ЛитМир - Электронная Библиотека

Девушки подбадривали ее, а большинство мужчин молчали, очевидно, недоумевая, как такое могло случиться, и Клио краем глаза заметила Уилла, который, стоя невдалеке, наблюдал за ней. До этого момента она не думала о нем, а теперь ей пришлось опять сосредоточиться на цели и бороться с искушением снова взглянуть в его сторону.

Она не смотрела, но все равно чувствовала его присутствие. Прицеливаясь, Клио сделала вдох, обрела внутреннюю уравновешенность, которую ее учитель по стрельбе из лука всегда называл подарком, и стрела уверенно полетела в самый центр мишени, раздался громкий гул одобрения, но он сразу же стих, потому что первый из братьев вышел вперед, чтобы сделать свой выстрел. И он, и второй брат вслед за ним, оба попали в глаз быка.

Когда подсчитали общую сумму очков, оказалось, что они опередили Клио, которая так и осталась третьей. Ее разобрала досада, смягченная тем, что оба мужчины, оказавшиеся впереди нее, действительно были мастерами своего дела.

Фейт, Хоуп, Чарити и другие женщины, бросившиеся поздравлять ее, были безудержны в своем ликовании, а когда Клио напомнила им, что на самом деле не выиграла, они отмахнулись от этого, как от несущественной мелочи.

— Вы обошли почти всех болванов, — высказалась Фейт от имени всех. — И нужно признать, что пара победителей не так уж плоха. Остальные не скоро забудут, что их победила женщина.

Совсем не обижаясь на выступление Клио, те, кого она победила, явно мучимые любопытством, бросились вперед, чтобы познакомиться со странным существом, совершившим такой подвиг. Представления проходили в таком стремительном темпе, что не обрастали излишними обременительными условностями, и вскоре Клио уже беседовала с полудюжиной крепких молодых парней, забросавших ее массой вопросов: что она думаете Холихуде, правда или нетто, что они слышали об Акоре, долго ли она собирается оставаться здесь, как она научилась обращаться с луком и тому подобное. Занятая ответами на вопросы, Клио с опозданием заметила, что Фейт, Хоуп, Чарити и другие женщины отошли — или их оттеснили — в сторону, и она осталась одна в кругу мужчин, не делавших секрета из своего восхищения.

Не будучи чуждой такому особому отношению, но имея достаточно здравого смысла не относиться к нему серьезно, Клио получала удовольствие от беседы. Случайно бросив взгляд за пределы кружка обходительных юношей, она увидела Уилла. Скрестив на груди руки, он стоял, прислонившись к стене одной из многочисленных палаток, предлагавших еду и напитки.

Поймав ее взгляд, он пересек небольшой участок поля и подошел туда, где она стояла, а образовавшие круг молодые люди расступились перед ним, как трава под ветром.

— Клио, скачки вот-вот начнутся. — Он склонил голову и протянул ей руку жестом одновременно повелительным и любезным. То, что это было для него совершенно естественным, не ускользнуло от внимания девушки.

Она приняла его руку и ушла с ним, позабыв о разочарованных молодых людях.

Глава 7

— Проклятие, — пробормотала леди Констанс и слегка отвернулась, словно хотела отвести взгляд или спрятаться от чужих глаз.

— Что-то случилось? — Сидевшая рядом с ней Клио отвлеклась от наблюдения за тем, как выводили лошадей для следующего заезда.

— Ничего… надеюсь. Просто я увидела тех, кого с удовольствием не видела бы.

Клио украдкой бросила взгляд в том направлении, куда было обращено лицо ее хозяйки, но не увидела ничего примечательного, если только…

На поле появилась группа пышно разодетых господ. Женщины шли под кружевными зонтиками, чтобы защитить кожу от солнца, и, выразительно гримасничая, демонстративно приподнимали юбки, боясь испачкаться в грязи. Мужчины выглядели немного лучше, но сохраняли вид, который Клио могла бы определить только как надменный.

И все они были одеты слишком изыскано для загородной поездки.

— Кто они? — полюбопытствовала Клио.

— Высокий мужчина с тростью — лорд Реджинальд Мокомбер, — начал объяснять Уилл, сидевший на трибуне рядом с ней с тех пор, как они присоединились к леди Констанс. — Блондинка — его жена, леди Кэтрин. Тот плотный парень пониже ростом — это лорд Питер Девере. Его жена — женщина вся в завитушках, леди Барбара. Остальные — обычная толпа прихлебателей и подхалимов, включая, как я вижу, сэра Моргана Кернса, любовника леди Кэтрин, и леди Фелисити Кардуэлл, любовницу Девере, а еще…

— Разве такое возможно? Они не только нарушают верность, но еще и не скрывают этого? — Клио хотя и слышала о свободе нравов, царившей в высшем обществе, однако до последнего момента не верила, что такие вещи существуют на самом деле.

— К сожалению, возможно, — подтвердила леди Констанс. — В последние годы появились признаки отказа от безнравственности невоздержанности, но если это и происходит в действительности, то оно еще должно дойти до таких людей, как наши гости.

— Что они здесь делают?

— Наверное, приехали на скачки. Светские собрания отменены в связи со смертью короля, и эта компания, видимо, рыщет в поисках развлечений. Очень жаль, что они вспомнили о Холихуде.

— Они остановятся у вас?

— Избави Боже! — Хозяйка Клио ужаснулась такому предположению. — Я их терпеть не могу, а кроме того, Реджинальд — прославленный яхтсмен, как он сам не упускает возможности сообщить тому, кто его слушает. Он самодовольный владелец яхты, отделанной, как говорят, с исключительной роскошью. Несомненно, они прибыли на ней и останутся на борту.

— А если их это не устраивает, — сухо заметил Уилл, — то «Семь лебедей» по-прежнему на месте.

По крайней мере это было хоть каким-то утешением, потому что чем дольше Клио наблюдала за двумя парами и полудюжиной их приятелей, тем больше стремилась избежать более близкого знакомства с ними. Эти наследники богатых земель, не знавшие нужды и не прилагавшие ни малейших усилий, чтобы хоть что-то сделать, обладали жеманными показными манерами пресыщенной жизнью аристократии. Клио покинула Лондон отчасти потому, что изо дня в день, из вечера в вечер терпеть общество таких людей было для нее мучением, которое можно пожелать только своему злейшему врагу.

А теперь они явились сюда, и яркий день, до сих пор доставлявший радость, мгновенно померк.

— Нельзя ли избежать встречи с ними? — спросила Клио.

— Боюсь, что нет, — ответила леди Констанс. — Они обязаны поздороваться с нами.

И действительно, через некоторое время посетители, которые, не тратя времени, поднялись на трибуну, разыграли целое представление, выражая изумление и восхищение.

— Дорогая леди Констанс! — воскликнула кудрявая леди Барбара нарочито высоким, вибрирующим голосом, от которого Клио поморщилась. — Как приятно встретить вас! По дороге сюда я спросила у Реджи: «Интересно, будет ли леди Констанс у себя в Холихуде?» Но мы никак не могли этого узнать, и как чудесно теперь видеть, что вы в добром здравии. — Она широко улыбнулась.

— Чрезвычайно приятно, — поддержал ее лорд Реджинальд, но все его внимание было сосредоточено на Клио, даже в тот момент, когда он наклонял голову, приветствуя Уилла. — Милорд, не могу себе поверить, что мы имеем удовольствие…

Уилл сделал взаимные представления с заметным отсутствием энтузиазма. Клио удалось вести себя вежливо, она была хорошо обучена общаться с людьми различного положения, но вновь прибывшие действовали ей на нервы, особенно выражая желание задержаться подольше.

— Вам нравится провинция, ваше высочество? — задала вопрос леди Фелисити. Женщине было под сорок, но она стремилась, чтобы ее считали на десять лет моложе, однако при свете безоблачного дня на ее щеках были отчетливо заметны неровности кожи.

— Я предпочитаю ее Лондону, — ответила Клио.

Осмотрительность и дипломатичность были хороши и полезны, но существовали пределы, до которых она могла распространить их в отношении этой компании.

— Правда? — Отработанным движением, выражавшим удивление, леди Фелисити подняла безжалостно выщипанные брови. — Не могу понять почему. Провинция может быть забавной, согласна, но, несомненно, очень скоро возникает определенная ennui[2].

вернуться

2

скука (фр.).

18
{"b":"17667","o":1}