ЛитМир - Электронная Библиотека

В гостиной подали чай и кофе, и там же были, хотя и с некоторым запозданием, сделаны официальные представления.

– Алекс Даркурт, – представился отец Амелии, – принц Акоры и маркиз Босуик.

– Нилс Вулфсон, сэр.

Мужчины обменялись рукопожатиями, после чего Алекс спросил:

– Вы американец, мистер Вулфсон?

– Из Кентукки, – вмешалась Амелия. Алекс кивнул.

– Позвольте представить мою жену, принцессу Джоанну, и моего племянника, принца Андреаса. – Высокий молодой человек подошел пожать Нилсу руку.

– Рад познакомиться, – сказал Андреас. – Мы вам очень благодарны.

– Простите меня, – с несколько простоватой улыбкой сказал Нилс, – но я никак не могу свыкнуться с мыслью, что Амелия действительно принцесса.

Он понял, что только их несказанному облегчению был обязан тем, что никто и бровью не повел, когда он назвал принцессу запросто, по имени. Надо, черт возьми, быть поосторожнее.

Принесли кофе, а Амелия все продолжала уверять мать, что чувствует себя прекрасно.

– Только немного ступни ободрала, – призналась она, наконец. – Я ужасно виновата, что задержалась до утра, когда могла бы быть здесь уже ночью, но...

– Шел сильный дождь, – вмешался Нилс, – и принцесса была совершенно без сил, так что я подумал, что лучше остановиться на ночь в гостинице.

– Очень разумно поступили, – одобрила Джоанна.

– И что это за гостиница? – спросил Алекс. Тон у него был вполне дружелюбный, но он не спускал с Нилса пристального взгляда.

– «Три лебедя», сэр. Я там сам останавливался, когда впервые приехал в ту местность из Лондона – хотел снять там дом. Гостиница показалась мне чистой и вполне пристойной.

– И достаточно уединенной.

– Нет, сэр, мне показалось, хозяева не промышляют тем, чтобы сдавать номера людям, ищущим уединения, – веско ответил Нилс и уже более непринужденным тоном добавил: – Жена хозяина – сущий цербер. Не думаю, что она допустила бы грехопадение под своей крышей.

– Вот видишь, – воскликнула Джоанна, – мистер Вулфсон поступил совершенно правильно. Амелия, дорогая, расскажи нам, что случилось.

Амелия поведала вкратце историю о том, как была похищена из спальни и переправлена в «тюрьму».

– Их было по меньшей мере двое, – продолжала она, – но видела я только одного – ирландца, очень высокого и плотного, с густой шевелюрой и бородой.

– Двое, говоришь? – переспросил отец.

Амелия кивнула.

– Один не справился бы. Меня переправили через стену. Один, как бы силен он ни был, не смог бы этого сделать, по крайней мере так быстро.

Алекс взял из рук жены чашку с чаем, но пить не стал, а поставил на каминную полку. Лицо его было мрачным.

– Когда я думаю, что кто-то вошел в этот дом, несмотря на все принятые меры предосторожности, выкрал мою дочь прямо у меня из-под носа...

– Не думай об этом, дорогой, – сказала мужу Джоанна, погладив его по руке. – Больше не стоит об этом думать. Зачем казнить себя понапрасну? Самое главное, что Амелия жива и невредима.

– Совершенно невредима, – поспешила заверить отца Амелия. – Сказать по правде, когда все осталось позади, я смотрю на произошедшее как на увлекательное приключение.

– Амелия... – Андреас недоверчиво покачал головой. Он был высок и отлично сложен. Похоже, все акоранцы были крепки и высоки как на подбор. На нем был безупречный английский костюм и говорил он по-английски совершенно без акцента, но при этом в его осанке, манере держаться было нечто такое, что заставляло думать, будто в вольной степи он выглядел бы куда более уместно, чем в респектабельной английской гостиной. При иных обстоятельствах Нилс мог бы разглядеть в нем брата по духу. Как бы то ни было, сейчас он лишь внимательно присматривался к очередному акоранцу.

– Я сказала то, что думаю, – подтвердила Амелия.

Несмотря на испытания прошлой ночи и непрезентабельное платье, она выглядела вполне свежо. Волосы ее рассыпались по плечам, и солнце играло в них. Совсем девочка, подумал Нилс, никакого жеманства.

– Ты можешь отправиться на поиск приключений в любой момент, – укорила она брата, – но я женщина, и мне приключения заказаны.

– Едва ли ты можешь пожаловаться на то, что тебя всячески зажимают, – весело возразил ей Андреас.

– Если сравнивать с тем, как живут другие, то мне не на что жаловаться. Но при этом... – Взгляд ее упал на Нилса, и он с удивлением заметил в ее глазах мечтательность и тоску по несбыточному.

Но отец ее не позволил ему заглядываться на Амелию и отвлек вопросом.

– Не думаю, что ты так же смотрела бы на произошедшее, если бы мистер Вулфсон не оказался в нужном месте в нужное время. Позвольте поинтересоваться, мистер Вулфсон, что вы делали на дороге в столь поздний или, лучше сказать, ранний час?

– Мне не спалось, и я решил отправиться в Лондон засветло, – не моргнув глазом ответил Нилс.

– Под проливным дождем, в темноте? – переспросил Алекс. Он говорил вполне вежливо, но было ясно, что он добивается ответа, который бы его удовлетворил.

– Дождь застал меня врасплох, – с улыбкой ответил Нилс. – Что же касается темноты, то до рассвета оставался какой-нибудь час, не больше, когда я выехал из дома. Мой конь Брутус приплыл сюда из Америки вместе со мной. Он-то привык к таким путешествиям. – Нилс бросил взгляд на Амелию. – Они его всегда вдохновляют. Конь у меня – большой любитель приключений.

Андреас засмеялся.

– Отлично, приятель. И конь у вас, судя по всему, добрый. Дядя, может, порешим на том, что с мистером Вулфсоном нам просто повезло, и закроем тему?

– Пожалуй, – согласился Алекс и улыбнулся вполне дружелюбно. Но в глазах его оставался холодок недоверия. – Нам пора ехать.

Андреас встал первым.

– Я приказал вывести лошадей. Вы поедете на Брутусе или предпочтете другого коня?

– Брутус вполне меня устраивает, сэр.

Амелия встала из-за стола и подошла к отцу.

– Могу я поехать с вами?

Джоанна начала было возражать, но Алекс избавил ее от этой необходимости.

– Нет, Амелия. Оставайся с матерью. Побудь с ней, она этого заслужила. – Он улыбнулся и нежно потрепал дочь по щеке. – Ты проявила мужество, дочка. А теперь покажи, что ты еще и добра.

Алекс был у двери, Нилс возле него, когда Амелия вдруг спросила:

– Если вы их найдете, что вы с ними сделаете?

Алекс оглянулся. Обе самые дорогие ему женщины сидели на диване в гостиной, где все говорило о стабильности и респектабельности. Увы, все это было лишь иллюзией, напоминанием о том, что враги могут быть повсюду и там, где ты меньше всего их ждешь.

– Не то, что мне было бы приятно, – глухо ответил он и быстро вышел из комнаты.

– Как я за тебя боялась, – тихо сказала Джоанна, когда они с Амелией остались наедине. – Но я знаю свою девочку, отважную и стойкую.

Амелия представляла, какую муку вытерпела ее мать, находясь в неведении относительно судьбы любимой дочери, и по сравнению с этой мукой то, что пришлось пережить ей, казалось мелочью.

– Мне так жаль, что из-за меня тебе столько пришлось пережить.

Джоанна на миг отвернулась, и, когда она вновь посмотрела дочери в глаза, слез у нее уже не было. Она встала и обняла Амелию.

– Ты все должна мне рассказать, но прежде тебе следует принять ванну и отдохнуть.

– Ванна – это здорово, но насчет отдыха – не знаю. Я слишком возбуждена, чтобы уснуть.

– Тогда дождемся возвращения отца?

– Конечно.

– И мистера Вулфсона?

– А мистер Вулфсон тоже вернется?

– Думаю, что да.

Джоанна проводила дочь в ее комнату.

– Мне кажется, – осторожно сказала она, – что из чувства благодарности мы должны оказать мистеру Вулфсону дружеское внимание.

– Отец, кажется, его подозревает в чем-то.

– Дорогая, твой отец с подозрением относится к каждому мужчине, который оказывается рядом с тобой. Я думала, ты это заметила.

– Ну, некоторые из этих мужчин вполне заслуживают такого отношения. Они мечтают взять в жены наследницу, обрести через меня богатство и власть. Или их манит загадочная Акора, но никак не я.

8
{"b":"17666","o":1}