чудовище опять вросло в землю и стремительно погрузилось в нее. Секунда — и передо мной был снова ровный газон, как будто ничего не произошло. Только жены больше не было. На газоне осталось что-то вроде шрама — но больше никаких следов случившегося...

Я кинулся к этому месту, пытался руками разгрести землю. Я совсем потерял разум — все скреб и скреб землю ногтями...

Очевидно, кто-то заметил меня, потому что в конце концов меня оттащили от того места, попытатьлись привести в чувство. Разумеется, никто не поверил моему рассказу — списали на помешательство в связи с недавней гибелью Эми. Правда, из уважения ко мне — так ублажают сумасшедших — на газоне провели раскопки. И, конечно же, ничего не нашли.

Вырыли яму глубиной в десять футов. И ничего. Грунт был твердый, неразрыхленный. Только у земли дерн был словно плугом разрезан.

Стивенс помолчал, затем поднял глаза на Яна.

— Я камня на камне не оставил от этого проклятого места. Я раздобыл достаточное количество динамита, установил взрыватели с таймерами. Я начинил динамитом каждое здание. И взорвал все к чертовой матери. А что устояло после взрыва, то сгорело — я заранее разместил повсюду емкости с горючими смесями. От университета ничего не осталось. Я сделал свое дело и ушел — не оглядываясь.

Вот так все это и началось...

Ян откашлялся и спросил:

— А другого способа бороться со злом не существует?

Стивенс пожал плечами:

— Другого способа я не знаю. Так или иначе, мой способ имеет стопроцентную эффективность.

Тут вернулась официантка в сопровождении строго одетого мужчины, который представился менеджером заведения. Одарив их фальшивой улыбкой, он сказал:

— Джентльмены, своим поведением вы обеспокоили других наших клиентов. Было бы очень желательно, чтобы вы покинули наш ресторан и продолжили свою дискуссию в другом месте. Можете не расплачиваться, если уйдете незамедлительно и без препираний.

— Хорошо, — кивнул Ян, — только разрешите нам еще минуту посидеть. Ладно?

— Да, пожалуйста.

Менеджер и официантка удалились.

— Послушайте, Гиффорд, — сказал Ян, — отчего бы вам не заглянуть ко мне? Посидим, обсудим, что необходимо предпринять.

— А отчего бы вам не заглянуть ко мне? — отозвался Стивенс. — Идемте, я вам кое-что покажу.

Стивенс нашел себе угол в обшарпанном многоквартирном доме в Ла-Хабре. Район, как говорится, не приведи Господи! Чуть ли не трущобы. Все стены дома, в котором поселился профессор, и соседних развалюх были исписаны граффити. На первых этажах — грязные магазинчики, витрины которых прикрыты для безопасности одинаковыми мрачными чугунными решетками.

Ян с ужасом въехал вслед за стареньким "фордом" Стивенса на автостоянку, усеянную битым стеклом. Но ничего, Бог миловал, после сложного маневра он припарковал свой автомобиль, не повредив шины. Стивенс выбрался из "форда" и, не оглядываясь, вошел в подъезд.

Ян поспешил за ним.

Дверь квартиры Стивенса была мало похожа на другие двери. Явно недавно установлена; стальная, три замка. Прежде чем зайти внутрь, Стивенс оглянулся по сторонам, словно опасаясь, что кто-нибудь появится сверху или снизу и юркнет в квартиру. Затем он на локоть приоткрыл дверь, втолкнул туда гостя, проворно вскочил сам и тут же заперся изнутри на два замка.

81
{"b":"17665","o":1}