ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Моя судьба в твоих руках
Молчание сердца. Учение о просветлении и избавлении от страданий
Десять негритят
Это слово – Убийство
Интернет вещей. Новая технологическая революция
Сыщик моей мечты
Магия утра. Как первый час дня определяет ваш успех
Сила Instagram. Простой путь к миллиону подписчиков
Княгиня Ольга. Зимний престол

– Куда пойдем?

– Во дворец.

Во дворец. Ах да, принцессы ведь живут во дворцах.

– Ты пойдешь своей дорогой, а я – своей. – Встретив ее удивленный взгляд, он пояснил: – Не смейся. Мы ведь должны соблюдать конспирацию.

Она рассмеялась, но сдержанно.

– Позвольте представить моего друга. Нилс Вулфсон, дипломат.

– Я в этом деле новичок и знаю об этом. Но надо же когда-то начинать.

Амелия поколебалась секунду, прежде чем нежно прикоснуться к его руке.

– Хорошо, только не заблудись.

– Не заблужусь. – Она пошла вдоль кромки моря прочь от него, когда его вдруг осенила внезапная мысль. – Амелия, а где же дворец?

Она оглянулась, обласкала его долгим взглядом.

– Иди по дороге. Ты его не пропустишь.

Вскоре он заметил всадницу на взгорье, над пляжем. Всадница развернулась, притормозив коня, посмотрела на него и ускакала.

Глава 21

Нилс шел медленно. Во-первых, потому что все еще был слаб, во-вторых, потому что страна эта была для него интересна и он жадно впитывал впечатления. Как ни странно, прогулка не утомляла его, а наоборот, придавала силы. С каждым шагом он чувствовал, что силы возвращаются к нему, и еще он испытывал радостное возбуждение, какое воин испытывает перед решающим поединком. Эта встреча должна определить всю его жизнь.

Итак, он в Акоре. Когда-то эта страна для него была лишь крохотной точкой на карте – страна потенциального врага, которого надо уничтожить. Безликая точка на карте – так проще воспринимать врага. Чем меньше эмоций, тем вернее победа. Но все изменилось, когда он повстречал Амелию. Амелия одухотворила собой эту землю, но, честно признаться, Акора была хороша и сама по себе.

Он отошел от пляжа на расстояние не меньше мили, прежде чем обнаружил первые признаки обитания. Первое повстречавшееся ему человеческое жилье представляло собой маленький белый домик, угнездившийся на склоне. По соседству с домом паслись белые овцы.

В палисаднике возилась женщина. Когда он приблизился к дому, она распрямила спину, и Нилс смог ее рассмотреть. Кожа ее была цвета сливочной карамели. Черные волосы заплетены в косу, венком уложенную вокруг головы. Она слегка нахмурилась, увидев странника, и поспешила открыть калитку.

– Вы только что прибыли, не так ли? – нарочито медленно спросила она, словно опасаясь, что он ее не поймет.

Но он понял, потому что она говорила по-английски, причем с явным американским акцентом. Ничего себе встреча! А как насчет слухов о том, что всех иностранцев, случайно прибившихся к берегам Акоры, местные жители сбрасывают со скал обратно в море? Женщина выглядела вполне прилично – здоровый румянец, ясный, уверенный взгляд.

– Присаживайтесь, – предложила она, указав на скамью у крыльца. – Я принесу вам воды. Вы пострадали? Вам нужен целитель?

– Спасибо, мэм, все нормально. Но за воду я буду вам благодарен.

Выпив полную кружку воды, он попросил ее налить еще. Утолив жажду, он огляделся.

– А вы тут неплохо устроились, мэм.

Ее золотисто-карие глаза весело сверкнули.

– Мне тут нравится. Кстати, меня зовут Элизабет Джонсон. А вас?

– Нилс Вулфсон, мэм. Могу я спросить у вас, как долго вы тут?

– Уже пять лет. Слышали что-нибудь о «Северной звезде»?

Он порылся в памяти. Да, был такой корабль. Отправился в Англию, но до места назначения так и не доплыл. Судьба пассажиров осталась безвестной.

– Что случилось с кораблем?

– То же, полагаю, что этой ночью случилось с Вашим. Мы попали в ужасный шторм. Не думала, что Бог даст мне увидеть рассвет, и были среди нас такие, кто не дожил до рассвета, да упокоит Господь их души. Мне повезло, как и всем остальным, кого выбросило на берег. И вам тут тоже понравится, – заверила его соотечественница.

Он подумал о том, что ждало его во дворце.

– Надеюсь. Что делают люди, которых выбросило на берег? Я хочу сказать, куда им следует обратиться в первую очередь?

– Идут во дворец. Здесь это место, где происходит все самое важное. Если хотите, можете взять моего коня и повозку.

Он удивленно посмотрел на нее, и она улыбнулась – причина его удивления была ей понятна.

– Вы увидите, что люди здесь щедры, мистер Вулфсон, и доверчивы. Но здесь это можно себе позволить. Здешний народ научился вести свои дела лучше, чем в других местах. Я решила остаться здесь и по этой причине тоже. Этот край стоит того, чтобы назвать его родиной, чтобы его защищать.

Они еще немного поболтали, после чего Нилс встал и поблагодарил хозяйку за гостеприимство. Элизабет Джонсон проводила его до калитки, показав, в какой стороне дворец. Он прошел немного по дороге, оглянулся и помахал ей рукой.

Чуть позже он подошел к другому дому, а потом к небольшой деревушке в десяток домов. Людей видно не было. Возможно, потому, что все трудились в поле или во фруктовых садах, которых тут было множество.

За поворотом Нилс столкнулся с прохожим. Навстречу ему шел высокий широкоплечий мужчина с темно-русыми волосами. Он пытался удержать в строго вертикальном положении шест. К шесту был прикручен какой-то оптический прибор.

Мужчина остановился, дождался, когда Нилс к нему приблизится, и заговорил первым:

– Простите, – ответил ему по-английски Нилс. – Я не говорю по-акорански.

– Нет проблем, – ответил мужчина, легко переключившись на превосходный английский. – Вы не могли бы мне помочь?

– Конечно.

Они сошли с дороги и остановились на склоне холма.

– Вы не могли бы подержать эту палку?

– Просто подержать?

– Да, вы подержите, а я посмотрю в окуляр.

Нилс сделал то, что у него просили, подержал шест, пока акоранец производил какие-то измерения. Закончив работу, акоранец, говоривший по-английски так, словно вчера прибыл из Оксфорда, распрямился и сказал:

– Обычно я один прекрасно справляюсь, но здесь местность имеет сильный уклон, и поэтому надежные показания получить сложно.

– Что именно вы измеряете?

Мужчина колебался с ответом. В этом человеке Нилс угадывал что-то смутно знакомое. Манерами и речью он напоминал английских аристократов, с которыми Нилс встречался в Лондоне. И все же он был уверен, что этого человека видит впервые.

– Делаю замеры местности. – Он явно не был склонен давать более подробные разъяснения. – Гейвин Хоукфорт, – сказал он, протягивая Нилсу руку. – Кстати, вы, случайно, не новенький здесь? Недавно прибыли?

– Да, я здесь недавно. Хоукфорт? – Тогда он понял, почему этот человек показался ему смутно знакомым. Он напомнил ему хозяина Босуика, Ройса, графа Хоукфорта. Этот мужчина имел те же глубоко посаженные карие глаза и прямой узкий нос, как у отца, но губы у него были иной формы – как у его акоранской матери, принцессы Кассандры. На нем была простая туника и сандалии. Икры ног у наследника Хоукфорта были крепкими и мускулистыми, а кожа загорелой – результат здорового образа жизни.

– Вы наследник Хоукфорта, как я понимаю?

Показалось ли Нилсу, или Гейвин действительно слегка нахмурился?

– Вообще-то да, а вы...

Сейчас или никогда.

– Нилс Вулфсон. Я собираюсь жениться на вашей кузине Амелии.

Гейвин окинул Нилса оценивающим взглядом.

– В самом деле? А Мелли об этом знает?

– Скажем так, у нее есть основательные причины догадываться о моих намерениях.

– Понятно... Вы приплыли сюда ночью, в шторм?

Нилс утвердительно кивнул. Гейвин слегка присвистнул.

– Должно быть, вы чертовски хороший моряк.

– Почему вы так говорите?

– Вы живы. Послушайте, я могу на сегодня закончить с работой. Пройдемте со мной. Я мог бы предложить вам кое-что из одежды. Вы, вероятно, проголодались? Не мешало бы немного привести себя в чувство перед тем, как вы встретитесь с ее старшими родственниками.

– Благодарю, – просто сказал Нилс, и они пошли вместе. – Я встречал кое-кого из них в Лондоне, включая и ваших родителей.

– Что привело вас в Лондон?

57
{"b":"17666","o":1}