ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Клан
Тео – театральный капитан
Слово как улика. Всё, что вы скажете, будет использовано против вас
Квантовое зеркало
Белокурый красавец из далекой страны
Долгое падение
Там, где цветет полынь
Удиви меня
Второй шанс

Джоанна нашла в сундуке тяжеленные тома по горному делу, военной тактике и кораблестроению. Были у Алекса и книги по новейшим методам ведения сельского хозяйства – в другое время они, без сомнения, заинтересовали бы Джоанну. Что же касается лорда Даркурта, то он, как оказалось, читал поэмы Колриджа, потому что страницы в книге были уже разрезаны. Очевидно, не раз читали и книги с произведениями Китса и Вордсворта. Кроме того, Джоанна нашла полюбившийся ей роман Вальтера Скотта «Дева озера». Джоанна уже хотела взяться за роман, но тут ей попалась самая лучшая книга на свете – копия произведения, о котором говорили даже в тихом Хоукфорте. Роман «Чувство и чувствительность» был издан анонимно, но поговаривали, что автор – знатная провинциалка. Этой книгой зачитывались все.

Джоанна вскоре поняла, в чем причина успеха этого романа. Погрузившись в приключения семейства Дэшвуд, она не могла оторваться от романа и заснула лишь тогда, когда любовная интрига, в которую были замешаны сестры, разрешилась.

Утром Джоанна увидела на столе завтрак. Должно быть, Алекс приходил, когда она еще спала. Его поведение удивляло девушку; она пыталась поменьше о нем думать, однако у нее ничего не получалось. Ведь он зашил ее рану, уступил ей свою каюту и очень даже неплохо к ней относится. «А впрочем, ничего удивительного, – говорила себе Джоанна. – На его месте точно так же вел бы себя любой знатный англичанин, даже наполовину акорец…»

Позавтракав и с удовольствием приняв душ, Джоанна снова заглянула в сундук и даже вскрикнула от восторга. Под книгами с английскими романами и стихами она обнаружила старинные свитки.

Джоанна осторожно развернула один из них. Свиток был из плотного пергамента – такие она видела в хоукфортской библиотеке. Текст был довольно разборчивый, и Джоанна почти сразу поняла, что сумеет кое-что разобрать. Во всяком случае, первую строку она прочитала: «Муза, скажи мне о том многоопытном муже, который, странствуя долго со дня, как святой Илион им разрушен…»[3]

«Одиссея»! Она держала в руках копию величайшей эпической поэмы Гомера. Эту книгу Джоанна знала и очень любила. Язык, на котором была написана поэма на свитке, очень походил на греческий, но все же Джоанна не все понимала. Точно так же она лишь отчасти понимала разговоры Даркурта с матросами.

Утро пролетело незаметно. Джоанна почти не отрывалась от свитка. Медленно, слово за словом, она разбирала текст. Конечно, она не надеялась на то, что ей удастся запомнить все новые слова, да и произносила их Джоанна на свой лад, но все же некоторых успехов добилась.

Одиссей уже достиг острова циклопов, когда в каюте появился Алекс с подносом в руках. Джоанна не слышала, как открылась дверь, поэтому вздрогнула, когда Даркурт спросил:

– Что вы читаете?

Несколько мгновений она сидела, не шелохнувшись, а потом вдруг потупилась, залилась краской и заерзала на кровати. Джоанна сообразила, что сидит в неподобающей для леди позе – скрестив ноги и положив на колени свиток. Хорошо хоть пергамент отчасти прикрывал ее ноги.

Наконец, взяв себя в руки, она подняла голову и снова взглянула на Даркурта. Да, он невероятно красив. Сейчас Даркурт совершенно не походил на того английского лорда, с которым она пыталась поговорить в Лондоне, однако Джоанна решила, что больше не станет смущаться, глядя на его обнаженную грудь и ноги ниже коленей. Алекс не брился уже несколько дней, но с темной щетиной он казался еще более привлекательным.

Заставив себя отвести от него взгляд, Джоанна наконец ответила:

– «Одиссею». Это моя любимая книга.

Даркурт поставил поднос на стол. Краем глаза Джоанна заметила, что он улыбнулся, и это немало обрадовало ее.

– И в Акоре это любимая книга, – сказал он, внимательно глядя на девушку.

Немного помедлив, она спросила:

– Не из-за того ли, что акорцы – потомки древних греков?

Даркурт тотчас же вспомнил о книге, найденной в узелке Джоанны. Снова улыбнувшись, он спросил:

– Эту теорию выдвинул ваш дедушка?

– Откуда вам это известно?

– Я читал его книгу «Размышления о сущности Королевства Акора». Заметил, что вы прихватили ее с собой. Что ж, некоторые мысли вашего предка заслуживают внимания, но вообще-то не думаю, что его теория окажется для вас полезной.

– Так акорцы произошли не от греков?

Алекс медленно прошелся по каюте. Затем, скрестив на груди руки, пристально посмотрел на сидевшую перед ним девушку.

– И да и нет, – ответил он, наконец. – Некоторые из моих предков действительно приплыли из Греции, но как только они покинули ее, Греция была завоевана пришельцами с севера. А потом наступил «век тьмы». И та Греция, которую вы знаете, которая считается страной Гомера, гордится Афинами и Спартой, – она совсем не походила на страну, в которой жили мои пращуры.

Заинтригованная, Джоанна проговорила:

– Но вы пользуетесь тем же алфавитом, не так ли? Алекс едва заметно кивнул. Немного помолчав, вновь заговорил:

– Это потому, что и акорцы и греки позаимствовали его у древних финикийцев примерно в одно и то же время. До этого имелся собственный алфавит, но он был весьма несовершенный. Так что алфавит финикийцев нам очень помог, благодаря ему мы достигли значительных успехов.

Джоанна вздохнула.

– За последние три дня я узнала об Акоре больше, чем за всю предыдущую жизнь, и все же понимаю, что знаю очень мало, и это очень меня беспокоит, ведь мы скоро будем в Акоре. – Девушка вопросительно посмотрела на Даркурта; она надеялась, что он правильно поймет ее.

Алекс снова прошелся по каюте. На сей раз он довольно долго молчал. Когда же, наконец, заговорил, Джоанна поняла: сейчас она узнает нечто очень важное.

Глава 5

Алекс решил, что Джоанне действительно стоит узнать об Акоре побольше до того, как они прибудут туда. Ведь ей и так придется нелегко… Полное же неведение лишь усугубило бы ее положение.

Однако рассказать он мог немногое. Алексу с детства было известно: он станет одним из тех, кого пускают в большой мир, но в отличие от остальных ему не придется скрывать свое происхождение, то есть он имел право называть себя акорцем. Алекс знал, что получит свое английское наследство, но не сомневался, что его любовь и верность по-прежнему будут отданы Акоре, – иными словами, он никогда не скажет и не сделает ничего такого, что могло бы принести вред его родине.

Его английский дедушка понимал это, поэтому избегал разговоров об Акоре, но в присутствии других людей Алексу постоянно приходилось уклоняться от неудобных вопросов, что, впрочем, ему удавалось без особого труда. А вот с Джоанной все было по-другому. Алекс не привык общаться со столь независимыми и самостоятельными женщинами. К тому же его гостья была очень неглупа, обладала немалыми познаниями и интересовалась политикой.

Алекс всегда относился к женщинам с величайшим уважением. А их способность производить на свет детей вызывала у него восхищение. Но Джоанна без единой жалобы вытерпела страшную боль, когда он зашивал ей рану, да еще нашла в себе силы похвалить его, – и это не только восхищало Алекса, но и изумляло. И еще его очень смущала ее привлекательность. Поэтому Даркурт в очередной раз напомнил себе о необходимости быть начеку с этой удивительной женщиной.

– Садитесь за стол, – сказал он. – Ведь вы еще не позавтракали.

Пока Джоанна ела, Алекс, расхаживая по каюте, в общих чертах описал, что ее может ждать по прибытии в Акору.

Покончив с жаренной на решетке рыбой, приправленной оливковым маслом и травами, Джоанна съела горсть свежей земляники и со вздохом откинулась на спинку стула.

– Так мы войдем в главный порт, который, как вы сказали, называется Илиус? – спросила она.

Даркурт кивнул:

– Да, совершенно верно. В этом городе находится резиденция короля, но это еще и самая глубокая наша гавань.

Тут Даркурт вытащил из шкафа нужную карту и разложил ее на столе. Джоанна тотчас же отодвинула в сторону тарелки, чтобы они не мешали ему. Алекс сейчас находился так близко от нее, что чувствовал запах ее волос – золотистые локоны, закрутившись в мелкие колечки, обрамляли ее лицо, и, похоже, ей так и не удалось привести их в порядок после душа. Как ни странно, но эта женщина, вроде бы такая рассудительная и благоразумная, не позаботилась о том, чтобы прихватить с собой гребень. Алекс невольно улыбнулся, ему вдруг пришло в голову, что не такая уж Джоанна рассудительная…

вернуться

3

Перевод В.А. Жуковского.

16
{"b":"17671","o":1}