ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Назначили! Сам напросился! — с ненавистью прошипел Лавриненко. Белкин толкнул его локтем в бок:

— Молчи, «преподобный»! Сейчас тебе капитан-лейтенант даст за разговорчики.

Долговязый лопоухий радист Нурьев, дожёвывая сухарь, вскарабкался в кузов и плюхнулся рядом с Косотрубом.

— Все? — спросил Арсеньев. — По машинам!

4. СКВОЗЬ ОГОНЬ

Было ещё далеко до рассвета, когда сквозь шум мотора Косотруб различил какой-то рокот. Звуки доносились сзади. Дорога взбежала на бугор. Отсюда видна была цепочка двойных огоньков. Они двигались по тёмной степи, как светящаяся гусеница. Косотруб стукнул кулаком по кабине. Машина остановилась. Сомнения не было. По той же дороге вслед за маленьким отрядом Земскова шла колонна танков. Уходить от них вперёд — опасно. Можно наткнуться на боевое охранение. Земсков приказал съехать с дороги. Все три машины круто повернули влево и врезались в толщу подсолнечного поля. Оно шло под уклон к ручью. Остановились. Стало слышно, как плещет вода на перекате. Подсолнухи стояли вокруг плотной стеной, чуть шелестя шершавыми листьями. Раздвигая стебли, Косотруб и Журавлёв пошли напрямик к дороге. Притаившись у края поля, они наблюдали. Вот показалась головная машина. Танки шли с полным светом и открытыми люками. За танками, как обычно, показались грузовики с мотопехотой.

Несколько машин почему-то остановилось. Остальные объезжали их, двигаясь по обочине, в двух шагах от того места, где залегли разведчики. Из остановившихся машин высыпали солдаты. Они громко разговаривали, перекликались, звенели котелками. Журавлёв пополз доложить лейтенанту, что Косотруб будет ждать у дороги, пока немцы не уедут. Один из солдат, насвистывая, пошёл прямо на Косотруба. В свете фар было видно, как он расстёгивает штаны. Косотруб вытащил из ножен плоский штык. Дойдя до самых подсолнухов, солдат раздумал и вернулся назад. Он уселся прямо на дороге, не рискуя углубляться в тёмные заросли.

— Счастье его, — прошептал Косотруб, засовывая клинок в ножны.

Машины с немецкими солдатами оставались на шоссе до самого рассвета. Косотруб тоже оставался на своём посту. Солнце уже было высоко, когда подъехал открытый «мерседес» в сопровождении бронетранспортёра. В легковой машине сидели какие-то большие чины в чёрных фуражках.

У Косотруба даже зачесались ладони, так хотелось ему швырнуть противотанковую гранату, но он хорошо помнил слова лейтенанта: «Если ты выкинешь какой-нибудь номер — погубишь нас всех и дивизион!»

«Такие шикарные фрицы уходят!» — с сожалением подумал Валерка, провожая глазами «мерседес». За ним тронулись и остальные немецкие машины.

Ночная задержка грозила сорвать выполнение задания. Земсков торопился выехать на шоссе. Первая машина выползла из подсолнухов, когда над полем бреющим полётом прошли два «Мессершмитта-110».

— Орудие к бою! — закричал Сомин.

— Отставить! — приказал Земсков. — Быстро в подсолнухи! Первыми не стрелять.

И снова машины ломали подсолнухи, уходя по разным направлениям в глубь поля. Но «мессеры» уже заметили машины. Срезанные крупнокалиберным пулемётом, валились стебли. Пригнувшись, Сомин побежал по просеке, проложенной ещё ночью, нырнул в гущу, пополз, с трудом прокладывая себе путь. На залысине, где подсолнухи почему-то не росли, у сломанного сухого дерева, Сомин увидел яму. Самолёты зашли второй раз, поливая поле из пулемётов. Впервые Сомин был под огнём совершенно один. Ничего не видя, он бросился в яму, но зацепился за сук ремешком нагана и висел, пока сук не обломился. Где-то близко заработал счетверённый пулемёт Калины. Оба орудия молчали. Сомина охватил стыд: «Что подумает лейтенант? Только бы поскорее добраться до орудия!» — Он бросался в разные стороны, но видел только ненавистные шершавые стебли. Тяжёлые круги подсолнухов показывали ему свою зеленую изнанку. Наконец он выбрался на шоссе, где стояли все три машины. Самолёты уже улетели. В полуторке лежал раненый Калина. Один из бойцов из расчёта Клименко был убит.

— Где ж ты был? — накинулся на него Земсков. — Косотруб и Белкин тебя ищут. Мы думали, ты убит. Морду тебе надо набить! Раз они нас обстреляли — терять нечего. Надо было открывать огонь, а вы все разбежались к чёртовой матери!

Сомин никогда не слышал от Земскова ничего подобного. «Лучше бы в меня попала пуля!» — подумал он.

Лейтенант подавил вспышку гнева:

— Нельзя теряться! Рядом со мной ты — герой, а остался на минуту один — забыл обо всем.

Клименко уже получил свою порцию. Теперь он вместе с бойцами менял на машине пробитый скат. Было уже около двенадцати часов. Снова поехали вперёд. День выдался особенно жаркий. К металлическим частям машины невозможно было притронуться. Лейтенант торопил шофёра. Тяжёлые «зисы» едва поспевали за полуторкой. Но Земскову определённо не везло. Вероятно, те же «мессеры», что обстреляли его машины, подожгли хуторок, через который пролегала дорога. Иссушенные зноем домики, амбары и стога сена полыхали. Взвиваясь по обеим сторонам узкой дороги, языки пламени соединялись над ней, образуя огненную арку. Объехать её было невозможно, так как по бокам дороги шли глубокие канавы. Земсков решил проскочить сквозь огонь, несмотря на то, что его машины, накалённые солнцем, были загружены до предела боезапасом.

Лейтенант приказал облить водой кабины и борта машин, снарядные ящики, картонные пачки патронов. Воду вылили не только из анкерка, который везли с собой разведчики, но даже из всех фляжек.

— Ни черта из этого не будет, — ворчал Клименко, — лучше бы объехать полем. — Он подошёл к глубокой канаве и, скривив губы, покачал головой: — Н-да! Попытаться можно, если подкопать…

Машина Сомина стояла рядом. Лавриненко поливал себе голову из фляжки.

— Слышь, командир!.. Старший сержант Клименко правильно говорит. Подорвёмся мы там.

Сомин не стал ему отвечать.

— Все готовы? — спросил Земсков. — По машинам. Самый полный!

До горящего хутора оставалось метров пятьсот. Шофёр разведчиков сразу набрал скорость. Гришин нажимал изо всех сил, стараясь не отстать. Приоткрыв дверку, Земсков посмотрел назад. Он увидел, что машина Клименко сбавляет скорость и останавливается.

— Трусы! Вперёд! — закричал лейтенант. Огонь полыхнул ему в лицо. Отшатнувшись, он захлопнул дверцу. В стёклах кабин прыгало пламя. Те, кто был наверху, лежали плашмя, накрывшись мокрыми плащ-палатками. Когда горящий хутор остался позади, Земсков выглянул из кабины и увидел, что машины Клименко нет. Пришлось остановиться. Земсков дал бинокль Косотрубу и без слов указал на одинокий тополь. Матрос быстро вскарабкался на самую вершину. Он поднёс бинокль к глазам и вскрикнул.

— Что там такое? — спросил лейтенант. В ответ он услышал пушечные выстрелы и взрыв. Косотруб не слез, а скатился с тополя:

— Товарищ лейтенант, ходу скорее! Два танка. Прямое попадание. Взорвались наши!

— А танки?

— Пошли в обход через канаву. Ходу, товарищ лейтенант!

Земсков понял все. Клименко всегда был не в меру осторожен. Пока он искал безопасный проход, подошли танки.

До Песчанокопской было ещё далеко. В кузове стонал раненый. Иргаш придерживал его большую голову с бледными губами. Косотруб пытался натянуть плащ-палатку, как тент, но на быстром ходу это ему не удавалось.

Земсков развернул на коленях карту. Здесь поблизости был отмечен колодец. Значит, можно будет долить радиаторы, напоить раненого.

Но колодца, обозначенного на карте, не оказалось. Дорога шла на подъем. Колёса вязли в песке, как в снегу. Пришлось включить вторую скорость. Жара все усиливалась. Знойное марево стояло над степью. Горячая пыль обжигала рот, набивалась в глаза и под ногти. Гимнастёрки, пропитанные потом и пылью, покрылись бурой коркой. Такого же цвета были и лица бойцов. В ушах у них гудело, очертания предметов расплывались перед глазами, а от мысли, что воды нет, жажда мучила особенно сильно.

Но дело было даже и не в этом. Перегретые моторы начали задыхаться. Из открытых радиаторов валил пар. Особенно плохо было с «зисом» Сомина. Мотор клокотал на высоких нотах с присвистом, с перебоями. В нем появился подозрительный стук.

39
{"b":"1767","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
На пике. Как поддерживать максимальную эффективность без выгорания
438 дней в море. Удивительная история о победе человека над стихией
Узнай меня
Последние гигаганты. Полная история Guns N’ Roses
Запах Cумрака
Эрта. Личное правосудие
Входя в дом, оглянись
Чудо-Женщина. Вестница войны
Манускрипт